«Бесы» в ГИТИсе: перья, одуванчики и апокалипсис на максималках

Откуда берется современный театр? Где рождается искусство – настоящее, отчаянное, смелое, не боящееся рамок и границ? Из года в год оно рождается в совсем крошечной 39-й аудитории режиссерского факультета ГИТИСа. Это театр для тех, кто понимает, что настоящему искусству не нужны шикарные портьеры, золотые люстры и игристое в буфете. Лестница, заваленная реквизитом – еще бы, скоро выпуск! Толпящиеся поклонники курса “бутусовцев” жаждут проникновения в 39-ю – этот храм творчества. Запись в соцсетях закрывается за микродоли секунды, но кто-то умудряется попасть дважды, трижды… Творческие эксперименты здесь не имеют границ, не привязаны к репертуарности театров и коммерческим установкам: просто делай свое дело! И в этой свободе так много молодости, смелости и такого в хорошем смысле юношеского максимализма, что в какой-то момент начинаешь думать: «А что, так можно было?» Пожалуй, так можно только здесь и сейчас.

Каждый курс режиссерского факультета как будто лучше предыдущего, планка поднимается все выше и выше и скоро прорвет потолок. Но этот курс особенный. Им руководит (теперь уже из-за границы) Юрий Николаевич Бутусов. Это имя стало легендой нового игрового театра, да еще к тому же лакмусовой бумажкой для определения театрал перед тобой или нет: есть Бутусов обычного человека (это про музыканта и солиста группы «Наутилус Помпилиус»), а есть Бутусов Юрий Николаевич – живой гений, мастер и человек-театр. В том, что делают его выпускники, очень много его самого: та же образность, театральность, а главное – отсутствие страха в выборе тем и смелость говорить правду через отчаяние, через прожитые на сцене эмоции, не наигранно, не фальшиво, а органично и целостно.

И темы сами по себе жесткие и сложные для современного театра. Вот, например, «Бесы» – один из сложнейших романов Ф.М. Достоевского превращается у режиссера, ученика Бутусова Андрея Хисамиева, в нуарный и очень красивый конец света с летящими перьями птиц-вестников (конечно же, апокалипсиса?) в молчаливо-каркающем исполнении Ивана Аксенова и Александра Трачевского, с разбитыми кирпичами – символом разрушенного мира и расколотого сознания, с угрожающе висящими камнями-виселицами – все это страшно, очень страшно. Сам режиссер говорит о том, что это спектакль о человеке, о полете человека, о том, что он думает и как живет. Так ли это?

Скорее да, чем нет. Но в первую очередь, это о выборе: быть ли человеком, и что значит вообще – поступать по-человечески?

Что до исполнителей главных ролей – здесь невозможно никого выделить, насколько отчетливо молодой режиссер донес актерскую задачу, настолько же филигранно исполняют свои роли ребята, как будто родились для них.

Какая-то совершенно глубокая Мари Шатова получилась у Ксении Галибиной, такой у них нежный и осторожный дуэт с Иваном Шатовым (Семен Шестаков) – они оба с самого начала какие-то выжившие после апокалипсиса, босые, грязные, не понимающие, что им теперь делать.

Странный и юродивый получился Кириллов у Даниила Ядченко – он очень убедителен в этой роли, тоже нищ, бос, и даже принимая свое нелегкое решение взять вину убийства Шатова на себя, делает это с достоинством.

Верховенский у Федора Бычкова – настоящее исчадие ада. Кажущийся близорукой интеллигенцией из второй половины 19-го века, он является настоящим дьяволом: гремит цепями кандалов, баюкает вместо ребенка бомбу – тем самым символически рождая будущую революцию.

Да, отдельно взятый конец света случился – в 39-й аудитории ГИТИСа. Но после него молодые актеры распахнут окна и будут кричать в улицу, чтобы все об этом знали, чтобы, наверное, можно было что-то сделать. А на сцене, усыпанной перьями и кирпичными осколками прорастут гигантские цветы. Правда, цветы эти – одуванчики, сорняки, которые растут там, где человеку больше не место.

Юлия Зу специально для Musecube

Фотографии Елены Клюевской можно увидеть здесь


Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.