Это было осенью. А лето
я не вспоминаю никогда.

Борис Рыжий

У каждого режиссёра с опытом рано или поздно развивается своя «фишка», по которой можно угадать постановщика, не заглядывая в программку. Например, Марк Розовский – волею судьбы – избрал лейтмотивом своего творчества борьбу с культом личности товарища Сталина; Сергей Проханов в своем стильном (но, увы, завершившем существование) Театре Луны систематически настаивал на презумпции «театра» над «жизнью». Антон Яковлев — на своей ли, на чужой ли сцене — стремится быть максимально доходчивым. В его постановках вы скорее всего увидите роль «человека от театра» или «от автора», компенсирующего недосказанное в оригинале более или менее продолжительными ремарками. Не обошла эта особенность и новую постановку Театра Гоголя «Дальше – тишина».

Строго говоря, пьеса Вины Дельмар «Дорогу завтрашнему дню» в интерпретации Яковлева обрела на улице Казакова вторую жизнь: до недавнего времени спектакль существовал на сцене театра «Ленком», но подул ветер перемен – и вот «Дальше – тишина» переезжает, словно сюжет спектакля повторился в реальности.

Из прежней версии перекочевал набор действующих лиц, костюмы, почти вся сценография и исполнители заглавных ролей: супругов Купер, Барклея и Люси, играют народные артисты России Виктор Раков и Анна Якунина. В остальных ролях заняты артисты Театра Гоголя Андрей Финягин (Джордж), Алёна Гончарова (жена Джорджа, Анита), Софья Ковалёва (Нелли), Анастасия Епифанова (Кора), Егор Попов (Роберт), Юлия Максютина (дочь Джорджа, Рода), а также Виктор Рябов / Дмитрий Высоцкий, Андрей Ребенков и Кирилл Ковбас. К сожалению, в спектакле не нашлось места мужьям сестёр Купер; их лишь упоминают, ссылаясь на семейные обстоятельства, обе женщины, и, приходится признаться, это обедняет картину, лишая жалобы дам наглядной убедительности.

По сути, мы наблюдаем противостояние родителей с их пятерыми (на виду четверо, но так и в пьесе) взрослыми детьми. Материнский подвиг и отцовская беспечность – два фактора, приведшие, по сути, к краху семьи: ни у кого из отпрысков Купер жизнь не сложилась так гармонично, как у родоначальников. Спектакль начинается с «наезда» Барклея на сыновей и дочерей и заканчивается его же отбытием в солнечную Калифорнию для поправки здоровья, тогда как супруга остаётся на Восточном побережье и (втайне от мужа, ради его спокойствия) перебирается в «пансионат для пожилых женщин», то есть, прямо говоря, в дом престарелых, где её ждёт одиночество и скорый печальный исход. Разговор Люси с Джорджем, когда старая мать берёт на себя мрачное решение покинуть сыновний кров, сыгран Анной Якуниной и Андреем Финягиным «на разрыв души».

Структура представления включает также музыкальные вставки: «вокзальный оркестр» с ликами печальных клоунов, руководимый старательно-зажигательным конферансье (Кирилл Ковбас), поясняет смену места действия и комментирует некоторые проявления участников спектакля. Между прочим, в начале «ведущих» трое, но двое из них по ходу действия испаряются, конденсируясь в ролях Хеннинга/Хоппера (Виктор Рябов) и аптекаря Левицкого (Андрей Ребенков).

Я не впустую упомянула о стремлении Антона Юрьевича к доходчивости своих творений: между эпизодами артисты выходят к микрофонам, выставленным справа и слева на авансцену, и делятся с публикой напрямую микроисториями из собственной жизни, в которых подчеркивают важность ценить родителей и стремиться к взаимопониманию, пока не поздно. Блиц-исповедь Алёны Гончаровой переходит в зажигательный танец и завершает первый акт, а последним выступает перед самым финалом Егор Попов – о себе не рассказывает, но читает стихотворение Бориса Рыжего, строки из которого стоят эпиграфом к этому репортажу.

Как толковать историю семьи Купер, каждый решит по-своему. В зачине, сыгранном в стиле «буфф», нам предлагают варианты названия, среди которых «Родительский дом», «Молодым везде у нас дорога» и даже «Прошлое, отвали!». Главной деталью реквизита постановщик выбрал разнокалиберные чемоданы на железнодорожной платформе. Не нужно пояснений, чтобы считать тут метафору быстропроходящей жизни (хотя пояснение будет). Важно помнить одно: все мы состаримся – если повезёт – и для каждого пробьёт час перетряхнуть «багаж». Что мы оставим после себя – и кому? Хочешь – думай, а можешь – нет.

Елена Трефилова специально для MuseCube

Фотографии Ирины Петровской-Мишиной можно увидеть здесь