Атлантида советской песни12 марта в Московском Доме Композиторов состоялся концерт арт-проекта «Советской песни Атлантида». На сцене – только рояль, экран для проекций, а также два человека, Игорь Зубков и Игорь Балалаев.

 

В этот день концерт начат с минуты молчания. Потому что сегодня проводили Владимира Этуша.

 

И начинается «золотое тридцатилетие». Программа построена так, что повествование ведется в обратную сторону, от 70-х к 50-м. От песни «Наши мамы» к «Одинокой гармони». Композитор за роялем, актер у микрофона, зрители в полутьме зала.

 

Готовясь к концерту, думала, что будет вечер воспоминаний — любимые песни родителей, ностальгия, дань ушедшему детству. А получилось все вышеописанное и Атлантида.

 

Композитор Игорь Зубков за клавишами, его музыка, его владение инструментом – непередаваемы. У микрофона Игорь Балалаев, актер, сыгравший во всех культовых мюзиклах последних лет, способный взять этот зал и без микрофона. Его волшебный голос и недюжинное обаяние ведут зрителя за каждой строчкой, каждым куплетом.

 

Рассказ-концерт, как сейчас говорят — концепт-концерт. Игорь Зубков собрал для сценария материалы, что не найти и в интернете. Балалаев оживил рассказы, придавая каждой истории свою окраску, свое лицо. И все вместе звучало верно и искренне.

 

За каждой песней — уже свершившаяся история. Создание, рождение, выход к людям, популярность. И уже связанные с этой песней жизни простых людей, твоя собственная, твоих знакомых. Ностальгия? Личные воспоминания? Не только.

 

Между веком двадцать первым и серединой века двадцатого — пропасть. Войны, теракты, конфликты, развал СССР, появление интернета, реформы, кризисы. В зале были дети тех композиторов, что создавали советскую песню. В зале были зрительницы, что помнят выходы тех пластинок. Были женщины, чья жизнь разделилась на «советское» и «демократическое» время. И множество девушек, для которых многие песни звучали в первый раз. Все поколения, все слои сегодняшнего общества. Срез времени. Точка в пространстве, сегодня.

 

Можно было бы повести эссе дальше по известному сценарию — сейчас автор вспомнит свое детство, всплакнет, похвалит, скажет, что эти песни нужны… ретро, оно такое.

 

Было на концерте что угодно, только не ретро. На экране – кинохроника, фотографии. Слева от экрана – рояль «Стэнвей» и Игорь Зубков. Справа – микрофон и Игорь Балалаев. И зазвучали песни, на которых выросло не одно поколение. И подняли материк за собой, на котором стояла целая эпоха. Кто бы мог подумать, что из обычного набора песен, из рояля и аккордеона в паре-тройке номеров можно сделать так, чтобы на мгновение, но всплыла целая страна, Атлантида.

 

Возвращалась песня – возвращалась память. Оказалось, что не страшно время. Да, уже не «горят мартеновские печи день и ночь». Не бродит «одинокая гармонь». Нет больше той слегка наивной невинности, сокровенного, чистого. Новое время все заморозило. Атланты уцелели – чистые, невинные люди. Интеллигентные, добрые порядочные. Им мало места в новом времени, том, в котором мы живем. Но сегодня на концерте Зубков и Балалаев вдруг дали каждому почувствовать себя атлантом. Оживив песни, сделав их современными.

 

Да, сейчас 2019-й, у тебя и счет за ЖКХ, и кредит, и Яндекс, и смартфон в руках. Но кто сказал, что нельзя быть атлантом? Что невозможно любить так, как я о том пою? Как я об этом играю? Кто сказал, что это старомодно – глядеть вслед девушке, будучи не в силах заговорить? Кто сказал, что старомодно – любить маму и петь о ней «только не умеет не стареть»? Если все, о чем говорится в этих простых песнях – устарело, то что с тобой случилось?

 

Игорь Балалаев легко спускался в зал и пел рядом со зрителями. Игорь Зубков брал аккордеон, выходил на авансцену, мы забывали, что только что отзвучал рояль. Мостик над временем был узок, а все уместились на нем. Нет старых песен. Есть те, которые не поют. Нет никакого времени. Есть ты – живущий в нем. Потому что если нет тебя, то некому чувствовать это «тик-так».

 

И звучало «Спокойной ночи, малыши». Балалаев вдруг обратил весь зал в группу детского сада. И строго учил петь «тик-так». Время уже не пыталось никого в зале коснуться. И под руководством такого «воспитателя» никто не стеснялся подпеть припев. Тик-так, милые. Пусть тикает, мы в Атлантиде, здесь все иначе.

 

Вспоминали родителей. Вспоминали самих себя, молодыми, маленькими.

 

Давно не слышала, чтобы где-то звучал «Журавленок». Сегодня – звучал. Непривычно тихо, необычайно сильно. Словно вспомнилось вдруг — «А Родина милей». Родина сидела в зале во всех возрастах. И она же звучала со сцены. И была невесома, как журавлик, только голос и мелодия. Большего не надо.

 

И звучал «Алеша». Военная тема в концерте была затронута только этой песней. А больше и не надо. «Не дарит цветов он девчатам. Они ему дарят цветы». И все — перед глазами. Нечего прибавить. Каменный юноша над городом, который он защищал. «Но то, что вот этот – Алеша, известно Болгарии всей». Прошло восемьдесят лет. Алеша стоит, приносят цветы внучки тех девушек, что приносили ему цветы первыми. Останься он жив, на дворе 2019, уже бы прошла жизнь, сколь длинна бы она ни была. Но длиннее жизни – оказалась песня о нем. И ее спели сегодня. Без единой капли «торжественного отмечания юбилея Победы» Балалаев рассказал об Алеше заново. Девочкам, которым 20, 30, 50, 70… Рассказал так, что теперь любой памятник на могилах неизвестных солдат – Алеша. И захотелось 9 мая принести туда цветы…

 

Была и «Весна на Заречной улице», была и «Планета людей». Вышла на сцену Маша Кац, чтобы привнести в атмосферу концерта живой женский голос, женское начало.

 

Но сердцевиной концерта стала «Черешня», те самые «Куплеты Курочкина». Зубков растянул меха, Балалаев обернулся вдруг лихим пареньком без возраста, и старая песенка вдруг стала молодой. Не было вязкого ощущения передачи «Играй, гармонь», что когда-то шла на ТВ. Не было ни тени деревни или колхозного сбора. А только – молодец без возраста, славный и улыбчивый. И композитор с аккордеоном. «Первые парни в Атлантиде».

 

Но самой тяжелой, самой пронзительной лично для меня оказалась песня из «Неуловимых мстителей», «Громыхает гражданская война». Сто лет прошло с революции, почти сто лет с той гражданской войны. Фильму уже более 50-ти лет. А слова эти – так резанули по сердцу, что от бессилия слезы навернулись. Как плакат: ты записался добровольцем? Что ответить?

 

Не в гражданской войне дело, но в том, как бьется сердце под эти песни, что они пробуждают в человеке. Может быть, это зрелость. Увидеть в песне из придуманного кинофильма все сразу – историю XX века, тех мальчиков, что были командирами в 17-м, ложь томов о гражданской войне, залитую кровью страну, и разломившуюся надвое эпоху, из которой до нас дошли только легенды. Как Атлантида.

 

Диана Галли специально для Musecube
Фотографии Любови Гайворонской можно увидеть здесь

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.