директор театра

— Ты симфонию Чайковского слыхал? А знаешь, кто Васнецов? — С автобазы, что ли?

«Весна на Заречной улице»

 

Пора признаться: хоть многие и считают меня искушённым театралом, но «на молодца» я, конечно, «эту каску на стройке нашла». Например, до позавчерашнего дня я понятия не имела, откуда произошло выражение «беседовать в кулуарах». Оказывается, часть зрительского фойе театра за ложами называется «кулуар» (публика, абонирующая их, не смешивалась раньше со зрителями из партера). Направляясь в театр, «особые гости» больше интересовались  не собственно представлением, но тем, кто из их круга, с кем и в чём явился в ложу напротив; они раскланивались со знакомыми через зал, а затем выходили «в кулуары» и – да-да! – вволю сплетничали об увиденном.

 

Но беседа с директором Первого Русского театра имени Фёдора Волкова в городе Ярославле, конечно, не только расширила мой «театральный словарь». Айрат Тухватуллин, знакомый москвичам и особенно любителям мюзиклов по недолгой, но яркой службе в московском «Театре Луны», ныне управляет вышеназванным учреждением культуры и уже взял, не побоюсь скрестить метафоры, бразды правления за рога.

Впрочем, «беседа» — недостаточно точное слово для описания нашей встречи. Скорее, это был захватывающий «квест», по ходу которого мы пронеслись по театру от чердака до подвала (буквально!). При этом господин директор успел преподать вашему корреспонденту историю Волковского театра: от палатки на берегу реки и прилагающихся к тамошним действам колотушек, которыми вместо букетов награждали актёров благодарные поклонники – до жалованной энтузиасту Феде Волкову императрицей грамоты о постановке труппы на госбюджет, что и знаменовало собой учреждение первого в России «профессионального» театра. Пересказывать это ревю – напрасный труд, можно лишь надеяться, что Айрат Рашитович в весёлую минуту запишет аудиогид для экскурсии по театру, потому что приключения отца-основателя в его изложении ставят оного перед слушателем… скромно говоря, как живого.

 

Думаю, экскурсии по театру Волкова наверняка будут включены, с аудиогидом или без него, в деятельность коллектива. На одну «профилактику люстры» стоит приглашать публику, ибо это действо достойно изумления. Здание театра возведено в 1909-1911 годах и строилось-устраивалось по последнему слову тогдашней техники: люстра (точнее, группа люстр, хороводом окружающая «розетку» на потолке) сразу была электрической. Однако, уважая традиции театра и в память об изначальных временах, ее компоновку оставили такой, как если бы зал освещали свечи. Та самая «розетка» — устройство для их гашения. Вы знали, как гасили свечи в театрах после третьего звонка? Ведь светильники никто не стал бы опускать над головами партера, чтобы воспользоваться «гасилками», как в обыкновенных господских домах. Свечи задувал преднамеренно устроенный моментальный сквозняк из «розетки» (за ней в потолке устраивался люк).

 

Директор, знающий театр не только как явление структурно-хозяйственное, но и как историческое и социальное, наверное, не редкость в нашей стране, но всё-таки, как говорится, «что-то героическое в этом есть». Айрат Тухватуллин натурально освоил каждый метр вверенного ему сооружения и наметил перспективы для развития театра во все стороны. Если пройти по красивейшим (-ейшим… -ейшим… этого суффикса мало, поверьте) фойе Волковского, кажется, что совершенство достигнуто и этот чертог улучшать некуда. Но директор с гордостью демонстрирует: новый планшет сцены; старые кресла, предназначенные к вывозу и замене на новые; камерный зал на верхнем этаже за фронтоном — на сто мест; пока запертую дверь в помещения, где планируется открыть «малую» сцену на 250 зрителей; детали иммерсивного спектакля, который уже успели представить в «трюме»…

Всё это громадьё планов упирается, конечно, в ожидание разрешения приступать к активной деятельности – репетициям и спектаклям. Тут всё зависит от руководства Ярославской (чуть не сказала «губернии») области. Пожелаем удачи всем театрам России в это странное время!

 

Напоследок маленький, но характерный штрих «директорского» способа существования Тухватуллина. Представьте: подвал театра, которого пока не коснулась реконструкция, змеящиеся по стенам и потолку коммуникации, неожиданные повороты и щербины в полу (50-ые годы двадцатого века вперемежку с 70-ыми годами восемнадцатого). Загадочная дверь, больше похожая на люк подводной лодки. Луч фонарика скользит по стене и внезапно ныряет в темноту лаза. «А этого прохода я ещё не видел!» — заявляет руководитель и немедленно углубляется в неизведанное, даром что приходится согнуться в три погибели с восхитительным риском свернуть там шею.

 

Ну и как за таким не последовать?!

 

 

Елена Трефилова специально для Musecube

Фотографии автора можно посмотреть здесь

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.