«Кармина Бурана» попала в «Музыкальную коллекцию» Филармонии16 мая в Санкт-Петербургской академической филармонии им. Д.Д. Шостаковича открылся XIII Международный фестиваль «Музыкальная коллекция». В его рамках в Большом и Малом залах прозвучит много симфонической и камерной музыки, откроются новые для петербуржцев имена. Фестиваль продлится до конца июня, так что интересующимся классикой будет, что посмотреть и послушать.

Ярким событием нынешней «Музыкальной коллекции» стало исполнение величайшего произведения XX века – «Кармины Бураны» Карла Орфа. Сценическая кантата на латинские тексты из сборников средневековой поэзии для солистов, хора и тройного состава оркестра с двумя фортепиано и увеличенной группой ударных инструментов прозвучала 27 мая в Большом зале Филармонии им. Д.Д. Шостаковича в исполнении Заслуженного коллектива России академического симфонического оркестра филармонии под управлением Феликса Коробова, Концертного хора Санкт-Петербурга и Хора мальчиков Хорового училища им. М.И. Глинки. Солистами выступили Анна Денисова (сопрано), Станислав Леонтьев (тенор) и Владимир Сулимский (баритон).

«Всё, что я до сих пор написал, а вы, к сожалению, издали, можете уничтожить. С «Кармина Бурана» начинается моё собрание сочинений», — говорил композитор своему издателю. И действительно, «Кармина Бурана» стала вершиной творчества Карла Орфа и уже более 80 лет является одним из самых популярных произведений в мировой классике.

Из 250-ти стихотворений на средневековой латыни, старонемецком и старофранцузском языках из рукописного поэтического сборника XIII века Карл Орф выбрал 24 стихотворения о переменчивости судьбы, весенней природе и любви, песни застольные и сатирические, а также несколько гимнических строф, оставив неприкосновенным оригинальный текст. Все стихи сочинены вагантами, странствующим средневековым поэтами, которые воспевали земные радости, прославляли любовь, вино и античных богов, осмеивали ханжескую церковную мораль.

Первый номер кантаты – знаменитый хор “O, Fortuna!” («О, Фортуна!») — как ударом молнией пронзил весь зал своей мощью и величественностью.

«O, Фортуна,

словно луна

ты изменчива,

всегда создавая

или уничтожая;

ты нарушаешь движение жизни,

то угнетаешь,

то возносишь,

и разум не в силах постичь тебя;

что бедность,

что власть —

всё зыбко, подобно льду».

Обращение к Колесу Фортуны воплощает основную мысль о всевластии судьбы. Здесь и заложено музыкально-драматургическое зерно всего произведения, прорастающее затем во всех частях интонационно, ритмически, гармонически и динамически.

Вскоре музыка сменяется светлыми тонами, рисующими весеннюю сцену и завершающими первую часть кантаты. Песенно-танцевальные обороты в народном духе передают свежесть пробуждения природы и любви:

«Леса цветут

буйным цветом.

Он покинул меня,

где же мой друг?

увы, кто же будет любить меня?

Леса распускаются,

я — плачу о своём возлюбленном, это во мне».

Вторая часть открывается большим соло баритона “Estuans interius” («Жжёт внутри»):

«Жжёт внутри

и гнев силён,

горько

я говорю с моим сердцем:

задаваясь вопросом,

почему, словно оторвавшись от ясеня,

я, подобно его листу,

играю с ветрами».

Следующий номер “Olim lacus colueram” («Когда я жил у озера») в исполнении тенора и мужского хора напоминает песню-плач скорбного характера, но с оттенком иронии:

Тенор:

«Когда я жил у озера,

когда я был красивым,

то был подобен лебедю».

Мужской хор:

«Я нищ,

чёрен,

и поруган, и болен!»

In taberna quando sumus” («Когда мы в таверне») – хоровая скороговорка с бесконечными повторениями одного-двух звуков, но с контрастной динамикой и яркими оркестровыми красками, вносящими ощущение гульбы и веселья:

«Хозяйка пьёт, хозяин пьёт,

солдат пьёт, священник пьёт,

мужчина пьёт, женщина пьёт,

слуга пьёт с девицей,

работящий пьёт, ленивый пьёт,

белый пьёт, чёрный пьёт,

удачливый пьёт, неудачник пьёт,

глупый пьёт, умный пьёт».

Третья часть, “Cour d’Amours” («Любовные утехи»), начинается светлым соло флейт и хором мальчиков, воплощающих собою ангелов:

«Купидон летает всюду

весь охваченный желанием.

Молодых людей и женщин

соединяет справедливо».

Затем вносит тревожность соло сопрано:

«Одинокая девица,

не познав всех удовольствий,

сохранит она тьму ночи

в глубине

своего сердца».

Полным спокойствием и умиротворением завершается Третья часть:

«Мой самый нежный,

я отдаюсь тебе без остатка!»

Тут же вступает весь оркестр и хор и создаёт резкий контраст скоростью, сменой динамики и ликующим настроением. Это гимн-прославление “Ave formosissima” («Славься, прекраснейшая»):

«Славься, прекраснейшая,

драгоценная, как камень,

славься, гордость дев,

великолепная дева,

славься, свет мира,

славься, роза мира,

Бланзифор и Елена,

всеобъемлющая Венера!»

Но снова, без перерыва, внезапно вступает первоначальный хор “O, Fortuna!” («О, Фортуна!»), образуя трагическую развязку, символизируя полный оборот кольца Фортуны и напоминая о безысходности, неотвратимости рока и силе Судьбы:

«И в здоровье,

и в делах

судьба всегда против меня,

потрясая

и разрушая,

всегда ожидая своего часа.

В этот час,

не давая опомниться,

зазвенят страшные струны;

ими опутан

и сжат каждый,

и каждый плачет со мной!»

Грандиозное сочинение Карла Орфа поражает завораживающей силой эмоционального воздействия на человека. Слушая эту музыку, кажется, даже страшно сдвинуться с места. Словно величественный готический собор она возвышается над нами и захватывает, как Колесо Фортуны.

Анастасия Видмайер, специально для MUSECUBE
Фотоотчет Сергея Спиридонова смотрите здесь

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.