f7kAeyePcnEВолшебный и манящий мир кино с самого начала своего существования привлекает к себе многих людей. Кое-кто из них даже получает соответствующую профессию, чтобы самим создавать новые фильмы. MUSECUBE представляет интервью с молодым и талантливым кинорежиссером Анатолием Корниловым, который в свои 25 лет уже является создателем ряда лент и победителем различных фестивалей. Поводом для этой беседы стала первая серьезная премьера Анатолия, прошедшая в начале июня в киноконцертном зале СПбГИКиТ. О «кинокухне» и хороших сценариях, о пошлости и табу в профессии — в свежем материале Марины Константиновой.

— Недавно состоялась премьера Вашего фильма. Я правильно понимаю, что это дебют?

— В стенах нашего вуза, Института Кино и Телевидения, — да. Но это уже моя тринадцатая учебная работа.

— А свежий фильм воспринимается Вами как какой-то новый этап в творчестве или это просто очередная веха в учебе?

— Мне по-прежнему помогает мой мастер Виктор Иванович Бутурлин, но в этот раз у меня состоялась настоящая серьезная премьера на большом экране. Было немного волнительно и одновременно любопытно, как все будет смотреться, как отреагирует зритель.

— Хочется все же поподробнее узнать о фильме, о его жанре.

— Лента получила название «Чертовы яблоки», по сути это черная комедия, с примесью абсурда. Все началось с того, что наш мастер дал студентам задание на тему «Страх», из нее надо было создать какое-то свое короткое произведение. Я принес реальную историю из своего детства, на занятиях в мастерской мы стали ее развивать, крутить так и эдак. Наша преподавательница сценарного дела Наталья Анатольевна Милашкина дала пару дельных советов. В общем, жизнь сама подсказала тему, и из нее в итоге получился фильм. Съемки прошли достаточно быстро, фактически за три ночи (именно в это время происходит действие) и сейчас я уже начинаю понимать, что какие-то моменты можно было бы переделать, улучшить и довести до совершенства. Но, в целом, зрителю понравилось. Сам я очень ценю творчество Эжена Ионеско, его воспевание абсурда и то, как мастерски он все это делает. Мне нравится, когда через такой юмор, через доведение до неких крайностей поднимаются на самом деле серьезные проблемы.

— Расскажите, пожалуйста, о сюжете более детально.

— «У страха глаза велики»,- так можно кратко передать основную мысль фильма. История про двух полицейских, решивших сорвать яблок в саду у школы. Также там фигурируют ученики, которым не продали спиртное в магазине. У школьников возникает некий предмет спора («а тебе слабо пройти через сад и купить алкоголь в другом месте?»). К этому добавляются слухи об убитой в саду девушке. Так возникает тема пресловутого большого страха, безумной паники. Из пустякового стечения обстоятельств завязывается серьезная история: все участники событий пугаются и сами пугают друг друга — создается замкнутый круг. В конечном итоге как раз и доходит до абсурда.

xi0saeWmqD8— Почему именно черный юмор и абсурд были выбраны в качестве своеобразного творческого метода?

— Мне просто интересно было сделать именно так, попробовать свои силы. Я думаю, что от такой темы можно проложить дорогу к полноценному авторскому кино, которое придется по вкусу зрителям.

— Большая ли разница между ожиданием от съемочного процесса и непосредственной реальностью?

— Хороший режиссер будет сам везде ходить, узнавать специфику киношной «кухни», знакомиться с процессом изнутри, поэтому каких-то особенных сюрпризов в таком случае на съемках быть не должно. Прежде, чем приступать к работе, ты должен иметь четкий строгий план действий, раскадровку будущей ленты. Кроме того, кино- это же командный процесс, ты окружаешь себя единомышленниками, которые выполняют значительную часть важной работы. Художники по реквизиту и по костюмам, ассистенты по актерам, продюсеры, администраторы, художники-постановщики — вот те люди, которые в итоге и создают фильм, за каждым из них закреплена важная функция. Но, конечно, сложности поджидают на каждом шагу.

— Очень интересно: а как лучше, когда у сценариста и режиссера (в том случае, когда это два разных человека) одинаковый взгляд на фильм или когда они имеют разные точки зрения?

— Я люблю читать чужие сценарии, в том числе и студенческие. Главное, чтобы текст, сюжет, образы подходили тебе. Конечно, порой в ходе режиссерской интерпретации, сценарий претерпевает значительные изменения, и тогда автору может быть неприятно. Поэтому возможен такой вариант сотрудничества: режиссер и сценарист садятся вместе и начинают превращать идеи, замыслы в полноценный текст, обсуждая попутно все детали, помогая друг другу.

— Известно, что кинопроизводство требует титанического усилия множества людей, остающихся за кадром. Есть даже расхожее мнение, что кино нельзя считать искусством, поскольку это именно грубый рабочий процесс, а зрители видят лишь верхушку айсберга. Вы согласны с этим?

— Ну, это же как в ресторане. Люди, допустим, ужинают или обедают, не зная, что происходит в этот момент на кухне. Главное, чтобы конечный продукт в итоге адекватно воспринимался зрителем. Я склонен думать, что кино- это искусство. Есть, конечно, некоторые детали, подводные камни, профессиональные секреты, но зрителям знать об этом вовсе не обязательно.

cf76oE9KJiw— Вернемся к прошедшей премьере. Как нашлись актеры на роли в Вашем фильме, каково Вам было с ними сотрудничать?

— У меня есть несколько любимых актеров, с которыми всегда приятно совместно работать. Конечно, если они откровенно не подходят по типажу, то ищу других, тут уж ничего не поделать. У меня есть два замечательных артиста из театра «Цех»: Андрей Чулков и Витя Булгаков Андрей Макеев, он работает в театре Эстрады. С ними очень приятно и комфортно работать, они все буквально с полуслова понимают. Также в «Чертовых яблоках» снялся первокурсник из моего вуза, кроме того, я привлек к работе несколько моих приятелей.

— А кого из отечественных/ зарубежных режиссеров Вы могли бы назвать авторитетами в профессии, учителями?

— Я всегда смотрел самое разнообразное кино, и оно естественным образом формировало мой вкус. Мне нравятся отечественные режиссеры: Данелия, Рязанов. Например, картина «Невероятные приключения итальянцев в России», в ней есть настроение, интрига, советский такой экшн. В фильмах Данелии всегда такой тонкий юмор, который я очень ценю. Из западных картин в последнее время часто пересматриваю работы Гая Ричи. Тарантино, конечно, мне тоже очень нравится, ранний Роберт Родригес…

— Большинство творческих людей утверждают: в том, что они делают, нет места пошлости. Как Вы понимаете для себя это слово?

— Хороший вопрос, серьезный. Есть какие-то общепринятые человеческие рамки, вечные ценности, в которые и укладывается данное определение. При этом, наверное, пошлость у каждого своя. Все, что мы видим на экране или на сцене, должно быть оправдано с режиссерской точки зрения. Даже если на первый взгляд что-то кажется нам пошлым, если это необходимо по ходу действия, так тому и быть.

— О чем, по-Вашему, нельзя снимать кино?: Какие темы, сюжеты не должны подниматься в фильмах?

— Я недавно читал книгу Михаила Ромма «Записки кинорежиссера», и он там как раз об этом рассуждает. Мне кажется, не стоит делать кино о политике, например. Ты снимешь злободневный краткосрочный фильм, а он через какое-то время забудется, потеряет актуальность. Сейчас никто не смотрит кино «Ленин в Октябре», он, несомненно, устарел. Интереснее, допустим, человека рассмотреть на фоне каких-то политических событий, но это все же немножко другое.

Беседовала Марина Константинова, специально для MUSECUBE
В интервью использованы фотографии, предоставленные Анатолием Корниловым

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.