когти в печень

Театр «Практика» вместе с Мастерской Брусникина выпускает последнюю премьеру календарного года и наотмашь лупит по актуалу! Я так скажу: требуется недюжинная смелость, чтобы в наши дни поставить вот такое. И, пожалуй, ещё молодость, позволяющая махнуть рукой на рефлексию в стиле «что станет говорить княгиня Марья Алексевна» и во весь голос заявить о том, что волнует и причиняет боль.

А команда спектакля молода на удивление — вся, от режиссёра Сергея Карабаня и композитора Дмитрия Шугайкина до артистов Мастерской Брусникина (Анастасия Великородная, Дарья Ворохобко, Никита Ковтунов, Сергей Шадрин, Кристина Якимушкина, Юлия Разумовская, Владимир Канухин, Полина Повтарь и Даниил Газизуллин), которым была доверена постановка. Нет, есть два «зрелых звена» в этой театральной цепочке — драматург Юрий strike Клавдиев и поэт Андрей Родионов (который здесь выступил в качестве актёра) — но они, как я понимаю, юны душой.

И, пожалуй, именно поэтому я не рекомендую смотреть «Когти в печень (никто не вечен)» зрителям, миновавшим 30-летний барьер. Ибо горящие глаза и максимально серьёзный подход к пьесе (и я вовсе не об отсутствии юмора — его в спектакле предостаточно) публике возрастной (примерно как ваша покорная) покажутся проявлениями не творческого энтузиазма, но юношеского максимализма. И в итоге сложновато будет созерцать происходящее и воспринимать оное полновесной постановкой, а не довольно инфантильной попыткой высказаться о важном.

А вот если вы сами молоды и горячи, то премьера «Практики» — для вас. Думаю, вы с этим спектаклем вполне будете говорить на одном языке и дышать общим воздухом. Плюс представители «старшего поколения» в постановке — яркие антагонисты (при, кстати, отсутствующих на сцене, но выпукло подразумеваемых протагонистах). Так что нам, пожившим, и ассоциировать себя не с кем — в отличие от «зумеров», являющихся бесспорной целевой аудиторией «Когтей в печень».

Собственно, о чём речь (уж простите, буду всеми силами избегать спойлеров, ибо даже малейший из них испортит впечатление от «живого» просмотра): в тринадцатом интернате начинает происходить странное. Сначала внезапно вырубается свет, затем начинает безо всякой логики и расписания включаться звонок, а самое страшное, что преподаватели, которых собирает в своём кабинете директор Калерия Михайловна, обнаруживают себя запертыми — дверь никакими средствами не открыть…

Это хулиганство воспитанников или же… самый настоящий конец света? Куда делись дети? Что происходит с завхозом и преподавательской четой Кроличенковых? В общем, кто виноват и что делать?

А сделать каждый должен только одно: выбор, который и предопределит дальнейшее.

Скажу вам честно: лично я никак не могла отделаться от вайбов книги Мариам Петросян «Дом, в котором…» Но, в отличие от романа, пьеса Клавдиева гораздо более безыскусна и даже во многом наивна. Однозначно хорош язык автора: внимать диалогам одно удовольствие. Только учтите: со сцены звучит непечатная лексика (пусть режиссёр и предупредил перед началом, что «у нас немного мата», он покривил душой — мата много). А почему нет? Окажись я в ситуации, которую изобрёл драматург для своих персонажей, и не так бы заворачивала. Нормальные люди, непонятные условия и современный спектакль — так что всё вполне гармонично.

В общем, если мат уместен в постановке, если он органичен — значит, он нужен, как выразительное средство, а не используется голого эпатажа для. Тут — тот самый случай.

Интересно, что пьесе, как я подсчитала, примерно три года. Получается, мы имеем дело с эдаким «драматургическим предвидением»: ряд фраз и ситуаций стали максимально актуальными, скажем так, чуть меньше года назад. Да и проблема выбора нынче куда острее, нежели в 2019-м…

Карабань очень аккуратно подчистил часть диалогов в соответствии с недавно принятыми законами (отчего появилось дополнительное «сатирическое дно»), а моя душенька оценила, как был трансформирован последний монолог Лемешева: после удаления словечек «в лоб» он зазвучал и взрослее, и правильнее.

Полюбился мне и режиссёрский подход в целом: своеобразное столкновение банального «взрослого мира» с ярким анимешным миром супергероев. Добрый совет: выбирайте место ближе к середине зрительного ряда, чтобы увидеть комиксы-проекции во всех подробностях. Этот элемент постановки дивно хорош.

Как всегда на высоте артисты — «Практика» в очередной раз доказывает, что новое актёрское поколение способно на многое, а кое в чём (например, в умении достоверно проживать самые экстраординарные режиссёрские задачи) даст значительную фору «опытным коллегам».

А в целом «Когти в печень (никто не вечен)» — это крайне аполитичный политический спектакль. Или так: это политический спектакль, прикидывающийся бытовым. Или даже вот так (для зрителей постарше): это постановка, делающая вид, что она про политику, а по факту скрывающая за своей необычной формой ряд банальных мыслей и идей (ну, право, сматривали мы и более глубинные вещи, затрагивающие проблематику выбора).

И что теперь? Не ставить спектакли о семейных проблемах, ежели Шекспир уже всё сказал в «Гамлете»? Наложить вето на истории о несчастной любви, ибо Островский вспахал все поля? Конечно, это глупость какая-то.

«Когти в печень (никто не вечен)» — творение молодых для молодых. И их новый взгляд на старые вопросы. Возможно, уже недоступный нам, людям, на чьём торте не помещаются свечки.

Но поверьте: даже если главные мысли спектакля и покажутся вам странными и наивными, вы точно будете с удовольствием наблюдать за этим театральным комиксом во все глаза. И от души посмеётесь — комического в постановке масса. Только будьте готовы к обсценной лексике (коли не приемлете её — лучше оставайтесь дома). И ещё раз оцените, каким бывает сегодняшний театр. Интереснейшее зрелище, скажу я вам!

Ирина Петровская-Мишина специально для Musecube

Фотографии автора можно увидеть здесь

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.