31 мая состоялась премьера Театра балета имени Леонида Якобсона — «Лики современной хореографии». В этом сезоне — юбилейном, 45-ом по счету — Театр представил вниманию зрителей вечер одноактных балетов. Премьера прошла на сцене Каменноостровского театра, при полном аншлаге.

Благодаря проекту, публика смогла познакомиться с работами двух молодых хореографов — Антона Пимонова и Константина Кейхеля. Несмотря на то, что их творческий путь в качестве постановщиков только начинается, оба автора уже имеют свой ярко выраженный почерк. Их работы оригинальны, гармоничны, и, безусловно, талантливы. Антон Пимонов представил сразу два балета: «Iberia» (одноактный балет в трех картинах, на музыку Клода Дебюсси) и «В темпе снов» (одноактный балет в четырех частях. Музыкальная основа — Вторая соната для скрипки и фортепиано Сергея Прокофьева). Работа Константина Кейхеля — одноактный балет «Столкновение» (на музыку Джоби Тэлбота).

Все три постановки, хоть и объединены в одну программу, являются абсолютно разноплановыми. «Iberia» – это зарисовки и впечатления; «В темпе снов» повествует, скорее, о чисто эмоциональных процессах. А работа Константина Кейхеля — это метафизические размышления о сути вещей и явлений. О метаморфозах, которые можно рассматривать и с точки зрения человеческих отношений, и с точки зрения физических законов Вселенной.

Нельзя не упомянуть об оформлении спектакля. Традиционно для современной сценографии здесь сочетаются простота и мобильность оборудования с великолепными световыми решениями. Свет из вспомогательного инструмента превращается в искусство, создает на сцене новую реальность.

Мы решили, что рассказать о премьере лучше самих авторов не получится ни у кого. Поэтому в перерывах между постановками мы встретились с хореографами и задали им несколько вопросов.

Корр.: — Скажите, чем Вас привлекает форма одноактного балета? Что она Вам как постановщикам дает?
А.П.: — В короткий срок (20-30 мин.) можно рассказать зрителю многое. Ну и для опыта это хорошо – начинать лучше с одноактных постановок, чем сразу ставить нечто масштабное.
К.К.: — Это, конечно же, шаг вперед после отдельных номеров. Более масштабная, детальная работа. Я думаю, это значимый опыт для хореографа. Это первый шаг на пути к большим постановкам, которые я мечтаю поставить в будущем.

Корр.: — В самом начале работы над постановкой от чего Вы отталкивались? Что послужило отправной точкой?
А.П.: — Конечно, от музыки в первую очередь. И уже из музыки вытекает хореография.
К.К.: — Да, безусловно, музыка является одним из главных отправных пунктов. Неким вдохновением, что помогает структурировать работу, создавать хореографию, образы. Музыка, которую я использую в своей постановке (прим.: композитор — Джоби Тэлбот)- сильная, красочная. И очень многоплановая — в каждой части она разная.

Корр.: — Давайте вкратце поговорим о каждой из постановок. «Iberia» (по одноименному музыкальному произведению Клода Дебюсси). Антон, в своем рассказе об Испании Вы не прибегаете к стилизации. А что тогда становится основным приемом для создания колорита?
А.П.: — Я хотел создать спектакль по мотивам испанского фольклора, это не рассказ о стране. То есть и Клод Дебюсси в свое время написал произведение по впечатлениям от Испании, не дословное воспроизведение. Прямых цитат в музыке нет, только отзвуки. Вот и я не хотел, чтоб там были кастаньеты, тореадоры — никакой конкретики. Что называется, «без испанщины». Это просто история по мотивам.

Корр.: — Вторая Ваша постановка, «В темпе снов» (Сергей Прокофьев, Вторая соната для скрипки и фортепиано), выполнена в эстетике сюрреализма. Чем Вам близка эта эстетика?
А.П.: — Там, скорее, не сюрреализм, а чистый танец. И я опять же отталкиваюсь от музыки. Сюжет отсутствует. Только эмоциональные моменты. Соната Прокофьева загадочная, и этим привлекает. Поэтому и постановка получилась такой.

Корр.: — В обеих постановках Вы обращаетесь к классической музыке. Это вопрос принципа?
А.П.: — Нет. Такого принципа нет. Я уже думаю о том, чтобы следующую постановку сделать на электронную музыку. Зритель немного разучился слушать классику, и, возможно, через балет он к ней прислушается. Я выбрал не самые известные классические произведения.

Корр.: — Константин, вопрос к Вам. О названии. Почему именно «Столкновение»? Ведь у Вас там много процессов показано, как в масштабе личностном, так и в глобальном, Вселенском.
К.К.: — Столкновение я рассматриваю как начало. Как импульс любых отношений, любых точек соприкосновения. Это не конфликт или противоборство, а созидательная точка. В столкновениях рождается что-то новое. Апофеоз – это полная гармония, минута наполнения. Когда человек влюблен, он парит. Не факт, что это будет и дальше продолжаться, но здесь и сейчас это есть. На самом деле, в музыкальном произведении-источнике было еще 4 части, которые образуют одну большую симфонию. И, возможно, в будущем мы продолжим, сделаем масштабную работу по этому произведению.

Корр.: — Откуда тяга к метафизическому исследованию в танце?
К.К.: — На самом деле, я люблю разные спектакли. Например, комедийный балет – как в театре оперы и балета в Екатеринбурге. Там можно поработать в кардинально другом стиле, в гротеске. Немножко позабавиться, отдохнуть от серьезности. То есть я ищу разное, мне нравятся сюжетные балеты, абстрактные балеты, какие-то другие формы. Интересно, когда пробуешь разные вещи, потому что когда развиваешься в одном ключе – очень быстро начинаешь себя копировать.

Корр.: — А язык – Вы в основном используете современную хореографию?
К.К.: — Язык очень сильно основан на языке классики. Но при этом стараюсь экспериментировать. Мне интересно работать и с пуантовой техникой. Думаю, что в будущем вы сможете увидеть что-то из этого.

Корр.: — Какие были основные трудности при работе с постановками? И когда начала складываться общая картина спектакля?
А.П.: — Конечно, постановочный процесс сложный. Иногда не знаешь, что придумать на музыку. Иногда получается сразу. А общая картина складывается в процессе. Изначально она есть в голове, конечно. Но потом, когда перекладываешь хореографию на артистов, уже смотришь то или не то. Что-то меняешь. Это живой процесс.
К.К.: — Трудности? Я очень люблю процесс – на самом деле. Иногда больше чем результат. Это приносит много эмоций. Все ребята открытые, хотят работать. Конечно, им было тяжелее, чем мне. Им пришлось перестраиваться с кардинально классической техники на модернизированную хореографию. Но они с этим справились. Первые две-три недели было тяжело, но потом все втянулись. А когда картина собралась, как пазл, и результат стал понятен всем — трудности исчезли. А еще у нас была прекрасная, замечательная площадка. Прекрасные работники. Отдельное спасибо художественному руководителю – Андриану Гуриевичу. Также у нас замечательный художник по свету — Ганзбург Евгений. Художник Олег Головко – тот, кто оформил всю «начинку». Вся команда работала очень здорово. Все было грамотно и профессионально сделано. Обычно у театров, не имеющих собственной сценической площадки, возникает очень много проблем (в монтировке, свет, звук). А здесь все очень хорошо сложилось.

И совсем немного, уже в заключении вечера, мы побеседовали с художественным руководителем театра — Андрианом Фадеевым.

Корр.: — Андриан Гуриевич, расскажите, как формировалась программа? Как отбирались участники?
А.Ф.: — Мы долго и кропотливо отбирали претендентов. В течение целого года я и мои помощники отсмотрели множество работ молодых российских хореографов. Выбор, надо сказать, есть: и театральные постановки, и андерграундные спектакли – где только начинающие балетмейстеры не показывают свои работы! Нашей задачей было найти именно отечественных хореографов.

Корр.: — Вашу деятельность можно сравнить с деятельностью кладоискателя!
А.Ф.: — Отчасти. Потому что любой новый спектакль – это рискованный эксперимент. Наш театр всегда жил новизной, и мы продолжаем идти этим непростым путем.

Корр.: — То есть политика театра – это все-таки новизна?
А.Ф.: — Мы бережно храним бесценное наследие Леонида Якобсона, благодаря которому наши артисты развиваются и растут. Его хореография актуальна и сейчас. В нашем репертуаре есть и классические спектакли, без которых не может существовать академический театр. И, конечно, мы смотрим вперед и поддерживаем все новое, дерзкое, смелое.

Корр.: — Что можно сказать сегодня о судьбе проекта? Его дальнейший путь определен? Где еще будете представлять работу?
А.Ф.: — Балет «В темпе снов» мы уже показывали в Новгороде. В июле везем этот балет на фестиваль во Францию. В октябре «Лики» снова будут показаны в Петербурге. Спектакль вызывает интерес у публики, а, значит, будет жить!

Мы искренне желаем проекту и его авторам новых ярких достижений. А самому Театру — как можно больше интересных, талантливых открытий.

Елена Чернакова, специально для MUSECUBE

Фотоотчет Михаила Козлова смотрите здесь

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.