Разные Люди-25! 2014 год богат на юбилеи и круглые даты. Группе «Разные Люди» — 25 лет. 9 апреля в клубе Зал Ожидания в Санкт-Петербурге и 11 апреля в московском клубе Меццо Форте состоятся праздничные концерты, посвященные этому событию. Накануне лидер группы Александр Чернецкий рассказал корреспонденту MUSECUBE об истории коллектива и издании антологии «Черный ворон — я не твой», об одиночестве в информационном пространстве и единении со слушателями.

Слово Александру Чернецкому.

— История группы довольно длинная. Само название возникло чуть раньше, чем официальное появление коллектива. В 1987 году мы ездили по стране, попали в Ригу. Мы пели на Домской площади, и случайно оказавшийся там организатор пригласил нас поучаствовать на Рижском фестивале. Названия у нас не было — мы играли в разных группах — Павел Михайленко, Костя Костенко и я — все из Харькова, и тогда он придумал название — «Разные Люди». Мы выступили спонтанно, с одной гитарой, расстроенной гармошкой и тубой для переноски афиш, но заняли второе место. В Харькове в то время была группа ГПД, а я, покинув свою группу «Рок-Фронт», находился в «свободном плавании». Они искали вокалиста, и Павел Михайленко предложил играть вместе, каждый свои песни. Мы объединили усилия, долго репетировали летом 1987 года, и за 1988 год объехали большое количество фестивалей как ГПД. Однако из-за разногласий в коллективе, группа распалась, и в конце года появились две новые. Одна из них — «Разные Люди», в составе Михайленко, Чернецкого и Клименко. Мы искали барабанщика и нашли его в лице Алексея Сечкина. В феврале 1989 года в Харькове на фестивале «Рок против сталинизма» мы впервые выступили как «Разные Люди». Мы намеренно поменяли название, поскольку не хотелось петь политические вещи — это стало довольно модно. Мы же их пели тогда, когда это было достаточно опасно.

— Как в составе появился Сергей Чиграков?

— В это же время в Горьком также существовала группа ГПД, где играл Сергей Чиграков. Мы подружились, и пригласили играть его к нам. В июле 1989-го Сергей приехал в Харьков — в то время он считался столицей рок-н-ролла в Советской Украине. В конце года мы записали свой первый альбом — «Дезертиры любви» в Останкино с помощью Натальи Грешищевой, которая вела программу «Чертово колесо». Она делала серию программ про украинские рок-группы, а по ночам записывала малоизвестные команды. Среди них были и «Разные Люди».. Мы много играли до 1992 года, но после распада Союза стало тяжело организовывать концерты. Чигракова давно звали в Петербург — и, перебравшись туда, он организовал свою группу Чиж и компания. Мы же записали всего пару альбомов и играли совсем немного. Фактически в 1999 году группа распалась — репетиции прекратились.

— Как началась питерская история группы?

— Наш гармошечник — Александр Гордеев, уехавший чуть раньше в Москву, сделал мне осенью 99-го года концерты в клубе Сайгон, в Питере. На концерт пришло человек пять, в том числе Чиж, который сказал — «оставайся, в Харьков ты всегда успеешь»… Группы в Харькове уже не было, а играть хотелось. Ничего больше толком не получалось, и были новые песни, которые хотелось записывать. Мы решили пожить в этом городе, тем более, что питерские врачи меня все время спасали, а музыканты ленинградского рок-клуба так и иначе помогали мне. Здесь было больше возможностей реализоваться, даже после 33 лет, хотя 33 года для рок-музыканта — это уже пенсионный возраст. Итак, я приехал на два дня, а живем мы здесь вот уже скоро 15 лет. …Рок-н-ролльная жизнь начала возрождаться. В 2000 году был выпущен альбом «Comeback», где стояло — Чернецкий и Чиж, а не «Разные Люди». Сергей Чиграков всегда играл с нами на больших концертах и помогал в записи альбомов. В середине 2000 года образовался костяк группы — Наиль Кадыров, Борис Шавейников, Андрей Васильев. Нам было нужно как-то называться, и мы вернулись к названию «Разные Люди», так как я понимал, что той группы как музыкальной формации уже не существовало. Те, кто остался в Харькове были не против. Постепенно появлялись новые музыканты – Вадим Курылёв, Михаил Нефёдов, Павел Борисов, Игорь Ойстрах. «Разные Люди» — коллектив людей, которые любят одну и ту же музыку, воспитывались в одном и том же родственном информационном поле, читали одни и те же книги, смотрели одни и те же фильмы и думают на одном и том же языке. Я позиционировал свою группу как формацию людей, которые объединились по принципу любви к рок-н-роллу.

— Расскажите о грядущих юбилейных концертах.

— В начале этого года мне начали писать фанаты, вспомнив, что группе в этом году — 25 лет. Они хотели услышать нас вместе с харьковским составом, как мы это делали на пятнадцатилетии. Мне очень понравилась эта идея, тем более, что на подходе издание антологии группы, которая реставрировалась в течение последних пяти лет. Хотелось бы, чтобы она вышла на физическом носителе — аудиодисках, а не на mp3 файлах. 9 апреля в Питере в «Зале Ожидания» будет концерт харьковского и питерского составов. Из Харькова приедут Паша Михайленко, Леша Сечкин, Олег Клименко. К питерскому составу присоединится Андрей Васильев — он прилетит из Израиля и трубач Иван Васильев. Также будут гости — «Ливень», «Ангел неБес», обещал быть и Юрий Шевчук. 11 апреля в «Меццо Форте», в Москве будет похожий концерт, но с другими гостями — Бранимир, Виталий Кацабашвили, Евгений Маргулис. Будет презентована антология «Черный ворон — я не твой» на 21 аудиодиске с двумя буклетами по 44 страницы — то, что происходило за 30 лет рок-н-ролла, то, что сохранилось. Надеюсь, что Олег Коврига успеет их издать к юбилейным концертам.

— Как вы собирали антологию?

— Сложно. Сайт www.kroogi.com — один из первых начал помогать в сборе средств. Сначала речь шла о mp3, а не о дисках, но не получалось набрать нужную сумму. Но суммы складывались, за них можно было приобрести токены — подарки, которые можно было получить по почте — диски, альбомы, видео, аудио, футболки и другая атрибутика. В результате мы поняли, что для коллекционеров нужно делать полноценное аудио в оригинале, а не сжатые mp3-файлы. Мы объявили подписку, чтобы собрать хоть какие-то деньги, нам снова помогли друзья, и в итоге собралась сумма, которая позволяла сделать первую часть антологии Ч «Студия». Вся коллекция будет содержать три части, вторая — «Электричество», третья — «Акустика». Всего 101 диск. Там будут двойные диски, так как концерты вмещают больше чем 79 минут. Это будут редкие, коллекционные записи не только группы «Разные Люди», но и ГПД, и «Рок-Фанат», к которым я имел отношение. Поэтому проект называется «Александр Чернецкий. Чёрный ворон — я не твой!» — по названию знаменитой статьи Кати Борисовой в журнале Рок-FUZZ.

— Какую музыку хотелось играть тогда, и какую – сейчас?

— Мы играем то, что нас мучает, и без чего не сможем жить. Любовь и смерть, дружба и предательство, любовь к Родине, поступки и то искусство, которые необходимо большому количеству людей. Деньги, власть – это все ерунда, это тупо и пошло, поэтому люди хотят слышать о менее приземленных вещах. Они хотят волшебства. Есть люди, которые умеют его делать, не только делясь своими впечатлениями, но и помогая людям, которые их слушают. Я за свою жизнь получал много писем с рассказами, как мои песни помогали в той или иной ситуации, и очень рад, что в них нашли позитивные ответы, потому что при нарочитой грубости текстов, исполнения, мне кажется, что я человек не злой. И тот свет, он через страдания — моя жизнь очень непросто складывалась. Этот свет видят люди, и он помогает им разобраться с проблемами, которые их настигают.

— Если бы вы составляли идеальный трек-лист группы, который бы отображал все ее творчество, какие бы песни туда вошли? Какие песни можно назвать самыми символичными в творчестве?

— «Разные Люди» — уникальная группа. В харьковские времена песни писали три человека — Павел Михайленко, Сергея Чиграков и Александр Чернецкий. Название было придумано не нами, но удивительным образом оно подчеркивало то, что мы делаем. Могу сказать только за себя — я никогда не думал об этом. Есть определяющие вещи и невозможно выбрать одну главную — в них есть информация, которую даже я сам не понимаю, они появлялись просто так. А что они значили в моем произношении, интонации — это значили мои ощущения. Но я не знаю, какие ощущения они оставили в головах и душах других людей. Я не сторонник хит-парадов и рейтингов и не понимаю, что они могут означать в искусстве, в отличие от спорта. К счастью, в искусстве состояние души и сердца не исчисляется килограммами или секундами.

Но все же назову несколько песен: прежде всего это лирика — «Ангел», «Время». «Жизнь», «Ворон», «Земляничные поляны», «Хочется жить», отчасти «Superбизоны» и «Никогда не вернусь». Последняя песня — загадка для меня. Я написал ее перед тяжелейшей операцией в 2003 году. В Питере мне предстояла операция — эндопротезирование, и мне пришел в голову этот припев, который я записал на диктофон и дал себе слово, что я обязательно допишу песню, когда вернусь после реанимации. Я думал о будущем, и я ее дописал. Для меня все песни очень дороги — последние пять лет я не писал песен вообще. Раньше, лет в 16, судя по моим черновикам, было по 25 песен в год. С годами их количество уменьшалось, появилось понимание того, что многие слова могут и ранить, и помочь человеку. Необходимо взвешивать каждое слово, это очень важно, ты отвечаешь за это.

— Поменялись ли это время отношения со слушателями? Сейчас появились гораздо больше возможностей для общения и способов поделиться творчеством — социальные сети, торрент… Хорошо ли это или музыка должна жить только на концертах?

— Это хорошо. Если бы мы знали в 80-е года, что будут такие возможности распространения того, что мы делаем, то мы бы не поверили. Это прекрасно, потому что эта музыка принадлежит не нам, а всему миру, и она должна существовать. У людей должно быть больше информации — пусть они сами сделают выбор. Так будет меньше вероятность ошибиться в той матрице, которую нам предоставляют. Мы не можем жить без социума, на нас каждый день влияют внешние факторы, которые изменяют наше сознание. Мы пытаемся им противопоставить свои понятиями, которые вечны. Это не только улыбнуться незнакомому человеку или перевести бабушку через дорогу, а просто быть нормальным, честным человеком, жить достойно и открыто. Это очень просто и было сказано и написано 2000 лет назад на Нагорной проповеди. Но мы об этом забываем, распыляемся на всякие мелочи, которые не имеют непосредственного отношения к нашей жизни. Мы играем в какую-то игру, где есть правила, которые нам не нужны. Когда-то это была идеология, теперь это тоже идеология, но другая. Идеология потребления, на которую нас подсадили и сказали, что это — счастье. И мы верим и играем в нее, но мы забываем о том, что внутри у каждого человека есть душа, она болит довольно часто, когда происходят те или иные вещи. Поэтому я надеюсь, что наш рок-н-ролл, который мы делаем, он всегда для людей. В огромном информационном пространстве мы все равно одиноки, потому что мы не можем найти своих. Но иногда — находим, и на концертах «Разных Людей» многие подружились, образовались семьи, многие приходят с детьми. Благодарят за то, что мы встретились на ваших концертах. Они думали как мы и нашли своих. Это очень много в нынешней жизни.

— В своих слушателях вы находите единомышленников?

— Конечно. Люди приходят на концерт, чтобы найти ответы на вопросы, которые их мучают, и видимо находят их. Мне кажется, у нас есть больше возможностей сказать при большом количестве людей, чем в компаниях или социальных сетях. Справедливость в том, что мы свободно говорим свое мнение, а не мнение, навязанное нам. Рок-н-ролл — это же музыка свободных людей, и поэтому она настолько живуча, и сравнить его в шоу-бизнесом невозможно, потому что рок-н-ролл — это абсолютный андерграунд. Иногда он пересекается с шоу-бизнесом, но это происходит очень редко. В начале 2000-х он появился на экранах, радиостанциях, а сейчас он вновь вернулся в свойственную ему среду андерграунда, но уже на другом уровне — в интернет, а это уже всемирный андеграунд. Я очень рад, что есть те же торренты — в сети есть больше возможностей услышать то, что делают другие люди.

— Вы сказали о поиске ответов на вопросы, а на какие вопросы отвечаете вы в своем творчестве?

— Вопрос один — кто виноват и что делать? Но это вопрос без границ. Вопросы жизни и смерти, любви и предательства. Это вопросы души. Это больше чем песня, это невозможно объяснить словами. Это ассоциации и интонации, воспоминания и призрачная надежда, которая существует в сочетании нескольких слов. Это невозможно вычислить и поставить на поток. На концертах происходят вещи, которые сложно передать даже с помощью видео. Так остается волшебство и это прекрасно…

— Не могу не спросить вас о ситуации на Украине…

— Я надеюсь, что разум победит и все будет хорошо…

 

Беседовала Валентина Казакова, при участии Юлии Левченковой, специально для MUSECUBE.
В интервью использованы фотографии предоставленные Александром Чернецким

1 КОММЕНТАРИЙ

Добавить комментарий для вэлл Отменить ответ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.