«Garlic Kings»: Главное, чтобы в нашем коллективе не было бабы и нас не просили трясти голым задом!

0
18.04.2017 Юлия Насонова в КубИнтервью

Настоящие рокеры из Северной столицы поведали о том, как рождаются песни, как оставаться независимыми и про то, почему после их тура в некоторых городах заканчивается самогон.
Яркие, эпатажные, молодые и амбициозные! «Garlic Kings» — это большая концентрация разных музыкальных инструментов на одной сцене, при этом слаженно и созвучно звучащих. Попав на выступление этого коллектива, вряд ли кто-то останется равнодушным.

— Расскажите о минувшем туре. Какие впечатления?
— Мы были в туре 21 день. Посетили 18 городов. Впечатления разные, все физически устали. Сложный график, каждый день переезды и концерты. Плюс погодные условия: мороз, снег, дождь, ветер. Периодически ломающийся автобус, слетающие забронированные квартиры. Но и положительных моментов много. Это неоценимый жизненный опыт и куча клёвых эмоций. Концерты – это здорово.

— Может какой-то город запомнился больше?

— Санкт-Петербург нас никогда не перестает радовать. Особенно когда возвращаешься в него. Положительные впечатления всегда производит Рязань. Саранск запомнился, там ребята сами организовались, получилось дружно и по-семейному. Очень приятно, что даже несмотря на то, что концерт был в среду, собралась большая тусовка, при этом было очень комфортно. Посмотрели все рюмочные Саратова, фоткались в Волгограде у Ленина. В Ярославле побывали в местной знаменитой пельменной. В Калуге сходили в отличную баню. Там же, в баре Garage, в котором играли, выпили всю водку и самогон, такое веселое достижение.

— В таком сложном графике алкоголь не мешает, не влияет на общее состояние?
— Только помогает. Допинг, антибиотики и все то, что способствует выживать в жестких условиях тура.

— Насколько разная публика в городах?
— В этом плане, наверное, нужно говорить о Питере и Москве и о регионах отдельно. В Питере можно наблюдать совершенно разных людей. Не так давно, на день Святого Патрика играли в «Дюнах». Там были и совсем отморозки, и вполне приличные люди. Все при этом было радостно и позитивно. У нас почти нет «нефоров», панков единицы. Мы не идейная группа, в политику не лезем. В регионах многие люди, приходящие на концерт, ожидают услышать ирландский фолк. Вероятно это те, кто слушал только наш первый альбом, но у нас уже лет пять нет ни шанти, ни ирландщины. Фактически, нужно описывать каждый город и все везде по-разному. Многое зависит от места проведения концерта. В Вологде играли в хорошем ирландском пабе, очень многие сидели за столиками, ужинали. А во Владимире концерт был в рюмочной. Это был понедельник вечер. Организация концерта была отчасти нелепой, и публика была тоже отчасти соответствующая. При этом были люди, которые просто зашли выпить и остались слушать нашу музыку.

— Для какой публики вам бы хотелось играть?

— Для всех. Для отзывчивых, доброжелательных, чтобы в сторонке не стояли. Ведь мы стараемся и играем так, что клуб на голове стоит и все задорно. Для стоячей публики играть не весело.

— На ваших концертах нередко ломается аппаратура и прочая техника. Как вы справляетесь с такими проблемами?
— Постоянно ломается. Стараемся говорить публике о том, чтобы не ломали нам технику. Недавно чуть не угробили Олегу саксофон. Тогда его музыкальная карьера на ближайшие полгода была бы закончена. «Но с таким темпом инфляции…» (с) как пелось в одной известной песне. Если ломается аппарат, летит микрофон, рвутся шнуры – это ничего страшного, это одна из составляющих концерта. Но если летят наши инструменты, это уже плохо, на этом может закончиться концерт.

— Возникает ли у вас понимание того, что вы выросли из тесных клубов?
— На совсем маленьких площадках мы и не играем. «MOD» и «Ионотека» вполне не тесные площадки. Пока они не будут забиваться под завязку, не хотелось бы об этом думать.

— Считаете ли вы себя независимыми музыкантами?
— На данный момент все, что делается, делается на энтузиазме. Работаем по принципу «сделай все сам», группа абсолютно независима, играем без контрактов, лейблов и прочего. Хотя в дальнейшем мы планируем менять концепцию. Многим из нас надоело играть в маленьких клубах, ездить в туры в холодных автобусах.

— Получится ли при этом остаться верными самим себе?

— Нужно просто быть супер крутыми. И тогда можно будет делать то, что хочешь, например, как Рэй Чарльз.

— В России есть примеры таких музыкантов?

На наш взгляд, это группа «Ленинград». Одна из лучших независимых команд. Мы думаем, что нет такого момента, что к кому-то приходит злой дядя-продюсер и говорит, как тебе и что писать. А в остальном нет ничего скверного, чтобы группа на своем творчестве зарабатывала деньги. Мы изначально не коммерческий проект, мы занимаемся творчеством. Если к нам придет лейбл, скажет, возьмите к себе в команду бабу с титьками и трясите ими, то мы точно откажемся. Но если к нам придет человек с предложениями, не будет нас ограничивать, то мы, скорее всего, договоримся. Все нужно рассматривать конкретно, индивидуально. Если начали бы трясти голыми телесами – это одно, если выдвигать стандартные требования к работе о написании хитов — это совсем другое. Наш рецепт оставаться независимыми: не брать женщин в коллектив и не трясти голыми жопами. А вообще, у хороших музыкантов, если есть что сказать и показать, они сделают это в любом формате, их невозможно будет ограничить. И если в этом случае на тебе кто-то решает заработать и поделиться с тобой, в этом нет ничего плохого. Если такой шанс подвернется, мы его постараемся использовать.

— Так вы стремитесь к тому, чтоб собирать огромные залы и выпускать альбомы многочисленными тиражами?
— Есть же такая пословица, что каждый солдат мечтает стать генералом, так и у нас. Хочется играть на больших площадках, на хорошем звуке, для огромного количества людей. Почти любому музыканту хочется признания. И совсем не обязательно при достижении великой славы вести разгульный образ жизни, тратить весь гонорар на наркотики и прочее. Есть много примеров, когда коллектив вкладывает все средства на реализацию космически крутых шоу. Много людей — это много денег. И все эти бабки можно пустить на создание чудесного шоу. У нас огромное количество идей, но все упирается в финансы. Мы бы с удовольствием возили бы с собой театр, аниматоров и декорации. У нас на паре концертов удавалось реализовать эти идеи, было красиво и необычно. Свет, звук, хорошие инструменты — все это здорово, и только дурак об этом не мечтает.

— Как вы стремитесь к этому?

— Выступаем, записываем альбомы, снимаем интересные видосы. Планируем выйти за рамки жанра панк-рок.

— Вам не кажется, что понятие жанров в музыке сейчас размыто?
— Есть узкоспециализированные группы, но это не мы. Мы экспериментируем. Если ты придумал один свой стиль и в нем играешь 30 лет, то ты не музыкант, а ремесленник. Это не наша история. У нас много людей в группе, у каждого свое творческое видение. Года два назад мы могли сказать, что играем балаган-панк, а сейчас уже нет.

— Что для вас означает направление панк-рок?

— Никакой сущности. Громкие гитары. Но это не политика. Нам не нравится лозунг: «Панк — это протест». Когда панк основан не на протесте, он прикольный.

— Что за история, связывающая ваш коллектив с субкультурой скинхедов?

— На нас ещё со времен Oi!-Family Records ходит много скинов. Ничего плохого в этом нет, скины да скины. Плюс мы любим ска-музыку, а ска — это часть культуры скинхедов. Да и вообще, у нас в стране, образ «skinhead» — это человек, кидающий «зиги», но по факту, это не так, читайте википедию хотя бы.

— Вы планируете запись нового альбома. Как рождаются песни?
— Нелегко. Мы ищем себя. Рождение песни — нечто похожее, возможно, на боль при родах. Фактически все принимают участие в написании трека. Наверное поэтому все наши песни такие разные.

— Чего ждать от новой пластинки?

— Неожиданного. Шанти точно не услышите. Мы избавляемся от аккордеона, у нас появился крутой синтезатор. Но будет, как и всегда, громко и угарно. Планируем полноформатник, треков десять. Надеемся осенью завершить эту работу. Постараемся удивить.

— Вы выложите его в сеть в общий доступ?
— Конечно. Если будут желающие поддержать группу, будет такая возможность на наших интернет-ресурсах, а также в AppStore и ему подобных сервисах. Есть идеи выпустить подарочную коллекцию на красивом виниле, но посмотрим, насколько будет позволять бюджет.

— Как вы относитесь к краудфандингу?
— По-разному. Одно дело, когда группа молодая, и им реально неоткуда брать ресурсы. Другое дело, когда это «Аквариум» или «Алиса», тут другие мнения. Разные понятия о том, что нет денег. Кому-то не хватает на «Хеннесси», а кому-то на гречку, вот и вся разница.
Имеет место быть. Но нужно понимать, помощи ради, или попрошайничества.

— О чем мечтает ваша группа?
— Выступить с Мадонной на Уэмбли!

Юлия Насонова, специально для MUSECUBE
В репортаже использованы фотографии из открытого доступа


Об авторе

Юлия Насонова


Нет комментариев



Будь первым!


Написать комментарий