Кадр из фильма «Стекло»

 

На Comic Con Russia, проходящем в октябре 2018 года в Москве, М. Найт Шьямалан признался, что, создавая «Неуязвимого», он уже планировал запустить серию из трех фильмов, но план слишком долго претворялся в жизнь, а потому зритель увидел сиквел лишь в 2016 году, даже не подозревая до последней предтитровой минуты, что «Сплит» таковым является. Успех картины спровоцировал немедленное производство триквела, который вышел в прокат 17 января под названием «Стекло».

 

Мечта Шьямалана слишком долго формировалась в цельную композицию, а потому не каждый зритель свяжет воедино слишком далеко разбросанные по кинематографическому пространству детали пазла, составляющего микровселенную режиссера. Но он постарался замкнуть круг долгих странствий, собрав в конце пути всех причастных. Разрозненность в головах аудитории обрела целостность в «Стекле», но самому «Стеклу» уготовано двойственное положение относительно понимания «финал» и «начало».

 

То, что могло бы стать отличным групповым фильмом в рамках вселенной Шьямалана, толчком к развитию персонажей и идеи (как первые «Мстители» в Marvel), стало несвоевременным завершением, которое трансформировало заложенные в ленту загадки в необъяснимые. Долго надуваемый мыльный пузырь лопнул прямо на наконечнике, порадовав лишь процессом надувания, пока фантазия рисовала возможный полет – развитие за пределами трилогии. «Стекло» превратилось в основанный на современных тенденциях манифест зрителю. Красиво уйти, крикнув напоследок идейный лозунг, оказалось предпочтительнее, а размышления о пробуждении общества и скрытых героях, видимо, должны были компенсировать оставшуюся в ряде случаев недосказанность.

 

Шьямалан очень много времени уделяет противопоставлению мира супергероев и реального, отдаваясь идее, что неординарное – сокрытая, но неотделимая часть обычного. Рассматривает образ героя в качестве угнетённого ангела мира примитивных людей, который должен явить себя как высшее существо – чудо. Для этого режиссер проецирует последовательность действий супергероев на действия реальных персонажей, отождествляя комиксы с вполне вещественным прототипом. Исследуя вопрос о том, что комикс — не просто плод чьей-то фантазии, а хроника, описывающая реальные события, Шьямалан рождает аналогию — комикс есть что-то сродни Библии мира супергероев. Существуют верующие, признающие реальность описанного на ее глянцевых страницах, атеисты, считающие похождения героев в плащах продуктом воображения, и фанатики, которые, по словам героини Сары Полсон (психиатр Элли Стейпл), собираются на тематических конвентах – места своеобразного паломничества гиков. Забавно, что именно на Comic Con Russia Шьямалан впервые явил отрывок из «Стекла».

 

Несмотря на то, что действующих лиц в картине трое, Элайджа Прайс и Дэвид Данн не имеют реального веса, кроме того, какое заложил изначально в рамках сюжета в них Шьямалан. Действующие лицо – Кевин Крамб в исполнении Джеймса Макэвоя. И дело не в том, что память о нем еще свежа со времен «Сплита», в отличие от его забытых зрителем оппонентов, а в самом Макэвое, который отыгрывает за троих, пока Брюс Уиллис держит лицо кирпичом, а Сэмюэль Л. Джексон большую часть фильма пребывает в состоянии будто бы анабиоза. Их актерская игра настолько скупа, что не вызывает хоть сколько-нибудь схожей в эмоциональном плане отдачи, даже при наличии героев (мама Элайджа, сын Данна), призванных катализировать данные чувства у зрителя. Макэвой же играет не только за себя и ключевых персонажей, мгновенно переключаясь между личностями так, что угадать их можно еще до того, как он скажет первое слово в реплике, но и «химичит» за двоих, компенсируя топорность каменнолицей Ани Тейлор-Джой.

 

Говорить что-либо об арках персонажей не имеет смысла, поскольку Шьямалан со скоростью гепарда пробегает по лицам и действиям. От ощущения полнейшего сумбура картину отделяет только заблаговременное знакомство с героями, какое все же разбивается о стену неизвестности, возведенную нехваткой хронометража вокруг антагониста. Шьямалан настолько рьяно хотел убедить героев и зрителя в теорию противоборствующей стороны, что немного забыл раскрыть ее саму. Смиритель с тем, что зло – это зло, а что там за трилистник – не вашего ума дело, в сущности.

 

Подобного рода сюжетных ход выгодно смотрелся бы в рамках разрастающейся истории, но режиссер поставил себя в неудобное положение заявлением, что «Стекло» — последний фильм трилогии. А посему лента пытается сделать вид, что важна лишь та мысль, пропагандой которой и является фильм, и дабы зритель получше это понял, на первый план под финал выносят драматизм, вооруженный красивыми речами, жертвенными порывами, и максимально нереалистичной финальной сценой, призванными зародить в умах мысль – конец становится началом, жертвенная смерть – толчком к становлению нового мира, герои живут среди нас – им нужно перестать скрываться и выйти на свет. Но не слишком ли многим Шьямалан пожертвовал во имя просветительских целей?

 

Валерия Стойкова специально для Musecube

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.