Чтобы сегодня, в 21 веке, поставить «Сирано де Бержерака», нужно или очень сильно любить классику, или же обладать свежим взглядом на знакомый всем материал — равно как и чётким представлением, что ты хочешь сказать публике. Режиссёр Егор Перегудов из таковых — более того, преподнося «заезженное» под новым углом, он не лишает материал его сути, духа и души. А вот это — редкое умение, доступное единицам.

Свежая премьера МХТ им. Чехова — это не просто очередная трактовка пьесы Эдмона Ростана, но и смелая попытка высветить неожиданные смысловые центры, не предполагавшиеся изначально драматургом. Так к теме о безответной любви и верности добавилось ещё две «вершины»: тема загубленных творцов и тема ужаса войны.

Поразительно, что при этом спектакль не рассыпается (а такое часто случается, когда слишком самоуверенный постановщик не может сдержать фантазию в узде и перестаёт видеть главное в собственном детище), а, напротив, приобретает особенную цельность и ценность. «Троесмыслие» не размывает содержание, но сплетает спектакль воедино, в финале ударяя зрителя острым копьём. И пьеса Ростана, написанная более двух веков назад, звучит современно и актуально.

Постановщик выбрал самый, пожалуй, известный перевод «Сирано де Бержерака» — тот, что в 1982 году сделал Владимир Соловьёв. Для меня основной плюс данного переложения на русский язык — в его живости и яркости слога (при сохранении стихотворных особенностей — а пьеса Ростана написана именно в рифмованной форме, напоминаю). При этом работа с текстом была проведена масштабная — вырезаны огромные куски, затормаживающие действие, но не особенно влияющие на него, и дописаны, сочинены с нуля некоторые отрывки, как родные встроившиеся в материал (за это — отдельный поклон).

Отличный пример — монолог Сирано про нос. Он лишь наполовину принадлежит Ростану (в переложении Соловьёва, конечно), в остальном радуя зрителей понятными в наши дни аллюзиями и симпатичным юмором. И, не помня оригинального текста, ни за что не догадаешься, на какой строке начинается «самоуправство». Талантливая и оправданная стилизация.

В результате пьеса, тяжеловесная и устаревшая в изначальном виде (а при всей моей любви к классике я была бы не готова воспринимать все строки Ростана от и до), приближается к современности и, сохраняя множество пугающих по длительности монологов и диалогов (и спасибо Перегудову за то, что он донёс их до зрителей, не превратив постановку в эдакий клип по мотивам пьесы), вполне органична в мире сегодняшнего театра.

И самое главное — КАК история поэта Сирано была преподана столичной публике. Форма минималистична: всех декораций — огромная стена-трансформер. Главных действующих лиц осталось пять: Сирано, Роксана, Кристиан, граф де Гиш и Рагно, ставший во МХАТе просто неким другом главного героя (прочих заменили «гитары и виолончеля», как нам сообщают в предисловии к спектаклю). В роли эдакого «ансамбля» — студенты Школы-студии МХАТ с курса И. Я. Золотовицкого и С. И. Земцова. В общем, «Сирано» собрал актёров, как минимум, трёх поколений.

Спектакль невероятно музыкален — причём, он охватывает жанры от КСП с шансоном до рэпа и разудалого рока (спасибо, что мне досталось место на приставном стуле — я смогла от души потанцевать сидя, не мешая соседям по ряду). Звучащие со сцены песни были написаны актёрами театра и студентами Школы-студии (плюс немного Евтушенко — но о нём отдельный разговор). И пусть порой они весьма наивны, зато максимально честны и пронзительны.

А на инструментах играет «Мизинов-трио» и сами артисты — причём, на самых разнообразных, от «банальной» гитары до тромбона. Я знаю, что Перегудов отлично умеет работать с оркестром, погружая его в театр (я же смотрела чудеснейший спектакль «Петя, волк и Володя-музыкант» в РАМТе). В МХТ живая музыка призвана добавить дополнительную долю правды и нерва в происходящее. А я — фанатка подобных решений. И здесь меня проняло по полной.

Мне невероятно нравится стиль Перегудова — он не рушит основ, сохраняя зерно оригинала. Но при этом обрамляет оное в эдакий своеобразный «театральный багет», преподнося привычное под неведомым прежде ракурсом.

«Сирано» в МХТ — это очень красиво, интересно и оригинально. Здесь масса хорошего, по-настоящему качественного юмора. А ещё тут местами крайне больно — но оно так и задумывалось. Больно — как и должно быть в хорошем театре. Эта боль дарит свет.

В этом спектакле — стопроцентный Ростан. Но такой, какой уместен в 2022 году. И то, что происходит на сцене, крайне сложно описать — это нужно видеть и впитывать. Здесь театральная правда сталкивается с театральной же условностью — и рождает прекраснейшее дитя.

А стихотворение Евтушенко «Старый друг» (звучащее во втором акте дважды и трансформирующееся в самом финале в настоящий гимн миру) превращает спектакль в театральный манифест, разящий в самое сердце.

И воплощает идеи режиссёра великолепный актёрский ансамбль, столь же единый в своей разноплановости, как и сама постановка.

За образы второстепенных персонажей отвечают студенты Школы-студии МХАТ. Они подкупают своей искренностью и молодостью, ни в чём не уступая на сцене именитым коллегам. Начать свой путь в большом театре именно так — дорогого стоит.

Отдельно отмечу такого персонажа, как Д’Артаньян (Николай Романов). Сам Ростан ввёл безбашенного гасконца в свою пьесу (а Д’Артаньян, как известно, жил в одно время с Сирано, так что вполне мог с ним встретиться) — дабы показать, что даже этот смельчак уважает поэта со шпагой. У Перегудова Д’Артаньян присутствует не только в открывающей сцене, но проходит вместе с остальными героями весь путь — пусть и на втором плане. И это очень милая «вишенка на торте».

Совершенно чудесен Игорь Золотовицкий (граф де Гиш). Его персонаж совершает «путешествие» от нелепого комизма до пугающего величия, становясь в итоге той карающей рукой, которая ведёт на гибель поэтов во все времена.

Кузьма Котрелёв (Кристиан) проживает внушительную трансформацию самовлюблённого дурака в мудрого друга, выводя всю постановку на тот градус трагизма, который потом, после завершения спектакля, заставит вас несколько минут хранить молчание, устаканивая всё увиденное и услышанное в голове и успокаивая бушующие эмоции.

Паулина Андреева (красавица Роксана) без всякого ёрничания и насмешек со стороны режиссёра (а для меня это важно) весьма феминистична в патриархальном мире, окружающем её. Не совсем понятно, чем же Роксана так пленила бедного Сирано, что он готов ради неё на всё, но это, скорей, претензия к Ростану и боль большей части постановок пьесы. Перегудов с Андреевой сделали максимум для того, чтобы передать неординарность героини, и значительно расширили рамки, заданные текстом.

И, конечно же, Юрий Чурсин (Сирано де Бержерак). Он играет свою роль без привычного грима — длинного носа, обходясь своим собственным (о чём в том самом монологе про сию выдающуюся деталь лица замечает, что, де, обидно актёру, наверное, вот так-то). Кстати, профиль Чурсина очень похож на профиль реального, исторического Эркюля Савиньена Сирано де Бержерака — если судить по прижизненному портрету поэта, дошедшему до нас. Персонаж Юрия прекрасно понятен всем, кому не повезло испытывать комплексы по поводу собственной внешности. Он несуразен и трогателен — и скрывает эти свои черты за храбростью и самоотверженностью, впрочем, присущими ему от природы. Замечательный Сирано, достоверный каждую секунду спектакля и влюбляющий в себя с первой же сцены. Его совершенно не хочется сравнивать с образами, созданными кем-то  ранее, он иной. Это однозначная победа и артиста, и его режиссёра.

«Сирано де Бержерак» в МХТ — мощное явление во вселенной сегодняшнего столичного театра. Заложенные месседжи достигают адресатов-зрителей, режиссёрские находки впечатляют, артисты вызывают восторг… А всё в целом заставляет вспомнить, за что мы все действительно так любим это искусство.

Премьера МХТ даёт пищу для мыслей и чувств. Она снова и снова возвращает к себе — как минимум, несколько дней вы будете ловить себя на том, что опять рассуждаете о спектакле. А это, согласитесь, не столь часто случается в наше время бесконечных новостей и свежих поводов для размышления.

Браво, Театр!

Ирина Петровская-Мишина специально для Musecube

Фотографии Евгении Окниной можно увидеть здесь

1 КОММЕНТАРИЙ

  1. «Написана более двух веков назад?», грамотная вы наша. Премьера состоялась 27 декабря 1897 г.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.