Александр Иванов

Александр Иванов работает в Театре имени А.А. Брянцева уже 19 лет. В его репертуаре – роли в спектаклях «Маленький принц», «Звездный талер», «Рождество 1942, или письма о Волге», «Гроза», «Король Лир», «Иудушка из Головлева» и многие другие. В мае в театре состоялась премьера спектакля Уланбека Баялиева «Зимняя сказка», где Александр Иванов исполнил главную роль. Его Леонт – натура свободная, стихийная и невероятно трагедийная. В интервью артист поразмышлял об актёрских победах, рассказал о своем режиссерском опыте и обозначил, что для него является театральным чудом.

 

— Александр, каким было ваше детство? Вы занимались в театральной студии?

 

— Детство у меня было прекрасное, замечательное: школу я любил и вспоминаю с теплотой. Первый театральный опыт был именно там: учителя, принимающие участие в творческой самодеятельности, приглашали меня в спектакли, а я как-то не сопротивлялся. Хотя поначалу было страшно выходить на сцену. Но всегда это было по-доброму и от души.

 

— Почему вы решили поступать в Петербург?

 

— Я из Эстонии, родился в маленьком городе. У меня была мечта учиться в Петербурге, он ближе, чем другие города.

 

— Расскажите о вашем мастере Андрее Андрееве.

 

— Мастер есть мастер: в него нужно верить. Есть мастера нежные, теплые, Андреев — не такой, многим доставалось. Андреев готовил нас для войны и самостоятельной жизни. Большое ему за это спасибо.

Можно только научиться, научить ничему нельзя. Мастер научил меня азам: что текст выучить — надо, костюм повесить на место — надо, выйти вовремя, уйти вовремя – надо. А всему остальному ты учишься сам.

 

— Почему вы выбрали ТЮЗ?

 

— Потому что я считаю, что в ТЮЗе должны работать хорошие артисты.

 

— В ТЮЗе широкий репертуар, но, в первую очередь, это театр юного зрителя. Вы любите детей?

 

— Я люблю людей, или, точнее, стараюсь это делать, потому что артисту без этого никак. Я не настолько погружен в детский репертуар, я его играю, но не так много. В любой роли нужно существовать честно. Дети все чувствуют, главное — не притворяться. Они видят даже то, чего не видят взрослые.

 

Александр Иванов

— Кому нужен театр: зрителю или артисту?

 

— Всем. Театр – это встреча актера и публики. Если случается то, что должно случиться, то публика становится зрителем, а актер — артистом, и они разговаривают на совершенно другом уровне. Площадка, костюм, музыка и текст пьесы – это всего лишь предпосылки, повод для встречи.

Сейчас люди нечасто ходят в театр. Мир находится в театральном кризисе – люди выборочно ходят на спектакли, да и я сам так делаю. Нельзя же все потреблять в большом количестве. На фестивале «Радуга» я с удовольствием посмотрел несколько работ.

 

— У вас есть любимые режиссеры?

 

— Особых предпочтений у меня нет: сейчас время от времени происходят события — и их видят все. То, что нужно посмотреть, ты обязательно увидишь. Никогда не понимал советов: сходи, посмотри. Ты приходишь, и ничего не происходит. Это наталкивает тебя на мысли: наверное, я чего-то не понимаю?!

Когда происходит что-то значимое, оно происходит только для тебя. Хороший спектакль был с Крючковой «Мамаша Кураж»: актриса играла замечательно, я плакал и смеялся, но когда я взглянул вокруг, очень удивился, потому что был один такой на зал.

 

— Какие спектакли – значимые для вас?

 

— Работ было много: я не сидел на месте. Считаю себя счастливчиком: играл и Стринберга, и Ибсена. Я замечаю, что каждые пять лет в актёрской профессии происходит событие. Но ждать и верить довольно тяжело. Я пришел в театр и Ваня Латышев поставил спектакль «Рождество 1942»: это было такое огромное событие, которое вселило в меня надежду, и не только в меня – вообще во многих людей. Это была встреча людей, готовых к творчеству и желающих высказаться, и зритель был благодарен за это.

Затем был Тихон в «Грозе» Миши Бычкова, Торвальд в «Кукольном доме» в Приюте Комедианта — за последнюю роль я был номинирован на «Золотую маску», хорошие роли в кино – в «Ленинграде 46» Игоря Копылова. Затем была встреча с Георгием Львовичем Васильевым.

Иудушка из Головлева

Если я скажу, что Васильев – гений, то это будет не точное определение, он был человеком без кожи: он любил свою боль и радостно продлевал ее, и она помогала ему творить. В нем сочеталась тонкость восприятия и сарказм по поводу своей тонкости и того, как его воспринимают другие. И, конечно, в Васильеве была огромная любовь к театру – он обладал каким-то сверх знанием. На Малой сцене идет его спектакль «Иудушка из Головлева» – и когда все происходит так, как надо, ты понимаешь, что находишься в центре чуда. В спектакль нет особенной сценография – несколько стульев, уточненный свет… В нем все получилось настолько гениальным, не знаю, как это возможно. Для этого не нужны никакие действия, громкие слова, переживания, входы-выходы – чудо происходит само по себе, потому что спектакль заряжен мирочувствованием Георгия Львовича. Мы играем «Иудушка из Головлева» до сих пор с огромной благодарностью, и не только я это чувствую.

 

— Затем вы поставили «Дорогую Елену Сергеевну». Почему вы решили попробовать себя в режиссуре?

 

— Нужно сделать шаг в сторону, чтобы понять, кто ты на самом деле. Когда артист бездельничает, он всегда занимается режиссурой. Постановка «Елены Сергеевны» была прыжком в неизвестность и, слава богу, мы удачно приземлились. Но больше ставить спектакли я не планирую: режиссура – это серьезное дело, как и мое — и смешивать эти профессии нельзя, необходимо заниматься чем-то одним всю жизнь, без остатка.

Режиссер думает об артистах – он посвящает всего себя другим людям, а актёр, для того, чтобы получился спектакль, должен думать о себе. Занятие режиссурой мешает актёрской профессии: ты перестаешь верить в предлагаемые обстоятельства: все отдаешь, чтобы верили другие, а сам – не веришь. Раньше я достаточно иронично относился к режиссерам, но когда сам поставил спектакль, изменил к ним отношение – и теперь веду себя совершенно по-другому.

 

— О чем ваша работа?

 

— Не об учительнице. Люди так сильно любят друг друга, надеются друг на друга как настоящие друзья. Дети видят в Елене Сергеевне все свое счастье, и она видит в них все свое счастье, но в результате вся ситуация оказывается абсолютно драматической. Спасибо ребятам, что они послушали меня и пошли по предложенному пути.

 

— «Маленькие трагедии» Руслана Кудашова, где вы играете роль Вальсингама, — тоже определенное событие?

 

— Я сделал смелый шаг вперед, хотя понимал, что наше «шоу» будет довольно жестким. «Маленькие трагедии» — замечательный спектакль и важно, что самая непростая и непонятная часть — «Пир во время чумы» оказался более законченным, чем более понятные, на первый взгляд, трагедии. Руслану удалось проявить нечто большее в нашей трагедии: мы — не просто пьянствующие люди, не выдерживающие пресс мира. В нашем эпизоде звучит боль по человеку, его слабости, величию, низости, стремление к прощению. С «Маленьких трагедий» в труппе началась какая-то новая волна единения: артисты поддерживают друг друга и работают в команде.

Маленькие трагедии

— Совсем недавно у вас состоялась премьера спектакля «Зимняя сказка» Уланбека Баялиева, где вы играете главную роль. Режиссер в интервью говорит о вас много теплых слов. Чем вам дорога эта работа?

 

— «Зимняя сказка» появилась чудесным образом, и наша встреча с Уланом стала судьбоносной. Я понятия не имею как, но уже изначально я знал, что нужно делать, а режиссер знал, что я это знаю — мы понимали друг друга с полуслова. Для того, чтобы получился хороший спектакль, должно совпасть огромное количество условий. В первую очередь, важна команда, а у нас она подобралась замечательная!

 

— Александр, какой ваш Леонт? Почему он ревнует Гермиону?

 

— О ревности написана другая пьеса, а наша история намного интереснее. Пьеса заканчивается чудом и прощением, поэтому мы решили замахнуться на что-то большее, чем просто ревность. Шекспир никогда ничего не скрывает в пьесах и подробно прописывает мотивировки: «Иногда природа, Пресытясь видом нежности сердечной, Себе забаву новую находит. В жестокосердье». Леонт не стал малодушно останавливать процесс разрушения, он – король, отвечающий за весь мир. В нашем спектакле театральность важнее правды и жизнеподобия. Возможности драматурга меня очень поразили: Шекспир оказывается очень простым, если ты готов опуститься на самое дно и подняться на самую большую высоту. Мы сыграли всего четыре спектакля, и все они были разными, и каждый последующий – на ступень выше предыдущего. Я наслаждаюсь этой работой и хочу развиваться в роли и дальше.

 

— Каким, с вашей точки зрения, следует быть режиссеру?

 

— Режиссер должен четко давать задачи – но они не обязательно должны быть озвучены. Я понял задачу Улана, хотя он мне ее и не говорил. Помню, я играл черта в спектакле, поставленном японским режиссером, и как-то он мне сказал: «Тухлая рыба не перестает быть рыбой». И самое интересное, что я понял то, что он имел в виду. Он дал задачу? Может быть. Но какую? Хорошие цели определяются не словами…

 

Елизавета Ронгинская специально для MUSECUBE

Фото представлены пресс-службой Театра Юного Зрителя. Фото спектакля «Зимняя сказка» Натальи Кореновской.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.