Привет! Тут произошёл небольшой форс-мажор. Мы должны были ехать в Компот-на-Киселе на фестиваль душевной музыки, там ещё полтора десятка хоров планировали выступать, помнишь, я о них рассказывал? Ну, да, с половины страны коллективы съезжались… Ну, конечно, трансфер туда-обратно, там шведский стол и даже, не подумай чего, комната отдыха на случай внезапно подступившей усталости. Ой, давай только без пошлостей, а! Всё вполне прилично, без ночёвки: к полуночи должны были уже в Москву вернуться. Вообще планировалось что-то феерическое… Короче, в последний момент планы внезапно переменились. Ничего с этим сделать не получилось. Мы честно пытались. Вообще непонятно, почему вдруг всё пошло не так. Троллейбус оказался автобусом… Да, не смеюсь я, всё так и есть, ещё и на борту была какая-то абракадабра написана. Я и не думал, что по БКЛ поезда ходят в обе стороны. Всегда считал, что куда ни сядь, приедешь на Каховскую. Короче, в Зюзино мы оказались. Да, не в Жужино. В Зю-Зи-Но!!! Да, не издеваюсь я, не в Купчино, а в Зюзино. Оказывается, в Москве район такой есть. Я и сам не знал. И там Рюмочная…. Ну, да, вместо фестиваля душевной музыки оказались в забегаловке. Говорят, последний сезон работает. Блин, ну, как тебе объяснить… там Бахыт-Компот выступал…

**************

27 июня в стенах Рюмочной имени московского района Зюзино под звонким слоганом «Король Оранжевое лето играет в Рюмке до рассвета» состоялcя большой летний концерт корпорации Бахыт-Компот и ее бессменного гендиректора Вадима Юрьевича Степанцова. Традиционно на афишах любят писать про великого магистра давно несуществующего ордена. Об этом тактично умолчим. Вадим Юрьевич – личность самодостаточная, не нуждающаяся в избыточном масле. Его стихи и без какой бы то ни было магистратуры расходятся на цитаты, а строчки воспроизводят, потешая неуместностью, даже те, кто непосредственно о нём самом не имеет ни малейшего представления.

Андрей Ежелев (балалайка, жалейка, бэк-вокал), Сергей Максимов (гитара), Олег Сафонов (бас-гитара, бэк-вокал), Евгений Писарев (клавиши,бэк-вокал), Эдуард Дербинян (ударные) – банда, стоящая за спиной и вокруг великого Степанцова. Он выходит на сцену с небольшим опозданием с выражением лица измученного партизана: набрякшие веки, уставшие глаза, но взгляд вовсе не потухший, наоборот сосредоточенный, задумчивый, внимательный, чётко всё отслеживающий. Образ Степанцова как «всегда вхламину пьяного парня», рассыпается мгновенно и почти бесповоротно. Сам он утверждает, что «позволяет себе на сцене» больше или меньше «не раньше, чем после третьей песни», только от этого не меняется ровным счетом ничего. Импровизация возможна, но она жёстко контролируемая.

Начать концерт с песни «Шаман Саня» — мощная история, разумеется, конъюнктурная, но со временем вдруг переваливающая за рубикон китча. 2021 год уже давно за горизонтом сознания, а композиция всё звучит и звучит. «Дождь Сергей» — почти продолжение – романтика и лирика в одном флаконе.

Творчество Степанцова — традиционно почти сплошь стёб. Переход на серьёзный лад столь редок, что как его отловить, похоже, не всегда осознают даже завсегдатаи концертов Бахыт-Компота. Каждое выступление – спектакль, готовый к применению. Правда, применять его следует исключительно по рецепту и согласно инструкции, а то невзначай и крышу может снести от переизбытка эмоций.

Усатый майор, бухгалтер Иванов, примкнувшая к ним Лола и даже несчастная П.П.П. – герои песен Степанцова, давно ставшие хрестоматийными персонажами. Эквилибристика звука, слова и, как следствие, смыслов – любимое занятие автора. У него даже тембр специализированный – нечто среднее между бурчащим утробным и грозно-рокочущим. Из этого букета извлечь кота или даже попугая – вообще, как два пальца из-под кресла! Степанцов говорит, что не расти – скучно, что нужно развиваться, представляя на суд (а, может, и, навязывая) публике новые песни. И тут же противоречит самому себе, с радостью исполняя старое-лучшее-зэбестовое-спетое миллион раз. А публика и рада, ей лишь бы оторваться. Вот ведь… Зюзино — оно и есть Зюзино, что тут скажешь!

Степанцов утверждает, что несерьёзен и всю жизнь только тем и занимается, что смешит людей. И опять всё не так. Он кривляется, но делает это настолько искренне, что несерьёзность рассыпается в пух и прах. Можно говорить несерьёзные вещи, но на таких серьёзных щах, что у публики невольно возникнут сомнения уже в себе. Разве это не лучший способ заставить людей впрыснуть в загустевшее серое вещество немного разжижителя и хоть немного пошевелить извилинами?

«Ты и я» — классическая лирическая прививка от Вадима Юрьевича. Смешно и трогательно. В глазах автора – пафос, каких ещё не видывало человечество. Стихи сочетают в себе изысканность и циничный юмор. Мало куплетов, много припевов, а кажется, что исполняется бесконечная баллада про «губу», про «ногу», про «ламбаду» и «миллион мотыльков». Степанцов воспевает лубоффф… Слова просты, помыслы чисты.. Эх! …Пробирает, да, до глубины души, до кончика хвоста так, что тоже начинает хотеться хоть «немножечко счастья».

Почти следом ещё один шедевр. До сих пор по шпаргалке на смартфоне, но уже не стихи, а песТня.

Во сне ты приоткрыла ротик,
Устав от ласк и жгучих нег.
А у окна застыл твой котик,
Увидев падающий снег.

Это вам не какой-то там несчастный минимализм, из которого поди попробуй выдави смысл. Тут всё выложено и разложено – «картина маслом», а в качестве вишенки на торте на вершине пирамиды мироздания — удивлённый котик.

Степанцов выстраивает плейлист в соответствии со своими предпочтениями на сегодняшний момент, в соответствии с состоянием духа, и чётко придерживается им же самим сформулированных правил. Могут ли они меняться? Разумеется. И хотя, согласно классику, «искусство принадлежит народу», тут это так не работает: автор сам кузнец своего (и публики) счастья!

«Теперь самая главная часть нашего концерта – дискотэка!» Степанцов устал, это видно, но для него это привычно. Главное, что несмотря ни на что, праздник продолжается. «Нами правит Амур», «Мама-Мария», «трэш, угар и содомия!»

«Лорелея» — ещё одна страница лирики. В бессилии, в изнеможении, когда финал концерта уже вот-вот. Ещё немножко, и наступит миг всеобщего братания. А пока петь о несерьёзном серьёзно, и наоборот. Строгие щи в зеркале, слёзы из глаз и под носом. Ой, блин, это не слёзы, это другое. Ну, не важно, проехали.

Все слова песен, что я для тебя принес,
Ты выпьешь до дна со мною, Лорелея.
Лореле, Лореле, Лореле, Лореле,
Я для тебя пою, я ещё могу.

**************

На концерте Бахыт-Компота – аншлаг. Танцы на улице, танцы в зале, «танцы на пьяных столах». В общем, всё, как мы любим! Говорят, бывает и иначе. В этом случае в отношении Бахыт-Компота работает правило Романа Трахтенберга: «Ты не сбитый летчик, ты — невзлетевший летчик». А так, понятное дело, всё зависит от рекламы, от точки входа и, конечно, от места притяжения. В Рюмочной ни с первым, ни со вторым, ни с третьим проблем нет. Короче, теперь-то понимаешь, в чём таится душевность, где находится Компот-на-Киселе, и что все дороги ведут в Зюзино?

Андрей Ордальонов, специально для MUSECUBE
Фоторепортаж Яны Иксановой по ссылке