19 октября на сцене Stadium Live танцевал свой безумный танец Iggy Pop. Игги танцует в Москве уже пятый раз: на фестивале «Крылья» в 2002-м, в 2007-м и в 2008 в «Б1 Максимум», в 2010-м в «Milk Club» и вот теперь в «Стадиуме». Именно «танцует». От бессмысленного нескончаемого танца Игги хочется визжать, кричать и стонать одновременно. Видимо, это переизбыток эмоций. Игги Поп не стоял на месте ни мгновение. Дедушке рока, иконе панка и гранжа восьмой десяток, но его физической форме могут позавидовать куда более молодые коллеги. Танец Игги — танец Игуаны Попа не сравнить ни с чем. Характерные движения тела, пассы руками, прыжки — визитная карточка музыканта. У Игги Попа офигенно красивое тело: рельефно-тощее, опутанное выступающими венами и жилами. Пластика артиста — это ни с чем не сравнимое зрелище. Движения перетекают из одного в другое. Вот мы видим подволакивание, затем мелкие семенящие россыпи шагов, вдруг превращающиеся в серию изгибов, из которых он выпрыгивает, будто желая переломить позвоночник надвое. Его пируэты стремительные, а стойки героические. Вообще, Игги Поп всё делает не просто быстро, а очень быстро. Его тело то замирает, то взрывается фейверком новых движений. Конечно, годы берут своё, и во время гримас лицо становится похоже на сморщенное яблоко, но глаза заставляют забыть обо всём. С момента, когда он вылетел на сцену под рёв обезумевшей толпы фанатов и до последних взмахов рук от сцены невозможно оторвать глаз. Гипнотическое состояние!

Целая группа поддержки обеспечивает нахождение Игги на сцене: одни поднимают попадавшие микрофонные стойки, другие страхуют дедушку в фотопите (вдруг, икона от избытка чувств таки сиганёт). И это тоже отдельный театр, фактически они полноценные участники шоу. Невозмутимости техгруппы можно только позавидовать. Вокруг летают практически приземляясь на ушах лифчики, а они, перемещаясь по сцене вразвалочку, распутывают провода и проверяют контакты.

В плей-лист не включена ни одна светло-грустная, ни одна медленная вещь. Только боевики, заводящие с полоборота. Тут никакой разогрев не нужен, хотя некое невнятное пубертатное трио с вялыми понтами отыграло перед Игги получасовой сет. Ещё полчаса сцену готовили к выступлению Игги с группой. Впрочем, когда на сцену вылетел Игги, ему мгновенно простили всё.

«I Wanna Be Your Dog» открывает концерт. Нет, Игги, нет, так нельзя, отложи экстаз чуть на потом, не надо так сразу! Давай, чуть более ритмично, чуть помедленнее…. Но дедуле всё ни почём. Барабанные перепонки рвёт то рык, то через мгновение фальцет. Слушать на концерте музыку Попа можно, но это лишь ничтожная часть восприятия. На первый взгляд, это сплошь какафония с пробирающими до позвоночника вкраплениями баса, на самом деле, нужно просто войти в трансовое состояние, то есть смотреть и купаться в драйве, в этом безумстве эмоций. Более, чем благозвучный «The Passenger» зал исступлённо скандирует хором. В воздух летят лифчики и трусики, девушки рвут на себе футболки.

Несмотря на усиление мер безопасности (видимо, сказались не только телефонный терроризм, но и якобы обещание Игги всё-таки показать член своим московским фанатам), зал заполнился практически под завязку. Говорят, у стен были свободные места. As for me, был биток: месиво у сцены в фанке и туго набитый телам танцпол. Вся середина зала — шатающаяся, прыгающе-вибрирующая в слэме толпа. Кто-то, обессилев, с трудом вырывается из бушующей массы передохнуть, чтобы, спустя несколько минут, с криком рвануть обратно. Перемещаемые заботливыми руками толпы тела плывут по направлению к сцене. Как известно, революцию невозможно предотвратить. Её можно только возглавить. Так же бесполезно предотвращать неизбежное, можно лишь пытаться и делать вид. Охранников в фотопите — максимум десяток, крауд сёрферов – как минимум раза в два больше. Кто-то обязательно да прорвётся. Таких счастливчиков из фотопита выводят пачками одного за другим. Кто-то может сказать, что, дескать, у ребят трагедия. Да, ни фига преподобного, ведь он сделал то, что хотел. Он – победитель. Он сделает круг и, возможно, подмывшись в сортире, вернётся в зал, чтобы, по новой преодолев толпу, опять взмыть на жаждующие героя руки и поплыть к сцене.

А ближе к концу концерта Игги Поп вытаскивает на сцену обезумевшую от привалившего счастья деваху. Дедушка поёт, девица льнёт к нему и, кажется, вот-вот кончит прямо на сцене.

Игги знает правила игры, он сам из них, из тех, кто плавает (бывших панков, как и бывших чекистов, как известно, не бывает), из тех, кто ныряет. Вернее, их тех, кто нырял (Игги прекратил практиковать стейдж дайвинг после неудачного прыжка в марте 2010-го, хотя несколько раз после этого и прыгал). 70 лет для него – вообще ничто. Спустя час бешеного концертного ритма он так же бодр и свеж, как и вначале. Выльет на себя бутылку воды, чуть подобсохнет, и снова в бой! Игги слишком давно живёт в этом **ном мире, чтобы быть правдой. К его уровню крутизны стремятся десятки и сотни тысяч музыкантов, осознавая, что это лишь недостижимая планка. Он и смотрится, и ведёт себя моложе многих молодых, потому что в отличие от своих аккуратных синтетических подражателей в нём клокочет самый настоящий, пришедший к нам из далёких 1960-х рок-н-ролл. А с другой стороны сам Игги – это миф, маска и даже пародия на самого себя. Он одновременно и памятник самому себе, и идол, который, раздевшись до пояса, с сумасшедшим взглядом носится по сцене, на полном серьёзе показывая фанатам средние пальцы.

Игги спускается в фотопит и танцует прямо перед носом сотен фанатов. Десятки рук тянутся к его блестящему от пота телу. Одним он милостиво даёт прикоснуться, от других напротив отстраняется, третьим протягивает микрофон. Это своего рода игра в поддавки и кошки-мышки одновременно.

Основная программа концерта позади. Музыканты уходят со сцены, но зал даже толком не успевает передохнуть, как они возвращаются. А может я почти оглох и просто не слышу оглушительных апплодисментов? Тем не менее, Iggy Pop & Co выходят и играют ещё несколько вещей, среди которых «Real Wild Child», «1969» и другие. Группа покидает сцену, однако сам Игги не спешит исчезать за кулисами. Практически в тишине, в одиночестве он продолжает танцевать свой танец, свой шаманский непонятный разуму, но понятный на физиологически-животном уровне танец — танец Игуаны.

Игги Поп ушёл. Толпа ещё не ломанулась к выходу, а деловитый стафф уже выключает комбики и сматывает километры проводов. Картина побоища впечатляет: на полу смятые банки, пластиковые стаканы и бутылки, втоптанные в пол окурки. Вон чья-то футболка, а вон использованный, а может и не очень тампон. Фанаты спотыкаются обо всё это великолепие и, обнявшись, поют «Singing la la la la la…», пытаясь повторить этот танец снаружи и танец внутри — шаманский танец Игуаны. Пожалуй, получается даже прикольно, но не в том соль. Главное, это означает, что, как бы не злопыхательствовал известный пророк, есть ещё в нашем стагнирующем обществе запрос на рок-н-ролл, а игуана и впрямь может стать собакой.

Андрей Ордальонов
В материале использованы фотоиллюстрации, случайным образом сделанные на смартфоны Екатериной Головиной и Константином Калугиным

comments powered by HyperComments