С начала Первой Мировой Войны революция моды, одинаково затронув и мужскую и женскую моду, начинается в Европе и  России: укорачиваются платья, цилиндры, столь популярные ещё два десятилетия тому назад, становятся признаком буржуазного стиля и принадлежности к классу так называемых эксплуататоров. В новой революционной эпохе главным глашатаем новой эры становится новый советский денди — Владимир Владимирович Маяковский.

До 1920-х годов молодой Маяковский меняет несколько стилей и направлений. В период его сотрудничества с футуристами поэт эпатирует и экспериментирует. Самое главное для Маяковского той поры — это фурор: «Костюмов у меня не было никогда. Были две блузы — гнуснейшего вида. Испытанный способ — украшаться галстуком. Нет денег. Взял у сестры кусок желтой ленты. Обвязался. Фурор. Значит, самое заметное и красивое в человеке — галстук. Очевидно — увеличишь галстук, увеличится и фурор. А так как размеры галстуков ограничены, я пошел на хитрость: сделал галстуковую рубашку и рубашковый галстук.» Впечатление неотразимое».[1]

С этого момента галстуки становятся настоящей страстью поэта, их можно увидеть на многих его фотографиях.

В 1920-х годах к Маяковскому приходит слава настоящего поэта, его стихи печатаются в окнах РОСТА (РОСТА – Российское телеграфное агентство) издаются многотысячными тиражами, он становится первым советским копирайтером-рекламистом. Произведения Маяковского призывают покупать товары «Моссельпрома», «Мосдрев», «Мосторг», «Мосошвея» и других.

Вместе с успехом меняется и образ Маяковского, он отказывается от костюмов чёрного цвета и цилиндров, всё чаще в обычной жизни используя кепки, реже – шляпы. С 1922 года начинает ездить по заграничным командировкам, посещает Латвию, Францию, Германию, Кубу, Мексику, США. После поездки на другой континент поэт позже пишет очерк «Мое открытие Америки» и сборник «Испания. — Океан. — Гавана. — Мексика. — Америка», где опишет свои впечатления от заокеанского турне, иногда очень скрупулезно отмечая образ жизни кубинцев, мексиканцев и американцев.

Надо сказать, что на протяжении всей жизни рослому поэту достаточно сложно было приобретать себе одежду и обувь – Маяковский имел рост 189 см и 46-м размер ноги. Именно в заграничных поездках, покупая или заказывая пошив одежды, он оттачивал и совершенствовал свой стиль. На фотографии, сделанной в Праге, на Маяковском пошитое по последней моде двубортовое пальто и галстук с вошедшим в моду геометрическим рисунком. Также помимо традиционных белых рубашек, Маяковский предпочитал носить рубашки мягких пастельных тонов: голубых, светло-розовых и т.п.

Его ботинки практически всегда были с железной подковой, а каждый купленный предмет одежды он маркировал своими инициалами или одной буквой М. Особенно нравилась поэту обувь «Вестон» (J.M. Weston) – туфли этой фирмы можно увидеть в ГММ «Маяковского». Эта компания существует по сегодняшний день и до сих пор туфли выпускает похожие туфли.

Отдельным этапом в жизни поэта было сотрудничество с Алексеем Родченко, советским графиком и живописцем, одним из основоположников конструктивизма. На снимке, сделанном в 1924 году Родченко, Маяковский опять-таки одет по последней моде: костюм-тройка, узкий галстук, в кармане пиджака – дорогая авторучка «Паркер» (ручки этой фирмы не производились в то время в Советском Союзе) и карандаш. Простой карандаш и авторучка в кармане пиджака, по моде Маяковского, в последствии станут одним из главных и узнаваемых атрибутов настоящих советских поэтов и партийных бюрократов.

На фотографии 1930 года, сделанной за несколько месяцев до самоубийства, поэт выделяется среди толпы посетителей, одетых беднее и скромнее его, но заметно подражающих ему прической, пиджаками и рубашками. Выбранному стилю, который Маяковский соотносил с понятием настоящего пролетарского писателя, он придерживался до конца жизни.

[1] Владимир Маяковский. Полное собрание сочинений в тринадцати томах. Том первый. 1912-1917 ГИХЛ, М., 1955

comments powered by HyperComments