Биографии великих людей были и остаются крайне привлекательным материалом для режиссеров. Непростые судьбы, удивительные витки жизненного пути, взлеты и падения – как не рассказать о таком? Вот и Роман Габриа выбрал для своего нового спектакля в театре «Мастерская» одну из ключевых фигур отечественной литературы XX века – Бориса Пастернака, сделав камерную биографическую работу, во многом резонирующую с современностью. Режиссер сконцентрировался на той драматичной точке жизненного пути классика, где поэт под влиянием непреодолимых обстоятельств был вынужден отказаться от присужденной ему Нобелевской премии. Сюжет более чем известный, но от этого он не теряет своей значимости, в какой-то степени становясь пугающе актуальным в наши дни. Фраза «Пастернака не читал, но осуждаю» вошла в историю, стала трагикомичным афоризмом, своеобразным советским мемом, перекочевавшим в современность. И Габриа работает с этим материалом тщательно и вдумчиво.

Перед зрителями предстает судьба человека, судьба страны, судьба двух любящих сердец. Сухие серые чиновники от литературы камня на камне не оставили от «Доктора Живаго», но в истории, меж тем, остались именно великий роман и его не менее великий автор. А вот верную музу, нежную возлюбленную Бориса Леонидовича помнят далеко не все. Своим спектаклем Габриа здесь словно бы восстанавливает законную справедливость. Ольга Ивинская являлась для поэта важным надежным тылом, где он мог быть собой, мог плакать, кричать и не стесняться собственных слабостей, мог набраться сил для очередной схватки с членами Союза писателей. Их мир на двоих – крохотный переделкинский рай, где все понятно с полуслова, где можно выпивать и закусывать, сочинять стихи и ничего не бояться. Это одна жизнь. А параллельно с ней существует и совсем другая –  с унылой обшарпанной трибуной для публичного словесного распятия и классическим алым кумачом с белыми буквами очередного пустословного лозунга. Здесь царствуют пыль и фальшь, нет никакого присутствия души, не находится ни единого намека на человеческое начало. Поэты громят поэта, но в памяти останутся не эти безликие фигуры, жалкие партийные функционеры от литературы. Справедливость восторжествует и победит (когда-нибудь, не обязательно сейчас, так уж устроен мир). Тем не менее, метание меж этих двух жизней невыносимо выматывает, заставляя мучиться и подлинно страдать. Смерть к Борису Пастернаку придет сильно загодя, лишив мир гения, а Ольгу Ивинскую – любимого человека.

Художественное двоемирие спектакля выглядит живым, зримым, детально продуманным. Слева – уютное дачное счастье, где цветы на окнах, варенье в розетке, а коньяк в рюмке. В этом локальном нежном парадизе великие стихи не просто рождаются сами собой, а буквально выхватываются из воздуха. Здесь нежность и любовь, свет и счастье. Справа же – чуждая тонкой натуре Бориса Леонидовича зона официальной литературы, наполненная словесным сотрясанием воздуха, пустопорожней болтовней, фальшивыми идейными призывами. Кафедра для устных выступлений воспринимается буквально местом публичной казни, типичный бюст Ленина в углу выглядит равнодушным безмолвным свидетелем безжалостной расправы. Софья Габриа смогла выразительно оформить внутренний конфликт спектакля, придав ему достойную форму с художественной точки зрения. Биографичность представленного сюжета дополнительно подчеркивается на протяжении всего спектакля фото – и видеопроекциями, на которых можно увидеть зафиксированное крупным планом выразительное лицо поэта, дружеские посиделки на той самой переделкинской даче, документальную хронику похорон Бориса Леонидовича. Интересен здесь и крайне уместный прием по отношению к тексту. Габриа не поленился самостоятельно зарифмовать эту поэтическую историю, и удивительным образом стихотворные фразы звучат то пошлой штампованной графоманией (из уст партийщиков от литературы), то трогательной нежной лирикой (так обозначен язык любви Ивинской и Пастернака).

Особо стоит оценить актерские работы, выполненные на совесть. Блестяще играет роль образцового партийного функционера Алексей Ведерников, метко попадает в типаж «человека из народа» Алексей Мацепура, интересный образ сына поэта создает Кирилл Гордлеев. Но все же основная нагрузка здесь лежит на исполнителях главных ролей – Пастернака и Ивинской (Никита Капралов и Арина Лыкова соответственно). Этот актерский дуэт передает особого рода незримую магию бессловесного общения, взаимопонимания и взаимочувствования. Лыкова замечательно и точно воплощает образцовую музу, подлинно любящую женщину, готовую на все ради счастья родного человека. В своем финальном монологе ее героиня с особым жаром подчеркивает, что ей, в сущности, ничего от жизни и не надо – лишь бы Пастернак писал, творил, сочинял. Сам же поэт в мастерском исполнении Никиты Капралова предстает перед зрителем прижизненным памятником, ожившей гипсовой фигурой с выбеленным лицом, на котором отпечатались все перенесенные многочисленные тяготы. Пастернак здесь буквально собственным примером доказывает, что «жизнь прожить – не поле перейти».

У Романа Габриа получился нежный лиричный спектакль с прочувствованными болевыми точками о противостоянии творца и системы, о сложности выбора, о попытке остаться свободным в несвободной стране. Возвышенный мир великих стихов в тяжелом безвоздушном пространстве. Такое, казалось бы, далекое прошлое встает во весь рост перед зрителем буквально на расстоянии вытянутой руки, заставляя фокусироваться на горьких уроках отечественной истории и делать важные выводы.

Марина Константинова специально для Musecube

Использованы фотографии с сайта театра