«Моя девушка – монстр»: не пей вина, Гертруда, Годзиллочкой станешь

0
23.04.2017 Юлия Зу в КиноКуб

Что такое происходит с российскими прокатчиками, что они упаковали психологическую драму с оригинальным названием «Colossal» в цветную и шуршащую обложку как бы фантастической комедии с лишенным интриги названием «Моя девушка – монстр»? Тот случай, когда ложь во спасение и голь на выдумки хитра. Возможно, после просмотра трейлера складывается впечатление, что на этот фильм нужно приходить похохотать с большой компанией и ведрами попкорна, и, полностью отключив мозг, наблюдать за тем, как героиня Энн Хэтэуэй томно посасывает пиво, а после в виде Годзиллы идет громить ни в чем не повинный Сеул.

Но это они всерьез.

Милая девушка Глория (Энн Хатэуэй) оказалась в непростой ситуации – парень бросил, работы нет, постоянные пьянки с полузнакомыми людьми. Не придумав ничего путного, она возвращается в родной город, в пустующий дом своих родителей, но и тут как бы не лучше, ибо Глория умудряется устроиться в бар к своему приятелю детства (поближе к алкоголю), и каждое утро обнаруживает себя то на скамейке в парке, то на сдувшемся матрасе. Параллельно с этим, гигантский монстр нападает на Сеул. Спустя какое-то время Глория находит связь между собой и этим монстром: походка, мол, похожа и голову они одинаково чешут. Внезапное озарение приводит Глорию к тому, что детская площадка ее родного городка – и есть некий портал в Сеул, вернее, поле для управления монстром. И если оказаться там в 8.05 утра, то произойдет нечто. Чуть позже к монстру добавится еще и гигантский робот – это Оскар, приятель Глории (Джейсон Судейкис).
Даже в таком пересказе история звучит как отличная затравка к веселой и глупой комедии, все как мы любим. Можно представить, какие шутки и повороты сюжета могли бы оказаться в фильме, но теперь они могут остаться только в наших мечтах. Нет, конечно, в фильме есть пара смешных моментов, но это именно для того, чтобы, видимо, зритель не знал, смеяться ему или плакать. Или плакать от того, что было бы лучше смеяться.

Совершенно непонятно, что же все-таки имелось в виду под словами «Моя девушка», ибо до последней секунды фильма непонятно, чья же все-таки Глория девушка. В первых пяти минутах ее парень Тим (Дэн Стивенс) выгоняет ее вместе с ее распутным образом жизни, потом она решает переспать с каким-то совершенно бледным и непрорисованным персонажем (имя которого к концу фильма никто и не помнит, так что совершенно неясно, зачем же нам дана эта фигура в принципе. Если цель просто раздеть Хэтэуэй – то это уж слишком, ребят). А главный конфликт фильма и вовсе – между Глорией и Оскаром. Оскар вплывает в сюжет героем-спасителем, таскающим несчастной Глории диваны и телевизоры, и заканчивает его злодеем-разрушителем, чувствующим свою власть и желающим манипулировать, безнаказанно круша кварталы Сеула.

Автор фильма Начо Вигалондо поднимает тему зависимости от алкоголя. Это он, треклятый, превращает нас в монстров, это от него мы становимся зависимы, и он может манипулировать нами. Но почему для выражения такой проблемы становится необходим именно такой сюжет и такое решение? Задумку нельзя назвать выдающейся, поскольку на достойные спецэффекты не хватило бюджета, и фильм спасает лишь Энн Хэтэуэй, потому что (даже несмотря на беременность актрисы!) нам действительно красиво ее показывают. Удивительно только, что при всей своей невнятности, у «Моей девушки» есть потрясающая атмосфера – это ощущение жуткого, долбящего похмелья, которое не отпускает весь фильм и является своеобразной прививкой от пьянства. Если странная задумка испанского постановщика была в этом, то она удалась.

Юлия Зу, специально для Musecube


Об авторе

Юлия Зу


Нет комментариев



Будь первым!


Написать комментарий