доходное местоМосковскому театру оперетты давно стало тесно в рамках только лишь оперетт, и год за годом (а, точнее, десятилетие за десятилетием) на легендарной сцене появляются все новые и новые мюзиклы.

И можно сколь угодно долго спорить о необходимости этого жанра и отдалении театра от истоков своего репертуара, однако — при сохранении истинно опереточных спектаклей — мюзиклы, приближающие русскую классику к нынешнему обществу потребления и поколению тиктока, определенно должны существовать.

«Доходное место» — одно из тех произведений, что находится в списках летнего чтения десятого класса, однако вряд ли ему отводится много часов в поурочных планах родной литературы XIX века, и тем ценнее возможность увидеть спектакль по этой пьесе! Хотя «увидеть» говорить не вполне корректно, — спектакли в Московском театре оперетты можно и нужно не только смотреть, но и чувствовать: в здании на Большой Дмитровке, 6 самым невероятным образом соединяются прекрасные голоса, потрясающая актерская игра, захватывающая музыка и залихватские танцы. Этот симбиоз современной драматургии и стилизованной в каждом спектакле музыки поддержан классическим оркестром и новейшими сценографическими техническими средствами. Равнодушным не останется никто: ни старшее поколение, ценящее исконность и достоверность, ни подростки со смартфонами в руке.

Спектакль по одноимённой пьесе Александра Островского в репертуаре театра вот уже третий год, и ежемесячно он отвечает на вопросы театральных обывателей: «Как?! Как можно из классики сделать мюзикл? Не лучше ли пойти в драматический театр на классическую постановку?»

Конечно же, на вопросы, поднятые в первоисточнике, спектакль отвечает тоже: вся суть пьесы передана точь-в-точь, а монологи героев сохранены практически дословно.

Однако же, да (и завсегдатаи театра это готовы подтвердить): этот спектакль ценен не только тем, что в нем заняты признанные звезды мюзиклового мира (Игорь Балалаев, Владислав Кирюхин, Александр Маракулин), но и примы академического вокала (Анна Новикова и Елена Ионова). Более того, наряду с вышеперечисленными артистами с многолетним опытом работы, в постановке принимают участие и недавние выпускники ведущих театральных ВУЗов (Александр Фролов, Никита Грабовский, Алёна Голубева, Екатерина Кузнецова, Анастасия Пугина) — и эти вчерашние студенты отлично дополняют созвездие состоявшихся артистов, играя роли, соответствующие их юному возрасту, но довольно уверенно заявляя о себе — в рамках сюжета, масштабах сцены и точно по Островскому.

Белогубовское счастье — брать взятки, чтоб «рука не сфальшивила», жить «в довольстве» и быть «уважаемым» человеком. Такого душного героя, как у Никиты Грабовского, — еще поискать надо.

Жадов в исполнении Александра Фролова словно сошел со страниц рукописи — этот пылкий обличитель чиновничьих нравов готов перенести любые тяготы, но не уступить «миллионной доли» своих убеждений и идеалов. Удивительным образом столь молодой артист показывает развитие своего героя и являет тонкую грань между борцом за справедливость (каким он предстает в начале спектакля) и обыкновенным «слабым человеком», загнанным нуждой и обстоятельствами, и – волею случая — едва спасшимся от нравственного падения в финале…

Этих персонажей отлично оттеняют комедийная расчётливая Юлинька и влюблённая ведомая Полинька. И даже расторопная Стеша.

Все и вся на своих местах.

Среди громких имен, причастных к спектаклю, необходимо отметить и имена композитора Геннадия Гладкова, драматурга и поэта Юлия Кима, режиссера-постановщика и балетмейстера Валерия Архипова, музыкального руководителя и дирижера Андрея Семёнова.

Спектакль, сыгранный 1 октября, был посвящён памяти Бориса Краснова: «Доходное место» стало одной из последних театральных работ мастера. Именно этот несвоевременно почивший художник воплотил поистине потрясающие воображение декорации, которые при поддержке работы художника по свету Александра Сиваева переносят нас то в гостиную Кукушкиных, то в присутственное заведение, а то и вовсе в каморку Жадовых…

О художнике по костюмам Виктории Севрюковой всегда хочется говорить ярко и многословно: каждая ее театральная работа поднимает планку профессионализма так высоко, что можно не понять характер героя, читая пьесу, но нельзя не увидеть разницу в золотом шитье чиновничьих мундиров и не заметить сословную принадлежность девичьих и дамских платьев — и это эфемерное эстетическое послевкусие неизменно вызывает в памяти образы всех без исключения героев. Как на ладони — во многом благодаря костюмам — видны и считываются и супруга Вышневского и суматошная маменька девиц на выданье, охочая до зятьков в зелёных мундирах.

Образы чиновников, кстати, более чем каноничные — и это тоже приводит в восторг поклонников мюзиклов.

Игорь Балалаев (известный только на этой академической сцене как Эдмон Дантес, Алексей Каренин, граф Орлов, Эдвард Рочестер, Клод Фролло и граф Капулетти), признанный мастер мюзиклов, имея не так много сценического времени, «вверенные» ему сцены отыгрывает — драматически — с таким достоинством и многоплановостью, что даже напрашивающиеся отсылки — ввиду перекликающихся реплик героев из других спектаклей — вспоминать, сидя в зале, не хочется. Достоинство Вышневского и уверенность в себе сменяются раздосадованностью и бессилием в адрес супруги, а затем и истерикой от неожиданного падения…

Владислав Кирюхин (знакомый нам всем по ролям Фернана, Бошана, Вильфора из легендарного уже «Монте-Кристо», Ивана из «Графа Орлова», Левина из «Анны Карениной», Генриха Айзенштайна и др. из классических оперетт, Маффио Веньера из «Куртизанки» и Человека в чёрном (возможно, Шекспира) из «Ромео vs Джульетты ХХ лет спустя» — и далее везде, ибо сложно представить Московский театр оперетты без этого артиста) поражает своим талантом перевоплощения: как ни крути, но Аким Акимыч — возрастной персонаж, который триумфально исполнен талантливым и преуспевающим артистом. Волшебницы из костюмерного и гримерного цехов мастерски приладили седину и накладной живот, нарисовали морщины и изменили геометрию лица, а на самого артиста легли заботы по убедительному изображению старческой походки, скрипучему голосу, сопровождающей сценический лишний вес одышки и даже подобающей обстоятельствам мимики. Эта роль стала своеобразным бенефисом Владислава Кирюхина, и доживи Островский до наших дней, сам поверил бы воплощенному на сцене герою, порицающему неблагонадёжность-с, но умело направляющему действо в нужное ему русло и самому так или иначе направляющемуся к алтарю и смыслу жизни — огромному сейфу в центре сценического пространства, здесь и сейчас готовому принять любые жертвы.

Этот союз профессионалов и тонкой актерской игры весьма лаконично дополнен искусными доводами и призывами к гуляниям Досужева — Пётр Борисенко так ловко и непринужденно норовит сбить Жадова с толку и изменить собственным принципам, что зритель мгновенно и безоговорочно верит его словам, ненадолго теряясь в догадках, отчего же этому герою отведена только одна сцена…

Меж тем, эта сцена в трактире — ключевая для понимания положения и душевного состояния Жадова. И путь Досужева — путь человека «потерянного»: все принимать, ни во что не вникать, не лезть на рожон, брать с купцов деньги за «слезные прошения с орнаментами» и пропивать их – дает юноше понимание, что он «ребенок», не имеющий о жизни «никакого понятия».

И все вернётся на круги своя после развязки сюжета — уже на поклонах — и вторя Досужеву «устоять невозможно, соблазны манят», каждый зритель будет едва заметно пританцовывать прямо в кресле.

Именно поэтому на поклонах «Доходного места» — независимо от состава артистов — зал всегда встаёт: усидеть невозможно!

Ольга Владимирская специально для MuseCube

Фотографии Анастасии Фолманис можно увидеть здесь

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.