В эфире программы «Специальный гость» на RTVI директор Мультимедиа Арт Музея Ольга Свиблова рассказала ведущей Тине Канделаки о том, как МАММ выживал в условиях пандемии, за что готова уволить сотрудников без сохранения зарплаты, зачем хочет чипироваться, почему считает партнерство с брендами проституцией, раскрыла сумму субсидий музея и назвала самую дорогую работу в личной коллекции, а также призналась в любви к Насте Ивлеевой и заявила, что Pussy Riot может считаться искусством.

Ольга Свиблова — советский и российский искусствовед, кинорежиссёр-документалист, профессор. Инициатор создания и директор Московского дома фотографии (ныне — Мультимедиа Арт Музей). Заслуженный деятель искусств Российской Федерации и член Союза художников России. Куратор более 500 проектов в области современного искусства и фотографии в России и за рубежом, является автором более 200 статей. В 1988 году ее фильм о русском андеграундном искусстве «Черный квадрат» получил приз парижской критики на фестивале в Каннах. Является основателем и бессменным художественным директором Международной Фотобиеннале в Москве, фестиваля «Мода и стиль в фотографии» и конкурса «Серебряная камера» в области современного искусства и фотографии в России и за рубежом.

О том, как Мультимедиа Арт Музей пережил пандемию:

– Спонсоры не поддерживали. Государство помогло в пандемию очень. Нам не давали ничего дополнительного. Нам сохранили зарплатный фонд.

– У меня есть субсидия — 211 млн. Она практически 10 лет не менялась. Мизерная. За это время была инфляция. Мы импортоработающая организация. Мы привозим шедевры мировых художников. Выставка великого классика итальянского и мирового искусства Лучо Фонтаны стоила мне больше 1 000 000. У меня 211 млн на всё: на 176 человек, на 5 зданий, на музей.

О введении обязательной вакцинации:

– Надо было вводить обязательную вакцинацию сразу. Я понимаю, почему ее не ввели в мире. Потому что вакцины не было столько. Ее до сих пор нет столько, сколько надо. И я сторонник того, чтобы не было разговоров — просто была бы обязательная вакцинация. Меньше говорим, больше делаем. Я привита три раза. Я вакцинировалась просто мгновенно и прекрасно понимаю, что вирус надолго и что есть два способа избежать вируса: это, во-первых, локдаун, и второе — это вакцинация.

Об увольнении невакцинированных сотрудников МАММ:

– Я потратила дикое количество сил, времени. Это бесило. Это было ужасно. Сопротивлялись. У меня еще есть, по-моему, 4 или 5 из 176 человек, которые до сих пор сопротивляются. Выгнала трех человек за 25 лет и 2 или 3 раза выносила выговор. Я не люблю репрессии. Но, по-видимому, я применю. Я не уволю, а применю совершенно правильный приказ мэра — отстранить от работы без сохранения заработной платы.

О желании чипироваться:

– Я жду чип, у меня очень плохая память, очень хочу чип. Я кроме вакцинации хочу чип, который будет позволять мне узнать людей. У меня болезнь Брэда Питта.

О партнерстве с брендами:

– Искусство все должно делать по-честному. Если корпорация не понимает то, ради чего мы просим поддержку музею, если корпорация не любит искусство — это же очень просто. Ты замужем за автомобильным брендом, потому что руководитель любит искусство. Я помню, как несколько лет за мной бегал Volkswagen, они хотели сделать Хельмута Ньютона, но у меня времени не было. Наконец, до меня дошло. Мы соединились. Мы сделали гениальную выставку Хельмута Ньютона, и еще три работаем. Потрясающий руководитель русского офиса, он обожает фотографию, современное искусство. Он уехал. Приходит другой. Но я в этот момент свободная девушка, я иду на панель. И я выхожу замуж за другой бренд.

О введении онлайн-активностей для посетителей:

– Онлайн-продукты — это были новые форматы. Например, мы изобрели формат «Смотри в тишине», который мне безумно нравится. Это такая специальная видео-экскурсия, где нет даже музыки, есть почти неслышный шум. Это очень важно. Потому что искусство — это символический объект. И нет одного взгляда на произведение искусства. Вот сколько людей, столько взглядов.

Об изменении сферы фотографии после появления айфонов:

– Стоимость фотографии не зависит от стоимости фотоаппарата. Меняется жизнь фотографии. Сегодня инстаграмы есть гениальные, есть плохие. И сегодня, безусловно, фотография живет в инстаграме. Это новая форма жизни.

– Моя сфера изменилась очень просто. Я выставляю, как и выставляла, классику фотографии. Я выставляю все, что происходит в инстаграмах.

Об Эмми Америке (фотограф, снявшая обложку для майского номера Vogue, — прим. ред.):

– Почему Эмми Америка? Потому что снимает классно. в Vogue. Я искала в нашей школе Родченко. Это структурное подразделение нашего музея. Школа Родченко — часть музея, но она живет абсолютно свободно. Я прошу от них в этом году на фестиваль. В этот раз нет проекта. Мне говорят: «У нас есть молодой преподаватель». Я говорю: «Да?» И присылают мне фотографии Эмми Америки. Эмми Америка преподает в школе Родченко. Я так увидела Эмми Америку. Не в Vogue, а вот так. Потом увидела ее съемку в Vogue.

Об отношении к NFT-искусству:

– NFT — это форма владений. Что такое токен? Токен — это запись. Это криптовалюта. У тебя есть номер в криптовалюте, ты владеешь токеном. Это всего лишь запись, это такая символическая форма владения. Я верю в криптовалюты – они будущее. Но у меня все вклады в банк – это консервативный вклад. Если ты хочешь инвестировать, надо за этим следить, а на это надо время. У меня его нет.

О будущем фотографии:

– Фотография существует в разных видах. Печатная пресса умирает. Это мы понимаем. Она есть, я ее обожаю, я люблю бумагу. Но она сходит на

нет. Это мы видим. Фотография может жить. У нее есть тираж. И некоторые фотографии, как фотографии Андрея Горского, стоят выше миллиона.

О Романе Абрамовиче:

– Абрамович — коллекционер. Он когда влюбился искусство, он гениально движется по нему. У Абрамовича прекрасный вкус, с моей точки зрения. Он есть фантастическая фигура, интуиция, он видит, он развивается. Рома вот так выбирает. У него супервкус. Вот все, чем он занимается: он нюхает, он понимает. Он делает все инвестиции в культуру осмысленно.

О том, как правильно покупать произведения искусства:

– Я считаю, что покупать — это надо влюбиться. Fall in love. Вот ты fall in love во что-то. И неважно, это суперцена на аукционе, потому что кто-то влюбился в работу, которая стоит 200 миллионов евро. Есть 200 миллионов евро — покупай. А кто-то влюбился в какой-то странный рисунок — 20 рублей. Студенческая выставка. Я купила, например, черную Юлию Вергазову, я даже не знала, что она в школе Родченко учится. Пришла в галерею, вижу — гениальная инсталляция, чудная работа. Там она стоила, по-моему, 15 000 рублей. Я говорю: «Так не может стоить, это очень мало». Добавила. Купила. Я обожаю эту работу.

О самой дорогой работе в личной коллекции:

– Дома, я думаю, у меня самая большая — это подарок Ильи Кабакова. Он мне его подарил в 1988 году, и я год не могла забрать. Мои любимые праздники Кабакова — я их обожаю. Сегодня, в основном, серия как раз у Ромы Абрамовича. Рома вот так выбирает. У него супервкус. Вот все, чем он занимается: он нюхает, он понимает. Он делает все инвестиции в культуру осмысленно.

О том, можно ли представить современное искусство без политики:

– Я могу. Я считаю, что политика — это профессия. А искусство — это более глобальные архетипические переживания людей. Пока мы люди, мы любим, ненавидим, завидуем, восхищаемся. Есть какие-то глобальные архетипические переживания, которые зависят от времени. Но когда ты смотришь сегодня на Венеру Милосскую, ты же не вспоминаешь, какая политическая ситуация в этот момент была, когда она создавалась? Влюбленно глядя на работу Тьеполо и Тинторетто, мало кто сегодня понимает политическую атмосферу в Италии того времени. Никто не помнит эти библейские истории. Нам же все равно интересно смотреть. Искусство для меня — это телескоп, направленный в будущее. Я больше всего в жизни люблю будущее. В настоящем я бегу, мне всегда некогда, прошлое для меня — это поле для экстраполяции.

О том, считает ли деятельность группы Pussy Riot искусством:

– Искусство — это символический объект. Когда великий Марсель Дюшан поставил свой знаменитый фонтан писсуар в нью-йоркском музее в 1917 году, стало ясно. Он поставил специальный, серийный — тот, который стоял в туалете этого же музея. Но когда этот писсуар оказался в контексте, где мы готовы искать смыслы, он стал приобретать другие смыслы. Это открыло совершенно другую эпоху того, что называется искусством. Сегодня мы знаем, что искусство — это символический объект. И каждый его видит так, как может. Ты можешь смотреть на мусор Кабакова как на гениальную инсталляцию и можешь не понимать ничего, это для тебя будет мусор. Поэтому если кто-то называет Pussy Riot искусством и, главное, они сами так думают, значит это будет искусством. За Бэнкси гонялась полиция. И они закрашивали работы Бэнкси. То же самое было с Баския. Баския сегодня больше 300 миллионов евро стоит.

О Насте Ивлеевой:

Тина Канделаки: Настю Ивлееву никакой продюсер не выбирал. То есть она стала Настей Ивлеевой, и потом она пришла в телевидение.

Ольга Свиблова: Я влюбилась.

О том, почему не ходит на выборы:

– Я люблю конкретное дело, я ненавижу политику. Каждый должен заниматься своим делом. Я делаю конкретное дело.

– Я без политики хочу, чтобы меня услышали. Надо убить или изменить 44-ФЗ [Федеральный закон “О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и
муниципальных нужд” — прим. ред]. Всё. Это то, что тормозит всю жизнь, это то, что делает нашу экономику неэкономной, неэффективной.

О браке с поэтом Александром Парщиковым:

– Я не выходила замуж за Алексея Парщикова. Мне стихи нравились. И я понимала, что я со стихами проживу дольше, чем с человеком. И до тех пор, пока мне было интересно, и он на какой-то период не перестал писать, я была самым счастливым человеком, потому что мы каждую секунду обсуждали эти стихи. Это не мешало моей жизни, это не мешало тому, что я делаю фильмы. Я все время работала на 4 работах. У меня были эти строчки. И я была права, когда я их выбрала. И до сих пор я сплю — у меня на полочке все книжки Парщикова. И его цитатами я живу, называю ими выставки.

Программа «Специальный гость» выходит еженедельно по четвергам. Новый выпуск программы уже доступен для просмотра на YouTube-канале RTVI.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.