Клубов в Петербурге, по счастью, великое множество — выбирай любой. Они удовлетворяют самого взыскательного меломана. Всегда интересно узнать, как протекает внутренняя жизнь того или иного места, какие тайны скрывает клубный бизнес. Арт-директор клуба «The Place» Саша Яковлев рассказал в интервью порталу MUSECUBE, что он думает о состоянии музыкальной индустрии, о новых исполнителях, о «клубе мечты» и не только. С каким альбомом Саша хотел бы пригласить в клуб Виктора Цоя? Что такое «storytelling» и «Табурет»? Ответы на эти и другие вопросы — в свежем материале Марины Константиновой.

— Сегодня мы будем говорить о клубе «The Place». Хочется начать с истоков: как он возник, появился, имелась ли изначально при его создании некая концепция.

— Начнем с того, что здесь я все же не самого основания «The Place». Весной этому месту исполняется десять лет, и я работаю в нем последние два года. К деятельности клуба причастны множество замечательных людей: Клэр, которая после занималась А2, Денис Рубин («Эрарта»), Стас Гаврилов, который занимался после этого «Упсала-цирком» и многие другие.

— А что-то изменилось в «The Place» непосредственно с твоим приходом?

— Конечно. Вкратце объясню ситуацию: в то время существовало несколько иное положение дел в клубной сфере Петербурга. На тот момент, когда я пришел сюда, сразу после закрытия Da:Da, концерты в «The Place» были редки. Десять лет назад в городе не хватало площадок тысячного характера, как ныне здравствующие «Зал ожидания», А2, «Космонавт», «Аврора». Примерно три года своего существования все было замечательно, люди до сих пор вспоминают фестиваль Back Yard, который проходил во дворе, и там одновременно выступали Бонобо, DJ Вадим, DJ Crush. Потом ситуация поменялась, начали открываться большие площадки, артисты выросли в творческом отношении, им стало тесно, возникло ощущение, что клуб расположен далеко. Тогда была предложена иная концепция, клуб взялся собирать вокруг себя любителей различных игр, в частности, настольных. Концерты, конечно, тоже время от времени происходили, но значительно реже. Меня пригласили сюда, и я стал расширять формат. Конечно, у нас до сих пор вы не услышите металл или оголтелый рэп, но главной задачей, на мой взгляд, является грамотно продуманная, разнообразная концертная программа: от фолк-историй до экспериментальных течений. Подчас, кстати, и популярная музыка попадается. Надо заметить, что сначала были некие опасения, конечно, так как уже выросло новое поколение, ничего про это место не знающее. Но, к счастью, с каждым месяцем моего присутствия здесь, событий становилось все больше. Поначалу мы думали: «Хорошо, пусть у нас будут 2-3 концерта в неделю». Сейчас их количество порой достигает пяти- шести. Я доволен той программой, которая здесь состоялась, если подытожить.

— За эти годы у тебя наверняка сформировались представления о неком «идеальном клубе», месте мечты. Опиши такое заведение.

— Начну с того, чего ни в коем случае не должно быть в клубе. Категорическое «нет» сомнительному музыкальному вкусу. Это важный момент. Конечно, о вкусах не спорят, но есть хорошая фраза: «Когда б вы знали, из какого сора…». Я думаю, что когда был записан альбом «45» группы «Кино», никто не ожидал, что через некоторое время за этим последует «Группа крови». Это же совсем разные вещи и несопоставимые масштабы.

— А с каким альбомом из названных ты бы пустил группу «Кино» в этот клуб?

-. С любым! (смеется). Далее, если продолжать про клуб мечты: в нем обязательно должны происходить какие-то мероприятия, завязанные не только на музыку. Это могут быть лекции, мастер-классы, творческие встречи.

— А что это дает клубу, по-твоему?

— Это расширяет аудиторию и специфику подвижности места. Возвращаясь к нашему клубу, хотелось бы рассказать, как мы, например, опробовали формат интеллектуальных вечеринок. На данный момент их состоялось две, и обе они прошли очень достойно. Одна была связана с литературой, и на ней присутствовали различные спикеры, в частности, Лев Лурье. Вторую такую вечеринку мы посвятили кино, в ней приняли участие режиссеры Юрий Быков, Максим Пежемский. Чего еще не должно быть в клубе? Хамства, причем начиная со входа в заведение. Зачастую в этой индустрии слабое место — сотрудники охраны и отсутствие элементарной вежливости.

— Есть ли какая-то принципиальная разница, помимо собственно технической, между проведением акустических и электрических концертов? Многие, допустим, считают, что акустика не всегда способна собрать полный зал.

— Возьмем в качестве примера недавний концерт Леонида Федорова. Почти два часа мастер исполнял под одну гитару свои песни. Все. Это никак не повлияло на количество людей, некоторым даже не хватило билетов. Подчас как раз акустические вещи бывают более редкими, что и привлекает зрителей. Или творческий вечер Бориса Гребенщикова, который состоялся 30 августа. В каком еще большом клубе маэстро спустится в зал и в течение довольно большого времени будет общаться с людьми, фотографироваться, раздавать автографы? Здесь это произошло очень органично. А вообще, это деление «электрический»/ «акустический» концерт во многом зависит от самого артиста и от его позиционирования. А если все же говорить о технической стороне, клуб должен быть готов принять любой формат.

— В клубной афише можно встретить столь интригующее название, как «Вечер storytelling’а». Что это такое?

— Storytelling- формат мероприятий, когда выбирается какая-то конкретная тема, например, «Как я провел лето», и пришедшие люди могут рассказать свою личную историю об этом.

— То есть на этот вечер клуб превращается в своеобразный кружок по интересам?

— Конечно, и в нем главная цель- общение людей, их коннект. Все делятся эмоциями опытом, каждому есть, что сказать. Подобные мероприятия еще делает у нас такая коллаборация «Табурет». Это связано с ассоциациями из детства, когда тебя взрослые просят рассказать стишок, и ты встаешь на табуретку. Здесь то же самое происходит со взрослыми людьми, только участники выбираются заранее.

— Сейчас распространено мнение, что с наступлением digital-эпохи, эры Интернета и соцсетей, люди, условно говоря, перестали смотреть друг другу в глаза. Можно ли считать, что клуб «The Place» способствует сохранению человеческого общения в прежнем его понимании?

— Это приятно услышать. Да, конечно же, мы прикладываем массу усилий к тому, чтобы человеческие отношения оставались таковыми, используя при этом как раз те самые цифровые средства. Нам важно, чтобы люди могли здесь комфортно(!) себя почувствовать и найти собеседника.

— Если бы ты услышал о «The Place» отзыв: «Здесь хорошо, как дома», это могло бы считаться лучшим комплиментом?

— Безусловно. Еще одна решающая, на мой взгляд, составляющая клуба — это наличие хозяйской руки. Когда вы заходите и отмечаете для себя, что есть гардероб, а в нем — гардеробщик, работают туалеты, присутствует недорогое меню, позволяющее поесть и выпить, то становится очевидным, что заведение в полном порядке.

— Не комплимента ради, а исключительно для констатации факта хочется отметить, что клуб и впрямь очень уютный и приятный по атмосфере.

— Мне кажется, что подобных площадок средней вместимости в Петербурге просто нет. Ни в коем случае не в укор коллегам, но, если рассматривать с точки зрения уюта, подобных площадок не найти. Дело не только, скажем, в мягких диванчиках, а в общем посыле.

— А кто непосредственно причастен к тому, что здесь так хорошо и приятно? Картины, цветы, книжные шкафы — как это появилось в интерьере?

— Прежде всего, надо отдать должное Александру Валентиновичу Петрову, создателю и владельцу клуба, а также всей нашей команде в целом. Вообще, наш коллектив замечательный: от охраны и повара до звукорежиссера и пиарщика.

— Теоретически клуб может открыть любой человек. Какие подводные камни существуют в этом бизнесе?

— Это все не очень просто. Во-первых, надо обязательно быть на «ты» с нашим законодательством, поскольку есть определенные вещи, которые все обязаны выполнять. Но любое препятствие существует для того, чтобы его преодолеть. Если человек перед ним останавливается, то тогда, конечно, все, ничего не состоится. Вообще, сложности, конечно, для каждого разные, причесать всех под одну гребенку не получится. Это может зависеть от приоритетов заведения, например, или от его формата. В любом случае, для каждой проблемы должно найтись решение.

— А каково, на твой взгляд, состояние нашей музыкальной индустрии на сегодняшний день? Не секрет, что многие жалуются на отсутствие новых имен, ярких самобытных исполнителей и команд. Кроме того, с уходом музыки в Интернет, сам формат клубных выступлений может в скором времени потерять актуальность, считают некоторые.

— Мое мнение таково: люди ходят на концерты, потому что они дают непосредственное впечатление, а живое выступление артиста отличается от того, что он делает студийно. С индустрией, конечно, есть некоторые сложности, но, с другой стороны, они были всегда. Я не могу сказать, что мы находимся в глубоком кризисе. То и дело возникают разные интересные имена, причем не из столиц. Например, группа «Громыка» из Петрозаводска, крайне любопытный проект. Мне кажется, за последний год это одно из самых ярких моих впечатлений. Или, например, команда «Jack Wood», которая переехала из Томска в Москву. Меня поразила группа «1/2 Orchestra», духовой такой ансамбль, просто супер! Еще Антоха МС, настоящий артист-мечта. Или группа «Glintshake» с русскоязычным альбомом – это же просто бомба, я заслушал эти песни до дыр. Очень выросла группа «Shortparis». Еще «Аффинаж» — на моих глазах за 2 года произошел подъем от 100 до 500 человек на концертах, при этом их совсем не назвать молодежной группой или следующей модным тенденциям, это новая русская тоска, если конечно она может быть новой. Когда видишь что люди занимаются своим делом и я и наша команда могут в этом помочь – это очень здорово! Мне лично абсолютно не важно, в каком жанре люди делают музыку. Главное — чтобы было выразительно, присутствовал свой язык, творческий почерк. Когда накатывает такая волна: послушали двое, рассказали пятерым, те, в свою очередь, кому-то еще — и постепенно этот коллектив обрастает аудиторией. При этом, мне совершенно не хочется мириться с тем, что люди, достойные большего, обладающие нешуточным потенциалом, не попадают ни на телевидение, ни на радио. В этом и ответ на вопрос, почему Интернет становится столь важной платформой для раскрутки. А застой в музыкальной среде и понятие формата/неформата, на мой взгляд, явления искусственные и в какой-то степени даже созданные намеренно.

С Сашей Яковлевым беседовала Марина Константинова,
специально для MUSECUBE.

Фотографии Елены Карповой.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.