Сепарация – это один из переломных моментов в становлении человеческой личности, когда ребенок должен отделиться от родителей в финансовом, физическом и, как следствие, эмоциональном плане. Если вовремя не перерезать пуповину (в метафорическом смысле), у ребенка могут развиться психологические отклонения, связанные с отсутствием у последнего полноценной личности и какого-либо инспектирования собственного «я».

 

Признаки эти ярко выражены у молодого студента-психиатра Стаса (Егор Морозов). Он – прилежный ученик мединститута, участник сборной по спортивной стрельбе из лука, спокойный «домашний» парень, который живет со своими родителями. У Стаса есть лучший друг Петр (Данил Стеклов) – полная противоположность закомплексованного парня. Талантливый барабанщик грайндкор-группы, наглый, ленивый, несдержанный прожигатель жизни, который жаждой экспериментов впускает в свои жизнь краски. Стас испытывает глубочайшее почтение к харизме Петра, видя в его личности объект стремления. Но чистейшая призма восторженности пятнается примесью ненависти, когда у Петра начинается бурный роман с матерью Стаса Катериной Сергееной (Ольга Цирсен). Возникшая страсть провоцирует потаенных демонов всех вовлеченных выйти на свет, расщепляя сознание героев.

 

В этот момент в силу вступает понятие «амбивалентности», олицетворением которого является героиня Ольги Цирсен. Она совмещает в себе контрастные черты, демонстрируя неуверенность, скованность в мыслях, но абсолютную развязность в действиях и горячую сексуальность. Бильжо стильно визуализирует двуличность при помощи света – разноцветные лампочки в темноте квартиры и моргающее освещение в лифте — яркость, сожительствующая с холодностью тьмы. Наполненная определенными эмоциями, она транслирует их также уверенно, как проговаривает заученные фразы посетителям музея, но отклонения от которых (так и с чувствами чувствами) вызывают у нее колебания.

 

Она есть амбивалентность — «расщепитель», который вносит раскол в существовавшие ранее в виде дружбы отношения полярных взглядов, заставляя личности обоих трансформироваться под влиянием тяги к противоположным эмоциям. Для Петра это обращение к чувствам, когда ранее присутствовавшая пустота действий обретает смысл, в его случае в полной мере описываемая словами Стаса: «В совокуплении вообще нет ничего, кроме совокупления. И какое-то значение ему дают чувства». Созидательные для одного, они разрушительны для второго по принципу все той же двойственности.

 

Чувство неполноценности и зависимость от мнения окружающих создают благоприятную для развития внутренних демонов почву. Люди, к которым Стас больше других был привязан, строят жизнь вне границ его принятия, заставляя ощущать ревность, которая перевоплощает Стаса-наблюдателя в действующего, но деструктивно, приближая психологическое здоровье к шизофреническому.

 

Образ «нормы» открывает истинное лицо иллюзорности перед каждым – иллюзия любви, иллюзия крепкого брака, заблуждение в собственных предубеждениях и веры в всесильность сумасбродства. Ситуация загоняет на край эмоционального обрыва, где героям предстоит сделать выбор – примириться или прыгнуть в бездну — совершить нечто такое, что было бы единственно верным итогом развития, пусть даже и со страшными последствиями.

 

Так или иначе, все упирается в двойственность, выраженную стилевой наполненностью картины, контрастными планами и эмоциональной подачей героев, которая насыщает «Амбивалентность», порождая удерживающее напряжение. Его природа столь же странна, как и эмоциональный отклик на ее воздействие, который может как ошеломить, так и отозваться негативным восприятием концептуального кино. Но не в этом ли смысл «Амбивалентности»?

 

Валерия Стойкова специально для Musecube

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.