25 декабря в ТАСС прошла пресс-конференция Юрия Бутусова, посвящённая премьере спектакля «Гамлет», а также назначению режиссёра на должность художественного руководителя театра им. Ленсовета. Подробности – в материале нашего корреспондента Екатерины Балуевой.

О премьерном «Гамлете»:

— У нас был очень тяжёлый выпуск. Он ещё продолжается, потому что первые спектакли – это всегда рождение. Показов пять ещё что-то уточняется, улучшается.

Главную роль играет Лаура Пицхелаури, и с этим тоже связан большой интерес к постановке. Для меня «Гамлет» – очень нежная пьеса. Нежная, светлая, чистая. Поэтому в моём спектакле Гамлета играет женщина. Хотя мне кажется, что в этом нет ничего необычного: одна из самых известных исполнительниц – Сара Бернар. Человек, играющий эту роль должен обладать душевными, духовными, интеллектуальными, физическими возможностями, способностями для того, чтобы погрузиться в этот невероятно трудный, глубокий мир. У Лауры есть все возможности для того, чтобы пуститься в это путешествие. Также для меня ключевым моментом является то, что женщины знают о жизни гораздо больше, чем мужчины.

В 2005 году я уже обращался к этой пьесе. Встречи с такими текстами нас обогащают. Я очень любил тот спектакль: он был построен на дружбе, на воспоминаниях. Была прекрасная актёрская команда. Жизнь постановки закончилась со смертью Марины Голуб.

В новом «Гамлете» использован перевод, сделанный в 2001 году Андреем Черновым. Он провёл огромные исследования, с какими-то математическими выкладками даже. Он предложил не пятичастное деление пьесы, а трёхчастное. О таком делении пьесы я думал, когда делал тот спектакль в МХТ. Я практически наизусть знаю перевод Пастернака. Мне было важно, чтобы в новом спектакле текст зазвучал по-другому, хотелось какого-то обновления: и в лексике, и в смыслах.

О финале нового «Гамлета»:

— Гамлет в финале не умирает, потому что это не человек, это давно миф. Гамлет – это духовная субстанция, не имеющая ни возраста, ни пола, ни веса, ни запаха.

О назначении на должность художественного руководителя театра им. Ленсовета:

— Театром должен управлять художественный лидер – человек, который формирует его лицо, делает спектакли, создаёт его идеологию и художественное поле. Все театры, которые можно назвать ведущими (в Петербурге это Додин, Фокин, в Москве – Римас Туминас), существуют именно так.

В связи с новым назначением повышается моя ответственность за то, что мы делаем, за художественную линию, за актёров, которые здесь работают.

Мне кажется, что театр должен иметь своё индивидуальное лицо. Я пытаюсь заложить в спектакль какие-то мысли, чувства, которые требуют зрительской работы.

Театр – это важнейший институт, это единственное место, где происходит живое общение между людьми. Я могу прийти в театр Льва Абрамовича Додина и даже не смотреть спектакли. Могу сидеть в коридоре и получать наслаждение от того, что я там нахожусь. Потому что Додин создал некое театральное поле, духовное пространство, в котором просто важно находиться.

В театр должны ходить, в основном, молодые люди. И они туда будут ходить, если они там будут получать прививку «раздражения» в хорошем смысле.

О работе с труппой:

— Мне кажется, у нас хорошая атмосфера в театре. Главное – это терпение и умение сохранять отношения в рамках человеческих норм. Неправильно в театре бросаться камнями. Мы выпустили за эти годы много премьер. Сейчас большая часть труппы – мои ученики. У нас прекрасная, талантливая молодёжь. Они много заняты. Мне вообще кажется, что правильнее любить молодёжь, быть рядом с ней, получать от них энергию.

О ярких театральных впечатлениях:

— Я стараюсь ходить к Льву Абрамовичу Додину, к Сергею Васильевичу Женовачу. Очень люблю немецкие театры. Мощнейшее впечатление произвёл спектакль Люка Персеваля «Каждый умирает в одиночку», который в Балтдоме игрался пару лет назад. Это был очень сильный и очень непростой спектакль о фашизме как о болезни.

О «романе с Шекспиром»:

— Мне кажется, что в театре Ленсовета шекспировский язык, шекспировский мир очень органичны. Открытость – это свойство этого театра. Это всегда будоражило. Я ходил всегда в БДТ и в Ленсовета. Стоял там на балконе и смотрел спектакли. И лучшие спектакли – они были настоящие, с болью. Настоящий спектакль – это тот, в котором есть боль, в котором есть сострадание. Тогда это может стать фактом твоей жизни, что-то поменявшим в тебе. Я уверен, что театр меняет людей

Фото: Татьяна Иванова, Юлия Смелкина.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.