Город теней
Использовано фото из официальной группы театра DEREVO вконтакте

«…Ну, что, парень, готов? Сыграем концерт? Ты сыграешь три звука: первый —ты родился, второй — ты живешь, третий — ты умрешь»…(С)

 

«Город теней» — премьера, спектакль-игра, задевающая, царапающая, неудобная для собственного покоя и лени. Адасинский вообще неудобен человеку успокоившемуся. Нет, это даже не спектакль. Это должно быть спектаклем, но это не спектакль. По ощущению, это ночной разговор по телефону. Долгий. Очень долгий и пугающе-важный. И нет сил, и ты почти засыпаешь, потому что, кажется, уже рассвет, и голова твоя пухнет от количества информации, и ты теряешь нить и снова находишь, начинаешь спорить внутри себя. Замолкаешь. Прислушиваешься. Нас собрали у Новой сцены Александринки, посадили в старый, весело расписанный автобус с глухими окнами (вместо окон нарисованная кирпичная кладка) и повезли. Куда-то. Сквозь приоткрытый в крыше люк были видны верхние этажи петербургских модерновых зданий — Петроградка? Васильевский? Может быть, это вообще уже другая страна?

 

Да, несомненно, это другая страна, другой мир. Да какая разница. Мы верим. Мы послушно завязываем выданными черными лентами глаза и выходим, как цепочка Брейгелевских слепых. Попадаем в Дом. Он живой. Он полон Теней. Люди-тени скрываются в разломах старых стен, бутафорские люстры напоминают внутренности, а мы — его кровь. Мы течем по винтовой лестнице на крышу. И это следующая картина.

 

Из дорожного моноспектакля прорастает DEREVО. И снова дорога и музыкальный монолог. Последняя сцена под дождем. И можно выдохнуть, осмотреться. Где я? И я ли это? То, что мы слушали во время пути — просто до неподъемности, как «Мой брат и я» (рабочее название «Града обреченного» Стругацких) — одного из самых непонятых произведений 20 века, которое фигурирует в текстах «Города». Марик и Роберт. Почти братья. Личность в личности. Внутренний герой — внешний герой. Вечная дихотомия. Роберт — тот, что гонит вперед, мучает, воспитывает внешнего героя музыканта, танцора и актера Марика. Марик сопротивляется, рефлексирует, и, наконец, идет вперед в сердце надеясь на поблажку. Но ее не будет. Нет поблажек у внутреннего контролера. Нет их и у Антона Адасинкого ни к себе, ни к труппе. DEREVO стоит на своей горе — уверенно и гордо. И на эту гору взбираться иногда действительно лучше на транспорте. Мы видим тени, встающие у нас на пути, когда свет теряется в прошлом. Свет прогоняет тени назад. И светом этим может быть что угодно, например, музыка… Именно она дает жизнь всему, что делает DEREVO. Мы проехали с Антоном Адасинским, как проезжаем в автобусах со всеми, с кем выпало делить пространство какое-то время: три часа или три года, и выходим кто где, забывая или всю жизнь помня о встрече. От разговора с хорошим врачом человеку должно стать легче. От просмотра хорошего спектакля легче быть не должно. Не бывает легче от перемен. Бывает радостнее, но легче — никогда. Гарантирую, от «Города теней» легче не будет.

 

Лена Ле специально для Musecube

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.