Я давно хотел сделать интервью с Согдианой, но как-то не складывалось – время, заботы, работа у обоих. Но после выхода песни «Самый лучший день» (наше второе творческое сотрудничество и снова успешное) понял, что откладывать уже вообще некрасиво! Я благодарен Согдиане, что она нашла время для долгого обстоятельного разговора. Согдиана потрясающая.

 

Я постарался сделать нашу беседу небанальной и не скучной. Тему одинаковых вопросов от журналистов мы тоже обсудили, как и многое другое. Получилось интересно.

 

Выражаем благодарность кофейне RYABOV COFFEE за предоставленную возможность проведения интервью, фотосъёмки и за гостеприимство.

согдиана

 

— С момента выхода песни «Самый лучший день» сколько раз вас спросили, какой ваш день был самым лучшим?

 

— Пока ещё не так много. Конечно, есть дни более важные и запоминающиеся. Всё-таки я настраиваюсь на то, что каждый день, который мы начинаем, должен быть лучшим. Он есть, он наступил. Волшебство вокруг нас. Знаете, я такой философ в этом плане! Я люблю рассуждения о смысле, о космосе, о чуде нашей жизни. Я убеждена, что каждый день – лучший. Он даёт нам возможности. У нас есть наши близкие, у нас есть желание что-то сделать. Понятно, что самые важные для меня дни – дни появления на свет моих детей. Но, думаю, это самые лучшие дни в жизни любой женщины. Да и мужчины тоже. Но и дальше много важного. Моему старшему сыну 12 лет, среднему 10. Я понимаю, как они меняются каждый день. Вроде и не замечаешь, а потом смотришь – уже вырос, стал совсем другой. Я наслаждаюсь каждой минутой. Я и нынешнем периодом наслаждаюсь, хотя время непростое, противоречивое. Я рада, что мы чуть-чуть остановились, слегка приземлились и окунулись в нашу домашнюю историю. Я считаю, что это время необходимо и мы будем о нём вспоминать.

 

 

— 3,5 месяца – без школы, гастролей, отъездов, всё время вместе. Много нового поняли в своих детях?

 

— Они у меня очень умеют удивить! Я понимаю, что очень сильно им нужна. Они очень разные. С возрастом эта разница становится всё более очевидной. Мне очень хочется оградить их от всего. Я всячески борюсь с телефонами. Я ярый противник гаджетов для детей. Максимум – мультик посмотреть. Есть полезные и вредные вещи. И детей, и взрослых тянет на вредное – оно вкуснее. Если бы была возможность, я бы запретила телефоны в школе. У моего среднего сына очень долгое время был обычный кнопочный телефон без выхода в интернет. Но я поняла, что это бессмысленно: он приходит в школу и они залезают в телефоны друг к другу. Бороться бесполезно. Я купила ему смартфон, он говорит, что смотрит только полезные вещи, но полезное тоже нужно дозировано. Хорошо, что дети относятся к моим пожеланиям с пониманием. Конечно, очень многое зависит от взрослых, от социума и круга общения. Я стараюсь за этим следить. Хотя, без школы и без секций было тяжело, конечно. Ещё сложнее было заниматься дома. Пару недель не было он-лайн уроков, только задания – «школьные» и «домашние». Мы начинали заниматься с утра, необходимые перерывы, выходили уже перед сном. Это было испытанием. Если старший
всё делает самостоятельно, я его даже не проверяю, то среднему я нужна. Ему просто спокойнее, когда я рядом.

 

 

— Мамин сын?

 

— Да! И я очень не тороплю это время! Тем более, сейчас такая возможность дать больше тепла, любви, внимания. Я этим очень дорожу.

 

 

— Я полистал ваш паблик, почитал интервью. У вас нет ощущения, что общаясь с вами, журналисты достаточно однообразны и поверхностны?

 

— Есть такое. Как сказал Филипп Киркоров: «На интервью к звёздам надо приходить подготовленными» (смеётся). У меня были интервью, когда журналист не знал, кто я, даже приблизительно. Наверно, журналистов это устраивает. Я человек достаточно открытый. Если человеку неинтересно нечто большее, сама я не буду вдаваться в какие-то лишние подробности. Он спросил, я ответила. Скажу вам честно, интервью, когда мне было действительно интересно , можно пересчитать по пальцам… Много похожих, стандартных вопросов. Но я понимаю и осознаю, что не все, например, могут знать, « — Что означает имя Согдиана», «- Это такая страна», «-Серьёзно?!». Значит, это интересно. Бесспорно, бывают очень интересные интервью и вопросы.
НО бывают, конечно, и курьезы- думаешь, как человек попал в эту профессию… Как-то у меня была презентация клипа на медленную песню в прямом эфире. И меня спросили: «А вы не пробовали хоть раз спеть танцевальную песню?». Я даже не помню, что ответила. Кажется, я сказала: «Нет!». (смеётся). Конечно, мне хочется говорить о творчестве, так хочу рассказать о новых впечатлениях, эмоциях. Или о старых, о которых я не говорила. А мне сразу: «Что там в личном?». Значит, там интереснее.

 

— В прошлом году вы выпустили лонг-плей из 19 песен. В наше время так почти никто не делает, это гигантский объём работы. Есть ощущение, что творческий процесс у вас никогда не останавливается.

 

— Это так. Я стараюсь записывать максимальное количество песен, потом выбираю самые сильные. Когда нет выбора и есть сомнения, это очень тревожит душу. Хочется всегда выдавать лучшее. Я всегда очень ответственно к этому подхожу. Я что-то выпускаю и знаю, что у меня ещё что-то есть. Это полноценная работа. Помню, только вышла песня «Сердце-магнит», её узнали. До этого её 2 года не брали на радио. Но сейчас я понимаю, что каждой песне своё время и нужно попасть, выпустить не раньше и не позже. А раньше песни на радио крутились дольше. «Сердце» стала большим хитом, у нас было много гастролей и я ничего не записывала. Не было времени. Но я понимала, что сейчас нужна песня не менее сильная. Планку понижать нельзя, а после такой работы очень сложно найти достойный вариант и сделать что-то сильнее. Когда волна «Сердца» начинала сходить, мы буквально успели «запрыгнуть в последний вагон» с песней «Синее небо». Поэтому работа, поиск не должны останавливаться. Сколько бы мы не ходили на различные ток-шоу и мероприятия. Даже если тебя зовут заехать на 15 минут, это подготовка, приведение себя в порядок, дорога – минимум полдня уходит. Важнее работать, работа хоть и затратнее, но эффективнее. Кроме творчества ничего не может быть долгим. Да, поговорили, засветились. На этом всё. Песня, особенно большой хит, держит людей долго. И из этого вытекают концерты.

 

 

— В плане больших хитов вы – счастливая певица, у вас их много. У некоторых есть один на всю жизнь, у некоторых нет вообще.

 

— Да, я счастливый человек! Я прошла большой путь. Я пела на разных конкурсах классически-эстрадным правильным вокалом. И я поняла, что мы поём чужие песни точно так, как кто-то это уже делал. Всё вторично. Не эксклюзивно. Много возможностей, но много и хороших голосов. Я начала работать над своим репертуаром. Я пыталась понять: как это – спеть по-своему? Во мне вылезала какая-то другая певица, не я, не было своего лица. Случился знаковый момент. Я собиралась записывать песню, её нужно было петь стильненько, без вибраций.Я репетировала, очень старалась. Подошёл совершенно незнакомый человек, я его больше никогда не видела. Он сидел, слушал и не знал, что мне слышно его. И он сказал: «Она никогда не споёт хит». И ушёл. Для меня это был ощутимый пинок! Я отказалась от чужих песен. Меня это мучило: почему, что во мне не хватает?! Я вытащу это из себя, я спою! Я сильно озадачилась индивидуальностью, начала искать. И теперь я счастлива, что у меня есть песни, по которым меня знают!

 

 

— И которые зал хором подпевает!

 

— Да! Когда я вышла на «Фабрике» в «Олимпийском» и весь зал со мной песню так, как пою её я! Я рада, что был этот момент «она-никогда-не-споёт». Что?! С того момента прошло много лет. Я знаю, сколько есть больших, прекрасных, удивительных голосов. Но дело не только в этом. А именно в своём репертуаре. Нужно найти свою песню, своих авторов. Создать свой материал. И чтобы тебя звали на концерт не ради исполнения известных, но чужих песен, а ради тебя самой – это самое главное.

 

 

— Наверняка в загашнике полно материала?

 

— Да, конечно. Что-то мы пробуем, другие песни лежат и ждут своего часа. Важен момент выпуска песни. «Сердце-магнит» мы долго носили показывать на радио. Программные директора говорили, что хитом она никогда не станет. Но эти слова никогда не попадали мне в сердце. Ну и хорошо, сомнения – страшная вещь. Это подтачивает. Это страх того, что задуманное не случится, не будет. Работает как программа, что не будет. И поэтому от страхов нужно избавляться. Нужно делать установки, быть уверенным, что всё получится.

 

 

— Вы очень серьёзно относитесь к тому, что написано. Знаю как автор текстов.

 

— Да, это важно. Я понимаю, что у молодёжи другое восприятие, другой сленг. Мои дети слушают свою музыку, уж не знаю, откуда они это берут. Они поют, ставят мне со словами: «Как круто, как классно». Я могу многое понять, что сейчас так поют, думают и разговаривают. Но когда в песне идёт отрицательный посыл для подрастающего поколения, меня не устраивают. Например, «зачем нам школа, мы будем прожигать свою жизнь». И мой ребёнок это слушал очень часто.

 

Детей итак сложно усадить заниматься, объяснить, для чего это нужно, как важно образование. Это же заходит детям на подкорку. Для меня, как для мамы, это абсолютно неприемлемо. Ответственность артиста должна быть. Они же влияют, влюбляют в себя. Я как-то показала сыну новую песню, спросила: «Это достаточно молодёжно?», а он ответил: «Твои песни с 25 лет можно слушать, раньше – нет» (смеётся). Те, кто работает на более молодую аудиторию, должны быть очень осторожны.

 

— То есть, молодых артистов слушаете?

 

— Я же должна знать, что слушают мои дети. Новых артистов появляется много. Проблема в том, что мне трудно отличить, когда закончил играть вчерашний новый артист и начал сегодняшний. Всё очень похоже по музыке, по исполнению. Нужна индивидуальность, а большинство совершенно одинаковые. Ведь, если «зашло» у одного, не факт, что «зайдёт» у продолжателей. Понимаю, модные тенденции. Я всеми руками за любое проявление творчества. Лучше, чем бездельничать. Но творчество – это не только хайп, в основном грязный. Человек сделал что-то отвратительное, о нём заговорили. А дальше градус можно только повышать – или забудут. Куда это приведёт? А неокрепшие умы наших детей впитывают это как нечто классное. Честно, очень не хватает внутренней культуры именно в самих артистах.

 

 

— Не помню вас ни в одной «хайпожорской» истории. Программы с тестами ДНК и в прочей мути.

 

— Приглашали. Нет, не хочу. Прежде всего, я считаю, что это не работает. Кто-то на этом зарабатывает, получает какую-никакую популярность. Но я дорожу репутацией. Все разные, каждому своё. Но совершенно точно это работает только в минус.

 

 

— Возвращаясь к карантину. Концерты – главный образ жизни артиста – запретили. На вас сильно повлиял вынужденный простой?

 

— Это было неожиданно. Особенно, когда ты понимаешь, что у тебя много запланированной работы, которую нужно отменить. Были даты, площадки, ты как-то планируешь свою жизнь. И начинает отменяться всё и сразу – я испытала шок. И в быту – я хотела совершить очень серьёзную покупку, я взяла кредит. Хорошо, что я не начала его использовать и мне удалось его отменить. Страшно от мысли, в какую ситуацию я могла попасть. Часто говорят, что артисты много зарабатывают и никогда – сколько расходов. Песни, постановки, клипы, декорации, свет, звук, зарплата музыкантов, костюмы, танцоры, стилисты (выглядеть на публике обязательно нужно сценично), PR–очень много, перечислять можно долго. Я хочу заступиться за наших артистов. Серьёзные артисты и зарабатывают больше потому, что там большие вложения и траты. И вместе с артистом всегда есть большая команда, которая должна получать деньги за свою непростую работу. Пока с этим не столкнёшься, понять трудно.

 

— Понятно, что все задумки на весь 2020 переигрались. И, соответственно, неожиданный вопрос, без которого не обходиться ни одно интервью: ваши творческие планы?

 

— Я за традиционные большие альбомы, хотя мне говорят, что это немодно. Но я считаю, что песен должно быть не меньше 10. Песни есть, их много, они разные. Но мы не спешим и продолжаем работать над альбомом.

 

Вообще, мы себя настраиваем: то, что не случилось весной-летом, во второй половине года вернётся в двойном объёме! Главное, чтобы без ненужных забот, чтобы неважное не отвлекало. Бессмысленное движение никому не нужно. Если не происходит ничего важного, лучше провести это время дома, с семьёй. Я желаю всем как можно больше результативных шагов!

 

Потихонечку начинаем забивать даты для концертов. Но опять всё меняется: у нас должен был быть Казахстан, но въезд снова закрыли, пришлось отменить. Люди хотят и мы очень надеемся приехать. Уже виден какой-то просвет. Пока о масштабных мероприятиях речь не идёт, но хоть что-то. Онлайн концерты без настоящих зрителей очень уж напоминают телесъёмку или съёмку клипа, совсем не те эмоции. У меня был такой сон: концерт, большой зал, я выхожу на сцену, включается свет, а зал совершенно пустой, там никого нет. Это кошмар и казалось, что это невозможно. Оказалось, возможно. Печально, но это для безопасности людей. Переживём, всё наладится. Вот, уже с вами сидим в кофейне и общаемся! Как я и говорила: пройдёт время и мы ещё будем вспоминать этот самый странный и необычный год.
Александр Ковалев, специально для Musecube.org

 

 

Фоторепортаж Марианны Астафуровой смотрите здесь.

 

 

Ссылки:

 

 

https://vk.com/sogdianamusic

https://www.youtube.com/channel/UC1SEUEX_GvT_rhinji87hbQ

https://www.instagram.com/sogdianamusic/

https://www.facebook.com/SogdianaArtist

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.