На дворе август, период традиционного музыкального затишья, время отдыха после крупных летних open-air’ов и подготовки к возобновлению осенней гастрольной деятельности. Обсудить ситуацию на российской рок-сцене мы решили с Дмитрием Хакимовым, ударником и директором таких известных отечественных коллективов, как «НАИВ» и «Глеб Самойлов & The Matrixx»; продюсером, организатором фестивалей и просто одним из самых харизматичных отечественных музыкантов, который сумел найти время в своём напряженном графике, чтобы дать большое интервью порталу MUSECUBE.

Дмитрий, с точки зрения музыканта и менеджера, скажите, как обстоят дела на отечественной рок-сцене? Многие отмечают, что фестивали собирают все меньше зрителей, падает посещаемость концертов, особенно в регионах. Есть ли какой-то выход из сложившейся ситуации?snake

На самом деле это мировая тенденция — рок перестаёт быть основным жанром для моло-дежи. Сегодня главными направлениями на рынке являются хип-хоп и поп-музыка. Что касается рока, то последней волной, которая вызвала глобальный интерес, был ню-метал в 2000-х годах. Поэтому, на мой взгляд, это беда мировой рок-сцены, не только отечественной. Хотя есть и положительные моменты касательно фестивалей. Некоторые из них стали очень брендовыми, например, ‘Нашествие’. В этом году он побил все рекорды посещаемости. Ведь люди из года в год едут на «Нашествие» не только чтобы посмотреть выступления рок-групп, но и отдохнуть, потусоваться, повеселиться. Поэтому, если фестиваль брендовый, модный, то интерес к нему все равно будет большой. А к вопросу о том, есть ли выход из сложившейся ситуации… Я думаю, что если эта ситуация и будет меняться, то начнётся всё с Запада. Ведь во всём, что касается рок-музыки, волны к нам всегда шли оттуда. Я, например, очень хорошо помню начало 2000-х, когда отечественное MTV показывало с утра до вечера клипы «Blink-182», «Green Day», «The Offspring», и группе «НАИВ», например, это очень сильно помогало. Потому что молодежи по сути было навязано, что панк-рок — это модно, круто и актуально. (Улыбается). Соответственно, у нас увеличивались сборы, ведь наша музыка была в тренде, в который мы попали, сами того не ожидая.

А что Вы думаете, например, об инди-жанре? Многие современные инди-исполнители на Западе становятся артистами поистине стадионного масштаба.

Ну да, становятся. Но опять-таки – у нас нет музыкальных каналов, которые демонстрировали бы новинки. Люди оторваны от общего потока информации. Раньше было MTV, и все его смотрели. Сейчас непонятно, что смотреть, откуда черпать информацию. Интернет не помогает. Конечно, он даёт возможность поклонникам подчерпнуть какие-то новые сведения о любимых исполнителях, но «раскрутить» рок-группу с помощью Интернета нельзя. Артиста вроде Джастина Бибера — молодого симпатичного мальчика, который понравится маленьким девочкам — возможно. Но не серьезную рок-музыку. Я, например, о многих современных артистах вообще представления не имею. Смотрел последнюю церемонию вручения наград Grammy и понял, что 90% исполнителей не знаю. (Улыбается). Поэтому повторюсь, нужен некий общий канал, откуда люди смогут узнавать, что происходит в музыкальном мире. Как не парадоксально звучит, в 80-е информации было гораздо больше. Даже несмотря на отсутствие Интернета. В газете «Московский комсомолец» печатали хит-парады – американские, английские, а сейчас мы не знаем, кто у них в хит-парадах – в Интернете это так просто не найдешь.

Бывший альтернативный канал A-one сильно помогал отечественным рок-исполнителям?

Принципиально помогал. Он вообще держал рок на плаву, и с исчезновением этого канала все наши группы, играющие в жанре ню-метал, начиная от «5diez» и заканчивая, например, “Психеей”, получили огромную проблему. Без телеканала практически невозможно существование целиковой рок-тусовки и появление новых имен. Понятно, что есть вечные артисты — “Машина Времени”, Вячеслав Бутусов, Константин Никольский. Они вечные, как Лев Лещенко. (Улыбается). А об остальных как молодежи узнать?

А что насчет слухов о создании нового альтернативного канала?

Подобные слухи муссируются каждые полгода – кто-то заявляет, что вот-вот такой канал появится. Бесконечная история, и она ни к чему не приводит. Но если всё-таки это произойдет, то ситуация с отечественной рок-сценой, без сомнения, улучшится.

На днях новый альбом группы ’Кукрыниксы’ занял первое место в ТОП продаж iTunes, обойдя таких популярных рэп-исполнителей, как, например, Баста. Разве это не положительные знаки?

Так у нас когда новые альбомы выходят, они тоже держатся в iTunes на первых местах. И у «НАИВ», и у «The Matrixx». У любого исполнителя есть недолгий период, когда он нахо-дится в ТОПе по продажам. Но это вообще ничего не значит. (Улыбается).

Раньше Вы организовывали фестиваль «Панки в городе», выпускали сборники песен молодых команд. Не планируете возобновить подобную деятельность?

Вот как раз сейчас, находясь в северной столице, мы с промоутером Игорем Черномором обсуждали возможность проведения фестиваля “Панки в городе” в Питере. И если все срастётся, то уже этой осенью он состоится, именно в том формате, в котором мы его делали раньше – несколько известных артистов и несколько молодых групп.

А какой порядковый номер будет присвоен фестивалю? В свое время закончили на десятом?

Да, последние “Панки в городе” были десятыми. Насчет нумерации сейчас сложно сказать, это уже детали. (Улыбается).

Почему Вы, музыкант, больше тяготеющий к глэму, вышедший из глэма, делали панк-рок фестивали? Потому что на тот момент глэм как стиль себя исчерпал?

К этому времени я уже очень давно играл в группе «НАИВ». К тому же, между глэм-роком и панк-роком нет сильно большой разницы. Музыкальные составляющие настолько близки – возьмите какую-нибудь песню, например, группы «Poison», и послушайте то, что мы играем в «НАИВ». И там, и там это рок-н-ролл без особых приукрашиваний, энергичный и напористый. Только темы лирики разные. Одним словом, корни этих стилей очень близки. Глэм-рок – это по сути рок-н-ролл, только очень броско подающийся. Как и панк-рок. (Улыбается). Но в то же время нельзя не отметить, что эксперименты всегда были частью концепции группы «НАИВ». Они касаются всего — звучания, аранжировок, продюссирования. Поэтому каждая пластинка всегда непохожа на остальные.

Получается, Вы всегда были на волне? «Янг Ганз» — во времена расцвета глэма, «МЭD DOГ» – гранжа, «НАИВ» – панка?

Так вышло, но никакого следования моде не было. Я не думаю, что здесь вообще можно что-то просчитывать, прикидывать, планировать. Играл то, что хотелось, а главное, — что получалось. (Смеется).

В феврале этого года группы «The Matrixx» и «НАИВ» гастролировали по Северной Америке. Это было первое зарубежное турне в истории обоих коллективов?

Начнем с того, что все-таки не очень корректно, как мне кажется, выделять «The Matrixx» как отдельно взятую группу. Если Глеб (Глеб Самойлов — прим. ред.) в «Агате Кристи» был одним из трех авторов песен, то сейчас он единоличный автор. Пол МакКартни, например, после распада «The Beatles» собрал коллектив «Wings». Но вряд ли кто-то воспринимал «Wings» как полноценную группу. Так что скорее «Глеб Самойлов и аккомпанирующий состав». (Улыбается). Соответственно, Глеб не в первый раз посетил Америку, он в своё время здесь уже выступал. А вот «НАИВ» в Штатах были впервые.

Оставил ли этот тур какие-то яркие впечатления?

Оставил, конечно. Было очень много всяких интересных моментов. Например, в городе Сиэтл мы приехали в клуб, в котором должны были выступать, и охранник нас спросил:» Вот эту гримерку займете или ту? Кобейн, например, эту любил». Так дико было это слы-шать. (Улыбается). И, конечно, нас очень впечатлило, что мы играли на той же площадке, где выступали «Faith No More», «Nirvana» и «Foo Fighters». Понятно, что мы это делали для русскоязычной аудитории, и тем не менее сам факт присутствия в таком знаковом для мирового рок-н-ролла месте оказал большой эффект. Помимо этого некоторые вещи удивили. Во-первых, фактически отсутствие на улице белых людей. Очень много латиносов, афро-американцев, китайцев, а вот белых практически нет. И второе — дикое количество торговцев наркотиками, которые предлагали свой товар фактически везде, в открытую, даже на глаза полиции. И это в стране, в которой так любят говорить о законе. Мне на Манхэттене раз пятнадцать, пока мы там были, предлагали купить кокаин, героин или марихуану. У нас в Москве где-нибудь на Тверской я себе такое даже представить не могу. Ещё было очень много перелетов, мы фактически колесили по всей стране из конца в конец. Это оказалось довольно выматывающе, хотя, я думаю, что в нашем грядущем туре по Дальнему Востоку будет приблизительно тоже самое. (Улыбается).

Кто организовывал этот тур?

Дело было так. Саша Иванов, лидер группы «НАИВ», познакомил меня с Димой Розен-блюмом, американским промоутером. Он хотел организовать для группы гастроли в Штатах. Я же предложил ему сделать совместный тур – Глеб Самойлов и «НАИВ». Мне показаsnake2лось, что это будет достаточно интересно. И в итоге задумка удалась.

Я слышал, что на один из концертов тура пришёл Ваш старый знакомый из группы «Faith No More» Билли Гулд.

Да, это правда. Он не просто знакомый. Билли продюсировал альбом группы «НАИВ» под названием “Пост-алкогольные страхи” ещё в 1997 году. Приехал на месяц в Москву вместе со звукорежиссером «Faith No More», и они месяц работали на студии «СОЮЗ».

Он продолжал следить за творчеством группы «НАИВ»?

Да, он потом выпустил эту пластинку на своём лейбле «Koolarrow Records». Ещё были сов-местные выступления в Москве, то есть постоянно связь между нами поддерживалась.

Сильно ли отличался сет-лист американских концертов «The Matrixx» от того, что группа играет здесь?

И все-таки корректнее говорить «Глеб Самойлов с аккомпанирующим составом». (Улыбается). Я думаю, и поклонниками это воспринимается также. Опять приведу пример с По-лом МакКартни и группой «Wings». Кто Пола МакКартни будет называть группой «Wings»? Это же нелепость. Пол МакКартни он и есть Пол МакКартни, вне зависимости от того, кто ему аккомпанирует. Он единоличный автор песен, аранжировок, и всей концепции в целом, так что всё логично. У нас также. Зачастую аккомпанирующий состав имеет название, так было часто в истории музыки. Имели названия и аккомпанирующие коллективы Тома Петти, Ника Кейва и др. Американские концерты были рассчитаны на людей, эмигрировавших в Штаты из России в 90-е годы, и не особо следящих за тем, что происходит на отечественной сцене сейчас. Поэтому основная ставка была сделана на песни из раннего творчества Глеба.

Концерты пользовались успехом?

В целом да, особенно в основных городах, таких как Нью-Йорк, Сан-Франциско, Сиэтл. Там это было очень востребовано. А в Сан-Франциско, к моему удивлению, среди публики были даже американцы. В курилке мы встречали людей, которые друг с другом общались по-английски. Уж не знаю, как они наш концерт попали, может афиша понравилась. (Улыбается). Русское сообщество там конечно очень большое. В Канаде интереса было меньше, но вроде местные организаторы тоже остались довольны.

А есть ли за рубежом какой-то конкретный город или место, где бы Вы хотели высту-пить? Многие ведь мечтают дать концерт в клубе «Cavern», где начинали «The Beatles», или в легендарном «Whisky a Go Go» в Лос-Анджелесе?

Мне всегда было интересно выступить в Америке, так что это уже свершилось. Даже в парочке клубов играли из тех, что я когда-то для себя наметил. (Смеется). Правда, в этот раз мы не были в самом главном рок-н-ролльном городе Америки – Лос-Анджелесе. Однако этот вопрос с промоутером я уже обсуждал, есть идеи повторить тур либо осенью 2017 года, либо весной 2018 года. И тогда, конечно, Лос-Анджелес обязательно «подцепим». Не отказался бы я и от «Cavern Club», правда, честно не знаю, функционирует ли он еще как концертная площадка или уже успел стать музеем.

Я знаю, что название «The Matrixx» предложили Вы. Как и «МЭD DOГ», и «Янг Ганз»?

Да, так сложилось, что во всех коллективах, кроме группы «НАИВ», названия предлагал я. (Улыбается). Но это просто так получалось. Вот с «The Matrixx» была масса всяких момен-тов. Если брать в качестве названия одно слово, нужно не допустить таких казусов, которые были в своё время у группы «Nirvana». Я очень удивился, когда узнал, что в мире нет и не было ни одного коллектива с названием «The Matrix» или «Матрица». Вообще. (Улыбается). И это очень странно. За все время “Матрицей” называлась только американская продюсер-ская группа, где три автора писали песни для разных исполнителей, например, для «Korn». Вот мы это название и взяли. А два икса в конце слова были нужны, потому что мы не смогли зарегистрировать сайт matrix.ru, это имя уже было занято каким-то сайтом. (Улыбается).

Поговорим немного о Вашем раннем творчестве в составе «Янг Ганз». Псевдоним “Snake” появился благодаря группе «Whitesnake», которую Вы слушали в школе?

Насколько я помню, да. (Улыбается).

А западное имя, как у товарищей по группе, не брали? В «Янг Ганз» же были Джефф, Никки…

Нет, был Димой Снейком. А вот товарищи по группе да, глумились со страшной силой. (Улыбается). И мне очень жаль, что никто из них сейчас не занимается музыкой, вообще никто. По этой причине даже реюнион на одну песню невозможен.

Что же случилось с группой, почему вы распались ? Все же было хорошо – концерты, эфиры, известный продюссер Юрий Айзеншпис.

Не справились с собой. (Улыбается). Когда на нас обрушился весь этот шоу-бизнес со всеми его возможностями, нам было по двадцать два. Кроме того, среди нас отсутствовал лидер, который бы цементировал коллектив, направлял его. Такой человек необходим, при-чем не обязательно это должен быть основной автор песен. Главное, чтобы лидером был участник коллектива, а не человек из вне. Человек из вне может руководить группами типа «`N Sync» или «Иванушки International». А в рок-группе должен быть внутренний стержень, который держит её изнутри.

А были предложения уехать за границу как группам «Автограф» или «Парк Горького»?

Не, мы ж щенки, малолетки по сути были, какая там Америка. (Улыбается). Уехать индивидуально если только… Перед глазами стоял пример Саши Кревцова, бас-гитариста, который отправился на Запад и сделал там совершенно фантастическую карьеру. Можно было поступить так, но я настроен патриотически, уезжать не хотел тогда и не хочу сейчас. (Улыбается).

Я знаю, что военную службу Вы проходили в Германии. Удалось ли в этот период как-то соприкоснуться с западным музыкальным миром?

Вот как раз находясь в армии я начал слушать радиостанции, целиком посвящённые року, и оттуда узнавал о всех новинках. В СССР на тот момент такого не было. Ещё привёз оттуда домой 30-40 виниловых пластинок. (Улыбается).

А Ваша музыкальная деятельность в армии была приостановлена?snake1

Почему же, я поигрывал и в оркестре, и в группе. Первоначально-то я должен был воевать в Афганистане, но незадолго до моей отправки туда Горбачёв начал вывод войск. А в Германии я чем только не занимался — играл, рисовал, оформлял воинскую часть, всё, что угодно. Войска из Германии вывели через полгода после моей демобилизации, слава Богу, не присутствовал при этом всём, и не видел оставление казарм и прочие чудовищные вещи.

На концерты в Германии сходить не удалось?

Нет, выход в город был обязательно в сопровождении прапорщика. (Улыбается). По край-ней мере, для рядовых и сержантов. А я был сержантом, получил это звание, окончив «учебку» в Чебаркуле. Это место, куда недавно метеорит упал. (Улыбается). Прямо в то озеро, около которого располагалась наша «учебка».

Вы упомянули, что будучи в армии, играли в оркестре. Томми Ли (ударник американской глэм-рок группы «Motley Crue» — прим.ред.) освоил многие приемы, которые использует, чтобы эффектно выглядеть на сцене, тоже играя в оркестре. Вы также учились?

Участники маршевых оркестров играют гораздо эффектнее многих рок-звёзд, их специально обучают и жонглированию палочками, и прочим приемам. Я учился у всех барабанщиков, каких только можно, американских в том числе. Когда я начинал играть, видеомагнитофоны были далеко не у всех, да и клипы с концертными записями нужно было поискать. Помню, приходилось постоянно ставить видео на паузу, чтобы отмечать какие-то нюансы. (Улыбается). Но в те времена многие музыканты выглядели очень круто, поэтому было у кого поучиться визуальной составляющей.

Расскажите о Вашем увлечении живописью. Вы упоминали, что свои первые серьёзные заработки делали именно как художник.

Да, пока музыка не начала приносить доход, я зарабатывал всеми видами художественной деятельности. Притом действительно всеми — начиная от копий голландцев для богатых людей и заканчивая шкатулками «под Федоскино», которые потом продавали на Арбате. Ещё матрёшки на продажу в Америку разрисовывал, портреты делал на заказ. В общем, брался за все виды деятельности, связанные с живописью, и на тот момент это был мой основной заработок. Музыка же принесла первый гонорар, если мне память не изменяет, в конце 1991 года. «Янг Ганз» тогда заплатили за выступление 20 рублей. Между прочим, неплохие деньги на тот момент. (Смеётся).

А в какой момент музыка перевесила? Или живопись как серьёзное занятие Вы никогда не рассматривали?

Даже не знаю, это случилось как-то само…. У меня что-то получалось, и я этим занимался А станет ли это профессией, я вообще не задумывался. Тоже самое и с музыкой. Так, сочинял какие-то песенки, играя на гитаре, потом начал осваивать барабаны. И всё как-то закрутилось. Я и менеджером-то стал, потому что больше некому было. (Улыбается).

У Вас есть художественное образование?

Я учился в художественной школе, но основную роль, конечно, сыграла практика: я много работал сам, наблюдал как работают другие художники, общался с ними. Все указывали друг другу на какие-то ошибки, и вот так происходило развитие. Ещё такой момент — помню, писал двухметровое полотно часа два, а потом те же два часа разрисовал шкатулку. Вещи абсолютно разные, но и то, и то очень развивает.

А в художественную школу пошли по своему желанию, или родители отправили?

Да я тогда вообще был очень любознательным, живо всё воспринимающим — и рисовал, и на чем-то играл, потом звали на стадион играть в футбол, и я бежал туда. Просто в юности все очень активные и пробуют разные виды деятельности.

А Ваша дочь Рита от Вас не отстаёт?

Да, она очень любознательная и активная. (Улыбается). Тоже рисует, делает большие успехи.

А какие стили живописи близки Вам сейчас, в каких Вы работаете?

Если это как-то охарактеризовать, то скорее всего сюрреализм. И из художников, соответственно, мне больше всего нравятся сюрреалисты — Магритт, Дали. И ещё очень по душе современный гиперреализм, особенно швейцарец Тиль Рабус. Это что-то фантастическое, я бы очень хотел посмотреть на его работы вживую, но пока видел только репродукции.

А насчёт своей выставки никогда не задумывались?

Сейчас у меня есть порядка десяти моих работ, для выставки, конечно, нужно больше. К тому же я пока вообще не понимаю, долго ли продлится этот период рисования авторских картин. Всерьёз это или нет — поживём-увидим.

Те жанры, к которым относились и относятся группы, в которых Вы играли — глэм-рок, панк-рок — у многих ассоциируются с хаосом и каким-то «раздолбайством». Вы же производите впечатление педантичного, собранного человека, у которого «всё разложено по полочкам». Как удалось избежать тлетворного влияния?

Как я уже говорил, когда распались «Янг Ганз», ко мне пришло понимание того, что в группе должен быть человек, занимающийся менеджерскими делами. Я считаю, что музыкальный лидер, как, например, Глеб, не должен решать административные вопросы, связанные с репетициями, записями, гастролями, логистикой и прочим. Но тем не менее, кому-то этим надо заниматься. Вот я и занялся. А это «раздолбайства» не предполагает. Конечно, все мы выпиваем и тусуемся, вопрос лишь в том, что кто-то может это делать умеренно, а кто-то недостаточно. (Улыбается).

Вы принимаете участие в новом проекте режиссера Валерии Гай Германики. Завесу тайны над ним не приоткроете?

Да, я снялся в эпизоде её нового сериала. Причём в том эпизоде, в котором изначально дол-жен был сниматься Богдан Титомир. (Смеётся). Но он почему-то отказался, и Лера позвала меня. Это, конечно, очень смешно. Я там сижу в окружении гламурных девиц на пафосной вечеринке и принимаю наркотики. Такая вот роль. (Улыбается). Эпизодическая, но со словами.

Это был интересный опыт? Актерскую профессию освоить не думаете?

Мы с Лерой давно знакомы, и я не в первый раз вижу, как она работает. Она всегда создаёт хорошую доброжелательную атмосферу на площадке. Поэтому, когда я шёл на съёмки, то заранее знал, что всё будет легко и просто. Так и получилось. А с другими режиссерами, говорят, бывает иначе. (Улыбается). Актёрство — это серьезная профессия, которой нужно отдавать очень много времени. Я, если честно, всегда удивлялся двум видам творческой деятельности — писательству и актёрству, не очень представляю, как у людей они получаются. А вот всё остальное я понимаю и даже практикую. (Смеётся).

Но тем не менее я видел упоминания в интервью, что Вы записываете разные истории, которые случились за Вашу музыкальную карьеру, и даже собирались издать их как книгу.

Да, действительно, я их записываю, даже где-то что-то выкладывал. Если эти короткие истории собрать воедино, может быть и получится книга, к тому же мне не раз предлагали её написать. Но тут надо понимать следующее. Во-первых, книга — это глобальная задача, требующая большого количества времени и сил. Во-вторых, если излагать только правду, то это будет чудовищно. (Смеётся). Это будет разрушение образа, того, как люди воспринимают многих артистов. А если врать от и до, то это вообще бред, зачем такое писать? Получается, правду не напишешь, а враньё нафиг никому не нужно. Как-то так. (Улыбается).

И последний вопрос. Расскажите о ближайших планах Ваших групп.

«НАИВ» приступили к работе над новым альбомом, на интервью я как раз приехал с репе-тиции. Я уже записал барабаны на новую песню Чачи (Александр “Чача” Иванов – вокалист группы “НАИВ” – прим.ред.). Сейчас готовим песню для проекта «Иллюминатор», организованного радиостанцией «Наше Радио», это трибьют Илье Кормильцеву. Мы выбрали одно из его стихотворений, «Боль», и сейчас пишем на него музыку, записать планируем осенью. В этом проекте также участвует и Глеб Самойлов, он представит свою версию песни «Бриллиантовые Дороги» — в ней не будет ударных и гитар, только клавиши и саксофон, партию которого запишет Алексей Могилевский (саксофонист группы «Наутилус Помпилиус» — прим. ред.). Кроме того, в середине осени у группы «Глеб Самойлов & The Matrixx» намечены выступления с большим симфоническим оркестром в Москве и Санкт-Петербурге. Основная концепция этих концертов следующая. Обычно ведь мы играем с клавишными и playback’ом. А тут всю «электронику», что есть в наших песнях, исполнит оркестр.

Были ли уже репетиции, появилось ли понимание, на что это всё будет похоже?

Пока есть только общие прикидки в плане аранжировки, пишутся партитуры для оркестра. Репетиции вообще будут за три-четыре дня до концерта, особо сыгрываться не нужно, ведь для всех будет дирижёр. С его кандидатурой пока тоже не определись, возможно организаторы пригласят иностранца.

А в случае успеха не думаете записать симфонический альбом как сделали, например, «Би-2»?

Да, такие планы есть, кроме того думаем отправиться в тур с этой программой по ряду городов. И возможно это случится уже весной следующего года.

Большое спасибо, Дмитрий!

Спасибо Вам!

Беседовал Михаил Степанов, специально для MUSECUBE

Автор фото — Анна Алексеева

Благодарим Елену Рудакову за помощь в организации интервью

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.