Накануне своего дня рождения известный музыкант и композитор, бард и кулинар, бессменный лидер группы «Машина времени» Андрей Макаревич дал эксклюзивное интервью каналу RTVI. В программе «Легенда» он рассказал, почему выступает против политики Владимира Путина, кто на самом деле управляет страной и как работает обратная связь с государством.

 

Андрей Макаревич — советский и российский музыкант, народный артист РФ, композитор, основатель и единственный бессменный участник рок-группы «Машина времени». За большой вклад в развитие музыкального искусства в 2003 году награжден орденом «За заслуги перед Отечеством» IV степени. Один из немногих музыкальных исполнителей, который активно высказывает свою политическую позицию: в 2014 году осудил действия России в Крыму и подписал обращение против политики Владимира Путина, из-за чего вызвал широкий общественный резонанс и был вынужден отменить концерты группы по всей России.

 

 

Об отрицательном отношении к Владимиру Путину:

 

— Я вижу, что происходит, и понимаю, что все меньше и меньше остается из того, что я одобряю. Что сделать? Я не готов давать вам такие инструкции. Все лечит время. Иногда оно это делает слишком медленно, потому что очень хочется дожить до этого, а шансов у тебя меньше и меньше.

 

Об обратной связи с государством и управлении страной:

 

— Я не думаю, что она есть в нашей стране. То, что население страны слышит свою власть, — это понятно, потому что власть постоянно высказывается в сторону народа. Слышит ли власть население? Это бывает не всегда, потому что не во всех странах у всего населения есть возможность высказаться так, чтобы власть услышала. Не во всех странах власти это интересно слушать. Я подозреваю и могу ошибаться, что наш президент не ходит в интернет вообще. Он иногда смотрит главные федеральные каналы, а информацию о стране и мире он получает из папочек, которые ему каждое утро приносят на стол. Папочки не должны быть сильно толстыми, потому что он устанет, поэтому информация там сжатая и неполная, а информировать можно либо так, либо так. Поэтому фактически страной управляют люди, которые составляют эти папочки, а не он. Меня не устраивает такое положение вещей. Он должен держать руку на пульсе планеты.

 

О силе государственной пропаганды в России:

 

— Первый раз, когда на меня обрушилась вся мощь отечественной пропаганды, было неприятно. До этого нас довольно долгое время любили и хвалили. После того, как президент Медведев встретился с музыкантами, с нами в том числе, на протяжении нескольких лет на гастролях каждый мэр или губернатор считал своим долгом прийти на концерт и обязательно рассказать, как он вырос на наших песнях. Потом это быстро кончилось, в один день, видимо, установку дали. Сейчас они даже побаиваются, но иногда приходят. Приятно, конечно.

 

О либеральной оппозиции в России:

 

— Я знаком с некоторыми людьми, которых к этой категории относят. Как правило, это глубоко порядочные, образованные и совестливые люди. С другой стороны, меня это очень расстраивает… Мы репетировали спектакль «Черт, солдат и скрипка» в Театре Б. А. Покровского, а там на служебном входе сидел такой старикан-вахтер, а они все, как правило, из бывших чекистов на пенсии. Я уже прошел и слышу, он куда-то докладывает: «К нам в театр пришел лидер оппозиции Андрей Макаревич!» Ну, я себя зауважал, конечно. Это все так скучно.

 

О любви к периоду «перестройки»:

 

— Я мог до конца дней своих прожить в большом пионерском лагере под названием Советский Союз, не видеть ничего дальше Болгарии, считать, что американцы мечтают нас взорвать атомной бомбой. Это чудовищная тоска. [с перестройкой]…я получил возможность ощутить себя гражданином мира, коим я себя и продолжаю считать. Я проехал больше 100 стран, общался, работал с людьми из самых разных стран и очень много узнал об их жизни. Понял, что роднит нас гораздо большее, чем разделяет, что бы нам ни врали по телевизору. Это невероятно важно. Люди должны быть вместе, а не строить заборы между деревнями.

 

О «своих и чужих»:

 

— На своих и чужих людей я не делю, хотя какие-то режимы мне очень несимпатичны, например, Иран. Я не могу их назвать своими, но испытывать к ним какой-то негатив, остерегаться их — нет. Как правило, люди, которые испытывают это, очень мало знают, чаще они и не хотят ничего знать, им достаточно тех мифов, которые выросли у них в голове, как грибы.

 

О позднем крещении:

 

— У меня был приятель баптистский проповедник, отец Самуил, который был достаточно современным молодым человеком: в отличие от православных батюшек, он говорил на нормальном русском языке, ходил по концертам. И посоветовал мне покреститься. Он привел молодого православного священника. Тот был очень жесткий, потому что у него все человечество делилось на две категории, на православных и на чекистов. Сперва он выяснил, не чекист ли я, не чекисты ли мои родители и этот батюшка. Дальше меня уже было почти поставили в тазик с холодной водой, и у них начался богословский спор, может ли при православном крещении крестный отец быть баптистом. Я замерз и попросил их прекратить все. Но это был интересный опыт познания.

 

О вере в Бога:

 

— Это вопрос бестактный и однозначного ответа не предполагающий, он серьезный и философский. Но Бог и Церковь, сегодня особенно, — это настолько разные вещи, что вот второе меня точно не устраивает. А первое меня устраивает вполне, если бы я был до конца уверен в его существовании.

 

О смерти:

 

— Самураи демонстрировали чудеса бесстрашия именно потому, что они считали, что уже умерли. Не надо думать, что ты уже умер, но в моем представлении, если исходить из логики, можно бояться чего-то, что может произойти, а может и не произойти, вот эта вероятность тебя пугает. А то, что неизбежно, — так чего же его бояться-то? Оно же все равно произойдет. Это неконструктивно.

 

Программа «Легенда» выходит один раз в две недели по средам в эфире и на YouTube-канале RTVI.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.