Впервые я познакомилась с творчеством этого актёра на спектакле «Али-Баба и сорок разбойников», где он играл главную роль. Я была тогда совсем ребёнком, русских театральных актёров не знала, но сразу сделала для себя вывод: мне не нравится этот человек. Сначала я вообще подумала, что взяли какого-то иностранца сыграть роль турка. Видимо, думалось, своих не нашлось на эту роль. Вот такая реакция была у школьницы на необычную внешность Александра Георгиевича. 001

Второй раз я увидела этого актёра в спектакле «Принцесса Турандот», где он опять играл главную роль. Тогда я уже поняла, что никакой он не турок, а самый обыкновенный русский актёр, страшный, полноватый, непонятный какой-то, совершенно неинтересный. Как он бесил меня все 20 с лишним раз, что я смотрела «Турандот»!!! Я ненавидела всё, что он делал. Меня раздражало то, как он ходит и как стоит, как он говорит и как молчит, как он смотрит и как дышит. Меня раздражал сам факт его существования! И я ничего не могла с этим поделать. Спектакль имел определённый успех, шутки шутились, зал смеялся, Есипенко горланила, копируя Борисову, Дубровская хрипела, Вележева страдала, Рыщенков любил. В общем, все всегда были при деле. А мы, зрители, получали удовольствие от процесса.

А потом, совершенно неожиданно для всех, спектакль вдруг прекратил своё существование. Погибло лицо вахтанговского театра. Похороны прошли незаметно, и вот спустя буквально несколько месяцев, когда сердце мучительно сжала тоска по невозвратному, я вдруг почему-то вспомнила Рыщенкова. Именно его. И вот тогда, совершенно неожиданно для самой себя, я вдруг поняла, что не могу жить без этого человека! Даже нет, не так. Не без человека, а без его  сценического ГЕРОЯ. Я тосковала по тому, как он ходил и как стоял, как он говорил и как изумительно молчал, по его проникновенному взгляду и неизменно печальному лицу.

Когда я впервые посмотрела спектакль «За двумя зайцами», я проревела добрую половину постановки. Мне тогда казалось настоящим преступлением смеяться над ничтожностью человеческого существования, над пьянством и дикими, как мне казалось, нравами, допускавшими глумление над дамой только из-за того, что она некрасива. «Зачем вы ходили ко мне?  Зачем  божились, клялись, падали  передо мною на колени? … Не за ваши магазины шла… я… вас любила… а  вы надсмеялись, осрамили». Я смотрела на молодых девиц и парней, пускающихся в пляс под звуки музыки, и меня охватывала странная тоска (и это на комедии!). Мне было жаль молодёжь, у которой нет будущего, потому что им было суждено стать такими, какими стали их родители: ненужными, опустившимися, пустыми людьми. В маленьком мире, где все друг другу что-то должны. Должны жениться и рожать. Должны пить и веселиться. Должны, должны, должны. И всё другим, только не себе.

Рыщенков в этом спектакле очень забавный. Потрёпанный пьянчужка, гоняющийся за молоденькими актёрками. Без цели и без смысла в жизни. Этакий опустившийся Муратовиз «Зыковых» Горького.

Кстати, Рыщенков-Муратов – мой самый любимый из всех образов актёра, которые я видела. Интересный, живой, противоречивый образ. Со своей правдой, своим миропониманием и своей червоточиной, которая делает его и окружающих несчастными. Вообще спектакль «Люди как люди» — лучшее из всего того, что сейчас можно увидеть на сцене театра Вахтангова. Какие персонажи, какой текст…  Смотреть и пересматривать, цитировать, смаковать каждую сцену. Нет правых и виноватых, нет добра и зла. Есть просто жизнь и её герои, каждого из которых, при желании, можно понять. Персонаж Рыщенкова страдает от безответной любви. И это чувство заставляет быть грубым, жестоким, дерзким. Возможно, он уже и забыл о том, что заставило его стать «Мефистофелем в уездном городе», но иногда, в минуты, когда любимая женщина вспоминает о том, что когда-то он вызывал в ней какие-то чувства, его дерзость вдруг куда-то пропадает, а сердце замирает. И в эту самую минуту, когда Рыщенков как будто останавливает биение своего сердца, смотря на героиню Вележевой (в поисках лучика надежды в её глазах), в этот момент я люблю этого актёра всем сердцем. В эти минуты я влюблена в этого человека так, что моё сердце готово выпрыгнуть от восторга. Я глубоко презираю его персонажа Муратова, потому что у меня было много знакомых, похожих на него. Но Рыщенкова-Муратова, его игру, его движения, его глаза… я просто боготворю! 002

Последний образ, на который я хотела бы обратить внимание – Казарин в «Маскараде». Это уже совсем не Лермонтов. Это что-то другое. И если абстрагироваться от классики, то этот образ Александра Георгиевича, на мой взгляд, наиболее полно дополняет картину жизни русского человека. Служит, так сказать, её логическим завершением. Проигравшийся, промотавший состояние бомж, собирающий мусор по дорогам, со слезами на глазах читающий монолог о том, что «раньше всё было лучше и дешевле». Великолепный герой! Этому персонажу ничего хорошего в жизни уже не осталось, у него нет и не будет денег (просто потому, что он не умеет ими пользоваться), у него нет друзей, он никому не нужен. Он выброшен на обочину жизни, и ему суждено остаться там в полном одиночестве до конца своих дней, а конец уж близок. Это финальная глава его скучной, бессмысленной жизни в мире, где никто никому не нужен.

По сути, все перечисленные мной персонажи – это один и тот же герой в разные периоды своей жизни. Судьба героя Рыщенкова – иллюстрация судьбы русского человека в России.

Молодость – мечта о недоступном. Желание свернуть горы, переплыть океаны, завоевать человечество или сердце неприступной принцессы Турандот. Суровая правда жизни сразу охлаждает пыл юнца: красота, прельстившая молодое сердце, сочетается с нечеловеческой жестокостью, холодным сердцем, которое без труда отправляет ни в чём не повинных людей на смертную казнь. Причём убийства эти происходят с особым цинизмом – отрубленные головы вывешиваются на стены, чтобы другим неповадно было.

Охладив свой пыл, юноша ищет себе невесту попроще. На сей раз это рабыня, которую он выкупает с помощью денег, украденных у разбойников. Али-Баба в арабской сказке с сомнительной моралью добывает деньги себе на пропитание нечестным путём: ворует так же, как воруют другие, желающие жить лучше. Героя пытаются оправдать тем, что он ворует не у честных людей, а у жуликов, но ведь от этого главный герой честнее не становится. Двойная мораль: потому что мне можно, а тебе нельзя. Да и рабыня, девушка неграмотная, едва ли может чем-то порадовать юного искателя приключений.

Наш герой (уже Муратов) покатился по скользкой дорожке. Он уже не может отличить добра от зла. Он разочаровался в женщинах, любит страстно, но безответно. Его острый ум оказывается никому не нужным. Он, как чеховский Астров, топит в бутылке свою печаль.

«Все они, наши добрые знакомые, мелко мыслят, мелко чувствуют и не видят дальше своего носа — просто-напросто глупы. А те, которые поумнее и покрупнее, истеричны, заедены анализом, рефлексом… Эти ноют, ненавистничают, болезненно клевещут, подходят к человеку боком, смотрят на него искоса и решают: «О, это психопат!» или: «Это фразер!» А когда не знают, какой ярлык прилепить к моему лбу, то говорят: «Это странный человек, странный!» Я люблю лес — это странно; я не ем мяса — это тоже странно. Непосредственного, чистого, свободного отношения к природе и к людям уже нет… Нет и нет!» («Дядя Ваня»)

Рыщенков-Муратов не хочет никого любить, потому что любовь доставляет лишь боль. Он циничен, потому что это помогает ему отгородиться от всех, кто является причиной его душевных мук. Я злой, так оставьте меня в покое. Я сам навесил на себя ярлык, и этот ярлык даёт право надеть маску безразличия, ненависти, презрения ко всему живому. Становится легче дышать, и уже не так больно.

«Вы преследуете людей потому, что не любите их, скучно вам с ними, и вы мелко и злобно мстите им за то, что вам скучно… Властью, данной вам, вы пользуетесь, как пьяница … ужасно Вы живёте … никого и ничего не любя» («Зыковы»)

Рыщенков-Панас (друг Голохвастого) продолжает пить и кутить с дамами лёгкого поведения. Он уже избавился от неудобных чувств, мешавших ему когда-то полноценно существовать. Он опускается всё ниже, его жизнь не имеет смысла, но его это уже не волнует. В голове только водка, в глазах туман, на сердце невыносимая лёгкость бытия.

И вот он опустился на самое дно. Рыщенков-Казарин в жалких лохмотьях семенит по сцене в поисках случайно оброненной монетки. У него нет будущего, а воспоминания о прошлом уплыли после какой-то бутылки.

Нас забрасывают в этот мир, не спрашивая, мы не выбираем ни эпоху, ни общество, ни мораль. Если хочешь жить в социуме – учи правила, крутись, приспосабливайся. Да, мы не выбираем время, в котором хотели бы жить. Но каждое время прекрасно и удивительно по-своему. Мы выбираем лишь людей, с которыми хотели бы состариться. А это уже большое счастье. И большой подарок судьбы, если не забывать об этом.

Я ничего не знаю об актёре Александре Рыщенкове, но каждый его образ меня волнует, трогает, где-то раздражает, где забавляет, но всегда – заставляет задуматься о том, что действительно важно. И в этом, как мне кажется, главная заслуга ГЕРОЯ Александра Рыщенкова, который воплотил для меня на сцене в разные моменты своего творческого пути судьбу русского человека. Всегда живого, всегда глубокого, всегда ищущего.

Ирина Ефремова, специально для MUSECUBE

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.