Еврейский театр «Шалом» уверенно осваивает пространство площадки на Новослободской: вслед за «Лисистратой» в конце сезона прошлого этот сезон открылся премьерой «Натан Мудрый».

Мне очень по нраву программки этого театра — ни грамма спойлеров, но обстоятельная информация о том, кто на ком исторически стоял, кто и зачем все это создал и т.п. Вкупе с экранами Петра Шерешевского (режиссера спектакля) и его же словами в той самой программке о датировке пьесы и её событиях, здесь, в постановке, феноменально рушатся все пространственные и временные рамки — прямо вот по тексту «Интернационала»: весь мир насилья мы разрушим до основанья, а затем… — так что чтением, предложенным театром, лучше не пренебрегать, но оставить на сладкое.

В лучших традициях «Шалома» Пётр Шерешевский дает слово всем без исключения участникам конфликта (а любой конфликт, как мы помним, и двигает действие), это не самым лучшим образом сказывается на тайминге и динамике спектакля, но тем крышесноснее и фееричнее будет долгожданный финал! Здесь, пожалуй, кроется еще один «просчет»: уже зная, кто заварил всю эту кашу, пересматривать спектакль будет не так интересно и захватывающе, как многие другие названия из афиши театра, но смотреть, тем не менее, стоит.

Мастер видеопроекций, неожиданных музыкально-ансамблевых вставок, воды на сцене, дешманской еды и прочих милых вещей по своему чек-листу для создания спектаклей славится в том числе своей иносказательностью — и заход с переработкой шин довольно долго не будет давать покоя залу (помимо прекрасных актерских работ Анны Терентьевой и Вениамина-Фабиана Вайсенберга, а также вездесущих запаха и пыли…), но будьте уверены, все распущенные ниточки затем соберутся и окажутся на своем месте. Еще ни одна премьера театра (который, напомню, прямо заявляет в своей миссии о толерантности, добрососедстве, близости и антифашизме) не говорила так точно о наболевшем, не заявляла о самоидентичности (и том, как оставаться собой в самые трудные времена).

Судьбы мудрого еврея Натана (Дмитрий Уросов), мусульманина <султана> Саладина (Евгений Овчинников) и христианского монаха из ордена Тамплиеров (Антон Шварц) оказались переплетенными — и счастливый билет вытянет тот, кто признает, что люди могут иметь разное вероисповедание, но все они — люди.

В «Натане…» очень крут и женский каст (и усиленные, в сравнении с литературным первоисточником, женские образы): Карина Пестова, Элизабет Дамскер и Янина Хачатурова прекрасны чуть более, чем полностью. И да, без них никак бы не получилось так доходчиво объяснить, почему человек человеку друг и брат.

Ольга Владимирская специально для MuseCube

Фоторепортаж Ирины Петровской-Мишиной можно увидеть здесь