Вальпургиева ночьВ 1989 году Евгений Славутин ставит пьесу Венедикта Ерофеева “Вальпургиева ночь”. На премьере присутствовал сам автор, и как рассказывает режиссер и основатель театра МОСТ, благословляет постановку. Тогда время было таким, что по политическим причинам пьесу не смогло увидеть большое количество зрителей. Сейчас “Вальпургиева ночь” возвращается в театр МОСТ, но, как подчеркнул Евгений Славутин, это не точная копия старого спектакля. И особенную энергию жизни в него привносят молодые артисты.

 

30 лет — это слишком много, чтобы говорить, что это было вчера, и все же не так много, чтобы считать историей. Поэтому в постановке решили обойтись без явных и упрощающих примет времени. И даже первомайская демонстрация, врывающаяся в окно психиатрической клинике в финале — это не о прошлом, будущем или настоящем, это о чем-то происходящем с нами или с ними вне времени.

 

Ведь “Вальпургиева ночь” — это самая настоящая мифилогема, жуткое и страшное мероприятие, которое выстроено по принципу классического произведения, даже с четким соблюдением единства места, времени и действия, как-то легко, форсируя на грани эмоций, юмора и философии, в итоге оборачивается настоящей трагедией.

 

Психиатрическая клиника превращается в чистилище, и даже в самом начале пьесы есть отсылка к суду: первая сцена — суд, и приговор-диагноз выносят главному герою Льву Гуревичу (бесконечно талантливый Георгий Антонов!) механически-неживые врачи психиатрической больницы — полежать полгодика в 3-й палате. Следующий суд происходит уже в самой палате: староста Прохоров устраивает его над контр-адмиралом Михалычем (Александр Сизов), и в процессе становится ясно, что подобные мероприятия в палате — дело регулярное. Староста Прохоров — персонаж экспрессивный, резкий, это бесспорный лидер. Андрей Рогозин, исполнитель роли Прохорова, и Георгий Антонов (Гуревич) создают ядро спектакля, мощное, силой заставляющее крутиться всех персонажей и все происходящее вокруг них. И в круговорот, запущенный ими, такой силы, которая бывает только от двух заряженных частиц, попадут и все обитатели палаты, и они сами.

 

Евгений Славутин отмечает, что Венедикт Ерофеев — это Гоголь нашего времени. Причем, такой Гоголь, когда в начале очень весело, а потом страшно и трагично. И персонажи, появляющиеся в пьесе, яркие, объемные и точные. Именно на анасмблевости, на некой калейдоскопичности этих образов МОСТ и выигрывает.

 

Выделить кого-то — невозможно. Каждый вносит свою ноту в спектакль, у кого-то она звучит минорно, у кого-то мажорно. Поедающий шахматы “гроссмейстер” Витя (Роман Зуев) по-детски трогателен и беззащитен, эстонец Коля (Артем Коннов) и Сережа Клейнмихель (Илья Покровский) одновременно жутки и очаровательны в своих странностях. Алеха (Евгений Панферов) — верный паж и лихой скоморох, декламатор Стасик (Гермоген Родионов), пугающий и вызывающий смех одновременно, комсорг Пашка Еремин (Дмитрий Панов), обернутый в простыню, как в паранджу, ну и, конечно, Вовочка, почти канонический блаженный, мысленно шагающий по полям из медуницы.

 

Они — разные, но каждый со своей трагической нотой, веселятся в мире 3-й палаты в Вальпургиеву ночь, чтобы пропасть навсегда, отправиться в небытие из чистилища. И в какой-то момент становится очевидно, что совершенно неважно, откуда отплывать туда, откуда нет возврата — из той жизни, что принято называть нормальной, или из психиатрической лечебницы.

 

Юлия Зу специально для Musecube
Фотографии Елизаветы Королевой можно увидеть здесь

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.