21 сентября XXIII концертный сезон Московского международного Дома музыки открыл Национальный филармонический оркестр России под управлением народного артиста СССР Владимира Спивакова. В программе концерта два больших «М» – произведения Моцарта и Малера.

Владимир Теодорович умеет подбирать концертный репертуар так, чтобы в одно целое сочетались блеск и драма, изысканность и величавость. Всё самое лучшее, всё самое прекрасное! А ещё задача подобрать произведения первого и второго отделения, чтобы, не являясь единым целым, звучало гармонично.

Первое отделение – это Моцарт. В исполнении оркестра и фортепиано прозвучал Концерт №20 для фортепиано с оркестром, ре минор. Солист – пианист Лукас Шиш. Страсть и романтика – в этом весь Моцарт и есть.

В XVIII веке жанр инструментального концерта был необычайно востребованным. Чем более броским и зрелищным было происходившее на сцене, тем больший интерес оно вызывало у публики. Вы можете сказать: да, какая же зрелищность может быть в классике? Не забывайте, времена были другие, а ведь в самой природе концертного жанра заложены именно соревновательность и задор. Собственно, сам термин «концерт» происходит от латинского concerto – «состязаться». Моцарт являлся автором множества инструментальных концертов, и именно он придал концертному жанру классические черты.

Концерт №20 — одно из самых популярных произведений Моцарта и уж, тем более, едва ли не самое популярное произведение в формате концерта. Моцарт писал легко, а потому почти не удивляет, что всего лишь спустя день после окончания партитуры, концерт уже исполнялся для большой аудитории. Примерно в те же годы Моцарт избавил фортепиано от роли аккомпанирующего инструмента, превратил его в солирующий.

Владимир Спиваков и Моцарт, кажется, не разделимы – резкие, порывистые, одухотворенные. Владимир Теодорович будто вальсирует с палочкой. С раннего детства у меня в голове засела именно такая картинка. Годы идут, но не меняется ничего. Он танцует для себя. Он любит свою публику. Кто-то смотрит надменно, кто-то, порой, грубо и даже недовольно, кто-то исподлобья. Спиваков с высокой поднятой головой несет высокое звание дирижера одного из лучших оркестров не только России, но и мира!

Скорбная нежная лирика пронизана контрастирующими драматическими темами, а светлые, истинно моцартовские гармонии вступают в смысловой конфликт уже в первой части концерта. Главная партия построена в нижнем регистре струнных, обилии резких синкоп и перекличках, как будто эмоциональных выкриках, сохраняющих, тем не менее, ткань в неизменно целостном состоянии. Порывы ускоряются, оркестр накатывает волнами и уступает солисту — Лукасу Шишу из Швейцарии, юному, небольшого роста, с шапкой солнечно-свежих волос! Прелесть, да и только! Несмотря на определенное новаторство, времена Моцарта не позволили ему совсем уж отойти от певучести и пасторальности во второй медленной части. В лирическом романсе ощущаются внутренняя гармония и покой. Мятежный дух первой части проступает лишь в отдельные моменты, что становится возможным благодаря виртуозной фортепианной партии. Запевы и распевы — перекличка. А дирижер, тем временем, расставляет точки и запятые, предвосхищая такие желанные и долгожданные акценты. Части концерта исполняются с минимальными перерывами! Только звук затих в тишине, и вот новая мелодия, и новые аккорды: почти сразу, и бегом, и галопом, только бы успеть! Третья часть (финал) драматична, но, как это обычно бывает у Моцарта, превалирует излюбленная идея, пронизывающая всё его творчество: драмы проходят, а место для праздника и веселой шутки должно оставаться всегда.

Публика не отпускает Лукаса Шиша, приглашая выйти на бис. Звучит ля-минорная мазурка Фредерика Шопена. Печаль и меланхолия, оформленные в виде небольших нисходящих фраз, лишь в средней части превращаются в до-мажорный вальс. Ярких красок, задора хватает ненадолго. И снова грусть, и снова ровная, чуть волнующая душу чарующая осенняя красота.

Второе отделение – это сложнейший Густав Малер: для исполнения, для восприятия. Владимир Теодорович признается, что «партитуры произведений Малера – загадочный путеводитель по его творчеству». Может быть, именно за это Спиваков так любит и ценит этого композитора? Вопреки, а, может, и благодаря феноменальной сложности, произведения Малера входят в постоянный репертуар Национального филармонического оркестра России и его знаменитого дирижера. Исполняется Симфония №1 – произведение с непростой, но интересной судьбой. Начав писать её под очевидным влиянием романтических «Песен странствующего подмастерья», Малер возвращается и не раз к своим же ранним произведениям и фактически цитирует их. Классическая симфоническая структура соблюдена композитором от первого до последнего такта.

Первая часть – это героическая идиллия, начинающаяся с пробуждения природы. Звуки превращаются в пятна, которые и есть жизнь леса, проявляющаяся из предрассветной тишины. Начавшись будто шепотом, звук усиливается понарастающей. И вот уже звучит горн, и тоненькие скрипочки – птички. Апофеоз — ударные в унисон с щипками контрабаса, бравурные и мощные. Мажорное скерцо (вторая часть) – развитие жизни, которая становится увереннее и даже грубее. «Деревенский» танец тому иллюстрация. Лишь в третьей, наиболее торжественной части развивается потаенный конфликт с реальностью. Музыка написана в миноре и являет собой пародийный траурный марш, призванный воссоздать в музыке картину лжи и лицемерия. Спиваков, будто гипнотизер, ведет за собой оркестр, постепенно усиливает давление. Амплитуда размаха палочки все увеличивается. Ритм траурного марша вдруг прерывается разухабистым, едва ли не кабацким весельем. И вот вдруг вновь идиллия, картины природы. Паузы между частями симфонии ярко выражены. Сонатная форма финала – смещённый в конец центр всей симфонии, по Малеру «разряд молнии среди гнетущей духоты». Валторны помогают струнным, звук уходит почти в ноль настолько, что слышно дыхание музыкантов. Развитие случается буквально на ровном месте, тревожность нарастает. На повестке минор и редкие выплески – выбросы ноток-протуберанцев в страдающий опасно резкий мажор. Полная величавого напряжения борьба разрешается темой природы, в единении с которой герой Малера, наконец, обретает душевную гармонию.

XXIII сезон Московского международного Дома музыки сезон открыт. Концерт двух больших «М» — Моцарта и Малера — завершился, а Владимира Спивакова и Национальный филармонический оркестр России ещё долго не отпускали, купая в цветах и овациях.

Андрей Ордальонов, специально для MUSECUBE
Фоторепортаж Яны Иксановой по ссылке