«Лучше сидеть, чем стоять.
Лучше лежать, чем сидеть.
Лучше умереть, чем лежать.»
(восточная поговорка)

 

Спектакль-лаборатория вахтанговской студии «Платонов. Рассказы», представленный впервые на суд публики пресс-показом в тесном подвальчике старинного особняка в Николопесковском переулке, поставлен, как явствует из названия, по рассказам известного советского писателя, фронтовика, электротехника и мелиоратора Андрея Платонова режиссёром Анной Горушкиной и артистами-стажёрами театра им. Вахтангова.

 

Если вас не напугало упоминание места как «тесного подвальчика», вы, скорее всего, знакомы и с жанром «читки» или даже бывали на экзаменах по сценречи в театральных вузах. Тем, кто ждёт от театра удобных кресел, идеального обзора, техничного светового решения и нелинейного действия, дозволяется закончить чтение прямо сейчас.

 

Да, «Платонов. Рассказы», как честно сказано в пресс-релизе, это (убрав эпитеты) «опыт освоения прозы автора и работы с молодыми актёрами». Осмысление услышанного и, в меньшей степени, увиденного ложится целиком на зрителя. Попытаемся же не посрамить высокого звания «театрал».

 

Мне думается, буквально одного штриха не хватило постановке, чтобы шагнуть в ряд новаторских (и при этом адекватных) интерпретаций, что ни говори, литературной классики. Чуть позже рискну назвать этот штрих, а пока начну с артистов. Задача их была непроста: в формате студенческого «показа» продемонстрировать вполне зрелые профессиональные качества. Не всем пришлось легко. Заслуга режиссёра, безусловно, в точном выборе персоны на роль: юродивый Юшка отлично получился у Дениса Бондаренко, одновременно женственная и мальчиковатая Мария Никифоровна удалась Евгении Ивашовой, трогательным ангелом с патефоном выступил Алексей Петров, аутентично смотрелись Сергей Батаев и Ирина Смирнова в ролях Никиты и Любы («Река Потудань»), удивил Николай Романовский, которому досталось сыграть семилетнего Семёна (при его-то росте под два метра); нельзя не отметить Екатерину Жаркову, которой достались эпизодические появления, в том числе в образе дружелюбной козы. Особо упомяну «безымянного» (так в программке назван этот персонаж) – Ян Гахарманов сопутствует разным сюжетам и в финале ставит мощную эмоциональную точку, играя коду всего спектакля практически без слов.

 

Выбор рассказов для представления, разумеется, не случаен, хотя, возможно, придется приложить умственные усилия, чтобы его осознать. Когда столичная интеллигенция, что называется, пашни не нюхавшая, берётся за такую «посконную» прозу, поневоле опасаешься фальши или тенденциозности. Пожалуй, создателям «Платонова» удалось избежать и того, и другого. Персонажи вполне узнаваемы, только сегодня не нужно ехать в далёкую глухомань, чтобы их повстречать. Есть ли среди ваших знакомых учительница-трудоголик, поставившая крест на личном счастье? А фантазёр, теряющий всякое соображение при встрече с прекрасным, будь это женщина или предмет искусства? Проблемы, прошу прощения, с потенцией, судя по обилию рекламы на эту тему, вовсе стали повседневным спутником нашего современника и соседа. И разве мы не встречали на улице или в сети «странненьких», то ли бомжей, то ли святых, кладущих жизни на алтарь того, что им дорого, хоть и непонятно остальному обществу?

 

Вот о каком штрихе я говорила: может быть, стоило впасть в анахронизм в выборе стиля одежды героев? Не шинели, валенки и платки – но куртки, джинсы и кеды подошли бы «чудикам» из рассказов Платонова в наше время. Не с патефона, а с айпада прозвучала бы «Лунная соната», и что может быть более странным – и печальным… и естественным.

 

Елена Трефилова специально для Musecube
Фотографии Ксении Логиновой можно увидеть здесь

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.