«Jesus Christ Superstar». Рок-опера, вызвавшая у меня множество спутанных мыслей. Я узнала о постановке в пермском Театре-Театре еще на этапе новостей о покупке театром прав на нее. Опасений было много, все-таки известная на весь мир постановка, в, хоть и незаурядном, но все же региональном театре. Все ли получилось так, как хотелось? Сложно сразу сказать.

 

Легендарная и скандальная, актуальная и неоднозначная, всемирно известная и потрясающая воображение рок-опера «Jesus Christ Superstar» — мировая классика на сцене Театра-Театра. Jesus предстает перед зрителем в эпоху больших городов, технологий и коммуникаций. Но кто он? Кто в наши дни является той силой, которой можно верить и за которой можно следовать? На современном языке театра, музыки, света и дизайна Театр-Театр пересказывает евангельские сюжеты, пытаясь найти ответ на этот вопрос. Оригинальные тексты известнейшего писателя и драматурга Тима Райса и гениальная музыка Эндрю Ллойда Уэббера легли в основу «Jesus Christ Superstar».

 

Исполняется на русском и английском языках. Именно это «исполняется на русском и английском языках» и нагоняло на меня самый большой страх. В своих мыслях я пришла к выводу, что, может быть, перевод окажется похожим на вариант театра «Рок-опера» в Санкт-Петербурге, то есть, останется сохранение английского произношения имён персонажей. Но в итоге оказалось, что арии частично исполнялись на русском языке, частично — на английском, а некоторые и вовсе полностью на языке оригинала.

 

Это изрядно озадачивает, как и задача одновременно наслаждаться актерской игрой исполнителей и смотреть на экран с субтитрами (которые, ко всему прочему, частенько отставали на фразу; но уверена, что с этой технической проблемой театр быстро разберется). Так, например, в арии Gethsemane (I Only Want to Say), исполнявшейся полностью на английском языке, если не знаешь перевода текста, теряется все ощущение трагизма от момента. Думаешь лишь о том, как бы побыстрее переместить глаза от сцены к экрану с субтитрами. И самое главное, я так и не поняла, в чем была идея такого варианта перевода.

 

Но отойдем от грустного. С первых нот увертюры хочется сыпать восторгами в адрес оркестра и рок-группы, отвечавших за инструментальное сопровождение. Слаженная работа и гармоничное звучание от самого начала и до конца.

 

Труд костюмеров заслуживает отдельных аплодисментов. Каждый из костюмов хочется снять с артиста и повесить в свой гардероб, начиная от «тог» бедняков и заканчивая пайеточным пиджаком царя Ирода.

 

Декорации так же на высоте. Лично мне понравилась главная декорация сцены в виде обрушенного здания. Это напоминает о древних развалинах и наводит мысли о метафоре построения чего-то нового на основе старого. Так, собственно, и строилось само христианство.

 

Очень важную роль в данной постановке играл свет, но, увы, он, как и субтитры, частенько запаздывал.

 

Актеры. Команда от которой я ждала хорошей игры и, быть может, не самого лучшего пения. В реальности вокал практически всегда был на высоте, но в то же время некоторые исполнители позволяли себе забыть об «игре лицом». Быть может, дело в волнении, все-таки премьерный блок такой именитой рок-оперы — это большая ответственность, нависающая над артистами как Дамоклов меч.

 

Иисус – Марат Мударисов. Неплохой голос, недурственная актерская игра, но почему-то этот актер не вызвал у меня слов восторга. Он хорош, он уместен в этой роли, но чего-то мне не хватило. Какого-то внутреннего надлома. Глядя на него помнишь о том, что на сцене артист, а не персонаж.

 

Иуда – Александр Гончарук. На поклонах я так громко кричала «Браво», что в итоге сорвала голос. Идеальное исполнение этой роли. Просто идеальное. Накал эмоций, волшебный вокал — и все это вместе вылилось в лучшего Иуду из всех виденных мной. Пусть были вокальные огрехи, голос срывался, но именно эмоциональная подоплека объясняла их, они становились уместными, делали персонажа удивительно живым.

 

Мария Магдалина – Ольга Пудова. Бесподобный вокал. Звонкий, чистый, глубокий. Но актерская игра такого восторга не вызвала. Во время арии I Don’t Know How to Love Him исполнительница явно больше думала о хорошем пении, чем об игре. Если бы вокал пострадал в угоду эмоциональности влюбленной и испуганной этим чувством женщины, по моему мнению, смотрелось бы гораздо лучше.

 

Пилат — Илья Линович. С самого первого появления он приковывает к себе взгляд. Опять же гармоничное сочетание вокала и актерской игры. Артист чудесно показывает персонажа, страдающего из-за обстоятельств, в которые он попал.

 

Также хотелось бы упомянуть Алексея Каракулова (Симон), Александра Сизикова (Петр), Альберта Макарова (царь Ирод) и весь ансамбль. Чудесных девушек и юношей, мужчин и женщин, которые украшали собой действие на сцене.

 

Что можно сказать в итоге. Вопросов много, ошибки есть, но, где их нет? К тому же во время первого, премьерного блока спектакля. Да и количество плюсов явно перевешивает на этих весах. Если ставить оценку, это было бы твердое 8 из 10.

 

Пошла бы я на эту рок-оперу еще раз? Разумеется! Порекомендовала бы я пойти на нее своим знакомым? Безусловно! Я надеюсь, что к следующему блоку мелкие, царапающие глаз ошибки будут исправлены и этим спектаклем можно будет насладиться на все сто процентов.

 

Алена Южакова специально для Musecube
Фотографии Алексея Гущина предоставлены организатором

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.