Итак, ему нельзя помешать уйти,
Итак, нельзя помешать ей стоять и грустить…

Томас Элиот

На Симоновской сцене Театра им. Евгения Вахтангова почти два сезона идёт спектакль «Долгие годы» — режиссер Георгий Долмазян сам написал пьесу для постановки, вдохновляясь романом Джозефины Лоуренс «Годы тянутся так долго» и черно-белым фильмом «Уступи место завтрашнему дню». Режиссёр подчёркивал в своих интервью, что намеренно сместил акцент повествования с родителей на их взрослых детей. Поэтому мы не увидим здесь парафраза на знаменитую постановку Анатолия Эфроса «Дальше – тишина», где царили великие Плятт и Раневская. Безусловно, зрители будут всхлипывать по ходу действия, сопереживая трагическим поворотам судьбы Баркли и Люси Купер. Но также нам предлагается поставить себя на место наследников их жизненных неурядиц.

В персонажах стариков Купер нет ничего эпического – кроме их любви и преданности друг другу, конечно, – двое самых обычных людей того старомодно воспитанного поколения, которое верило, что брак и семья сродни битве, в которой нужно сражаться плечом к плечу и радоваться мелочам и тому, что довольны жизнью твои дети. Они не решают мировых проблем – разве что Баркли живо интересуется газетными новостями, – им бы вовремя внести платёж по закладной… Именно коллизия с банком и становится рубежом, ломающим плавное течение жизни и времени. Действие происходит во времена Великой Депрессии, но нигде и никогда не стоит зарекаться «от сумы и тюрьмы».

Роли в спектакле парадоксальным образом трудно разделить на главные и второстепенные. Эпизодический щеголеватый босс и вспыльчивый доктор запоминаются не меньше, чем «второплановый» бакалейщик Левицкий или мужья Коры и Нелли (светский хлыщ и боксёр-неудачник, сыгранные, к слову, одним актёром так, что зрителю остаётся в изумлении уставиться в программку, не веря своим глазам). Ветреная внучка Рода, суетливая и запуганная секретарша (ещё одно блестящее актёрское «раздвоение»), даже мимолётный богач в поиске домоуправителя – у каждого своя «минута славы» и своя правда в этой истории. Осуждение спотыкается о вопрос «а что бы ты сделал на их месте» — и нередко мы вынуждены признать, что похвалить себя можем только потому, что никогда на этом месте, по счастью, пока не оказывались.

У Куперов пятеро детей – калифорнийскую сестру Аду мы так и не увидим, хотя она что-то вроде «бога из машины» в сюжете пьесы. В тёплую Калифорнию отправляется Баркли Купер для поправки здоровья и с надеждой устроиться там на работу, чтобы выписать к себе остающуюся в Нью-Йорке жену. Эту надежду не разделяет никто, и первая – миссис Купер. Милая, опекающая, положившая жизнь на заботу о муже и детях, Люси соглашается переехать в дом престарелых, понимая, что не только комфорта, но и просто душевного покоя ей там не видать. Но – здоровье мужа! – благополучие сына! – мир среди детей! – всё превыше личного удобства. Парадоксальным образом она приходит в итоге к высшей точке материнского счастья, каким сама его понимает: отдать всё, и самоё жизнь, на благо семьи.

Только вот благо ли – такая уступчивость? По сути, покладистость матери оборачивается несчастьем с внучкой (вынужденной бегать по друзьям из-за тесноты дома), ссорой с сестрой и муками совести для старшего – Джорджа (еще вопрос, каким боком выйдет ему «доверительная» беседа мамы с начальником), будущим горем и запоздалым раскаянием для новоявленного «калифорнийца» Баркли, когда он с неизбежностью осознает, что слепо принял последнюю жертву любимой женщины. Единственный, кому вся эта история, как мне кажется, пойдёт на пользу – хотя бы духовно – младший сын Куперов, балагур и начинающий актёр Роберт. Эпизод «кастинг», где юноша с апломбом начинает читать любимого Уитмена и внезапно смолкает, пронзённый новым пониманием стихов о верной любви до гроба – один из сильнейших в спектакле.

Может показаться, что выше случился акт «виктимблейминга», но нет: Люси не могла поступать по-другому, такова её природа и обстоятельства жизни. Однако для нас история не кончается: выйдя из театра, мы снова встретимся со нашими близкими – даже если сидели в зале в соседних креслах – и будем принимать решения, касающиеся наших родителей и детей, а они будут принимать свои. И вот тут хорошо бы не совершить чужих ошибок… или как минимум знать о себе правду до того, как продолжить делать собственные.

Но думать было необходимо, она уже точно знала дверь, которая открывалась в страшный фантастический мир, знала, где начинается путь к избавлению, которое никаким избавлением не было, и знала, что величайшим грехом для неё стал бы – и ныне, и в будущем – самообман.

Ф. С. Фитцджеральд «Ночь нежна»

Роли в спектакле «Долгие годы» исполняли: Михаил Васьков и Ольга Гаврилюк (Люси и Баркли), Александр Галочкин, Ольга Боровская, Анна Ляхова (Джордж, его жена Анита и их дочь Рода), Полина Бондарь, Дарья Щербакова и Клим Кудашкин (Кора, Нелли и их мужья Билл и Харви), Семён Арзуманов (Роберт), Александр Павлов (Левицкий), Иван Захава (доктор), Сергей Барышев (босс Джорджа).

Елена Трефилова специально для MuseCube

Фотографии Ирины Петровской-Мишиной можно увидеть здесь