20 марта в арт-клубе «Манхэттен» состоялся концерт, приуроченный к 4-летию группы «Ямайский и островитяне». Но сегодня речь пойдет не о виновниках торжества, а об их гостях – группе «Рассол». Творчество этого самобытного коллектива не может оставить равнодушным ни одного ценителя залихватских кабацких мотивов и остроумных ироничных текстов, прославляющих эстетику порока во всем его многообразии. Перед началом выступления мы встретились с Сергеем Кузакевичем — солистом и лидером группы — и поговорили об особенностях творческого процесса, истории коллектива и о клипе, который никто и никогда не увидит. Для людей особо обстоятельных предупредительно сообщаем: не все ответы Сергея стоит воспринимать серьезно. Как, пожалуй, и сами песни группы «Рассол».

— Вы сегодня выступаете на дне рождения. Расскажите, как попали на праздник и в каких отношениях состоите с именинниками.

Нас познакомили музыканты из Новгорода. Мы играли на фестивале у группы «Рекорд Оркестр», у которых есть прекрасные песни про «Ладу-седан, баклажан» и «Гастарбайтер-Буги». Там же играли и «Ямайский и островитяне». В общем, мы так подружились, что стали играть друг с другом. Тем более приятно погреться в лучах славы людей, которых крутят на «Нашем радио». Нас вот не крутят — ну и ладно!

— Собственные сольные концерты в ближайшее время предвидятся?

Да, но об этом лучше расскажет наш сайт «промышляйразвратом.рф»

— Вкратце — об истории группы.

Группа называется «Рассол», группе 4 года. «Рассол полезен для души, он лечит простатит»! Чего еще сказать? Нас не пускают на большие площадки, хотя мы, в отличие от многих групп, не ругаемся матом в песнях. Тем не менее, затрагиваем темы, которые пугают чиновников. Видимо, им это все близко. Но публика вот нас любит.

— Стиль своей музыки вы как определяете?

Экстра-дарк-урбан-шансон, это когда-то пьяный гитарист так определил наш стиль. Когда у меня спрашивают, в каком стиле я играю, я отвечаю: шансон. Тут же следует вопрос: «французский или классический русский?» Но — не тот и не другой. У нас шансон собственного разлива, Новгородский.

— А кто отвечает за тексты?

Тексты, порой, пишу я. Хотя, в последнее время круг наших слушателей расширился, так что присылают песни всяческие люди, обремененные властью (а поэтому не желающие себя проявлять в творчестве). Зато я пользуюсь их стихами, кладу их на музыку. То есть, мы кладем. И выдаем за свои. А в основном я ворую песни у западных исполнителей, перевожу, адаптирую – и получается так.

— Понятно… А как пришли к идее смешения высокого стиля изложения и низкой тематики?

Вся классическая русская литература на этом стоит. Все наши классики очень хорошо и красиво пишут, но о таких темах… О педофилии, например (вот Набоков, в частности). Так и мы стараемся излагать хорошо. Люблю высокопарно излагать свои мысли. А низкая тематика интересна слушателям. О любви петь уже постыло и не интересно. Поэтому всё – искусства ради.

— Расскажите про оформление вашего диска. Откуда взялись цирковые мотивы?

О, кайф! Мой любимый вопрос. Значит, так. Наш директор однажды был на выставке, где присутствовали иллюстрации Рикардо Каволо. Это художник-иллюстратор испанского происхождения, делающий для Цирка дю Солей афиши. Директор наш настолько вдохновился, что списался с ним по интернету, выслал наши композиции и переводы песен. Рикардо это понравилось, и он оформил диск. Диск прекрасен на ощупь и взгляд. Я горжусь им.

— Имидж группы. Как он сформировался? Как получилось то, что мы видим сегодня?

Имиджевая составляющая присутствует только в наших костюмах немного. А подача – мы просто льем из себя все, что внутри. Посмотрите на гармониста. Он пьян, и ему не нужно обладать какими-то актерскими навыками или придумывать особый образ. Ему нужно просто улыбаться и быть добрым толстяком, каков он и есть. Однажды он уснул на концерте прямо во время выступления. (Обращаясь к Михаилу, аккордеонисту): Ты помнишь этот прекрасный день? А, нет, не помнит. Ну и ладно. В общем, его соло, а он молчит. Я поворачиваюсь и вижу, что он уснул на своем инструменте. Потом проснулся и начал играть. Замечательно! Академическое образование дает о себе знать. Восхитительный, конечно, музыкант.

— То есть, нет разделения на сценическую жизнь и несценическую?

Вот с нами сидит моя коллега – она не даст соврать. Думаю, я как-то мало отличаюсь в повседневности и сейчас, например.

— К содержанию песен. Большинство из них стёбные, но в них всё же есть социальный или другой серьезный подтекст. Отсюда – задачи творчества. Должно ли оно что-то нести тем людям, которые слушают ваши песни? Или оно призвано развлекать, создавать настроение?

Только для развлечения. Вся эта болтовня о том, что искусство должно формировать взгляды – всё чушь. Никому ничего не надо. Если искусство продается, значит, оно востребовано и нужно кому-то. Если нет –  значит, нет. Морализаторство –  это пустые разговоры. Конечно, можно разные выводы сделать из наших песен, как и из песен, скажем, Стаса Михайлова. Кто-то увидит в них иронию и сарказм, а кто-то возьмет как руководство к действию. Я таких, правда, не видел, но вполне возможно.

— Вы относитесь к неформатной музыке…

Нет. Нет никакого формата. Что значит формат?

— Хорошо, как тогда происходит сортировка, благодаря которой кто-то попадает на радио, а кто-то нет?

В основном — деньги. Если группа приносит деньги, она попадает на радио. Если бы мы заплатили, наши песни взяли бы в ротацию. Либо нужно стать заранее популярным.

— И ваше своеобразие тут ни при чем?

Конечно, в этом есть некоторые препоны – в том, что у нас… похабная такая музыка. И, возможно, если б мы пели слюнявые песенки о любви, то попали бы куда-нибудь, не затрачивая на это средств.

— Следующая ступень развития – какая? Что нужно сделать в следующий момент, чтобы сказать: да, я переплюнул себя вчерашнего и теперь достиг нового уровня?

Опять же, денег заработать. Когда я смогу уволиться с работы, чтоб заниматься музыкой, это будет именно та грань, переступив которую можно будет говорить о новом уровне группы. И для этого нужно опять же вложиться – клип записать, например.

— А есть такое в планах?

Да мы уже записали один клип, но надеюсь, его никто не увидит.

 

Елена Чернакова, специально для MUSECUBE.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.