Наше время от стиляг отделяет более 50-ти лет. Современному поколению оно знакомо только по романам Аксенова и нашумевшему фильму. К сожалению, и Аксенов уже известен не всем. Десять лет назад вышел фильм «Стиляги» с не совсем понятным выбором песен. В Театре Наций фильм обрел форму мюзикла, и буквально недавно прошла успешная его премьера.

 

Марк Григорьевич Розовский создал на сцене театра «У Никитских ворот» джазовое шоу «Памятник неизвестному стиляге». Вместе с ним выходят к зрителям Павел Янковский, Наталья Корецкая и степ-шоу FLAP.

 

Заполняет зал перед началом шоу легкий дым, водная легчайшая взвесь, пугая людей — в наше время любой дым слишком многое пробуждает в человеке, особенно сидящем в переполненном зале, где выход всего один.

 

Но звучит музыка, гаснет свет. И все в порядке.

 

Степперы танцуют, у сцены берет микрофон Марк Григорьевич, и начинается доброе представление с сокрушительным финалом.

 

Молодежи в зале немного. Немного и тех, кто помнит то время, что воссоздано в фильме «Стиляги», 50-е.

 

Простые люди. Как и Виктор Славкин, памяти которого создано это «шоу». Как и удивительные юноши и девушки из степ-балета.

 

Возникает на сцене и тот самый неизвестный стиляга, от лица которого идет повествование. Молодой, тонкий, худощавый, кажется, что мощный луч от световой пушки способен его сбить, сдвинуть с места, настолько Янковский невесом. А он — стилет, что вонзился между досок, лезвие его звенит, как текст, как джазовая импровизация. Человек-клинок.

 

Сыпется степ, на заднике мелькают проецируемые фотографии, кусочки видео. У сцены стоит Марк Розовский. Два часа. Ни разу не присев. Мало того, — первый час он зажигает зал, танцуя (!!!) у сцены. Глядя на него, ахаешь — человеку 81 год, а зажигает он мощнее, чем молодежь.

 

И звучит рассказ Розовского между номерами — о том, чем стал джаз для СССР, для молодежи тех лет. О том, кто он был, неизвестный стиляга. О Викторе, который был другом.

 

Розовский поет, Розовский читает, Розовский выносит на сцену фольклор, который сам написал. Автор, ставший героем шоу. Шоу, ставшее посланием автора. Нежное и горячее воспоминание о Викторе Славкине, друге, которому посвящен этот вечер.

 

Молодой стиляга и героиня, блистательная певица Наталья Корецкая. У нее нет текста, у нее — вокальный джаз. Но она появляется на сцене — и ты понимаешь, что она — любовь всей жизни неизвестного. Голос, танец и женщина — любовь его воплощена и почти осязаема, потому что из потока джазовой импровизации вырывается голос, переплывая шторм звуков, повелевая этим штормом в итоге.

 

Гость-сюрприз — человек-оркестр Сергей Манукян вдруг выходит прямо из рядов зрителей. Вокализ его встретили с восторгом, да и сложно удержаться от аплодисментов, когда на сцене человек, способный только голосом заменить джаз-бэнд.

 

Степ-балет перемежает каждую сцену. Чемпионы мира на сцене театра, серебряные подковки каблуков.

 

И в шоу совершенно естественно пантомима переходит в спортивный рок-н-ролл, а тот — в брейк-данс. Все вместе смотрится непередаваемо. Думаю, большинство зрителей старшего возраста с неприятием относятся к современному брейку, а большей частью и не знают о нем. Но Марк Розовский ввел и его в свое шоу — и попал в точку.

 

Где ритм — тоже инструмент, как и степ, там и чечетка тела, акробатический брейк-данс уместен, как никогда. Потому что молодая жажда протеста в начале и середине века выливались в джазе, потом в роке и панке, а сегодня, в лучшей своей форме, выражаются в высококлассном брейке. И одна мысль звучит во всех формах выражения — в джазе, роке, брейке, шоу — что вырваться можно, только протестуя. Вырваться откуда угодно — из сталинского времени, из застойных лет, из лихих 90-х. Из наших смутных 10-х. Только найди свой язык, осмысли свой протест и сформулируй свой вызов. И борись. С телом, степом, ритмом, временем, формой, памятью — чем угодно.

 

Начало шоу звучит, как праздник, на котором Марк Григорьевич вспоминает своего друга и явление стиляг. А в середине — возникают уже Сергей и Татьяна Никитины. «Хорошо быть молодым», на заднике проходит фотогалерея студии «Наш Дом». И, когда песня заканчивается, возникает в зале молчание. Аплодисменты, которые рождались от каждой песни или номера, выхода на сцену Марка Розовского — вдруг не звучат.

 

Грустное и глубокое молчание стоит в зале. «Спасибо…» — отвечает Марк Григорьевич нам всем.

 

И догорает жизнь молодого неизвестного стиляги. И уже ясно, что с ним было потом. И уже ясно, что будет потом с нами. Никого не пощадит время. Стилягу — не пощадило его время. А нас — не пощадит наше.

 

Но неизвестный стиляга встает на сцену босиком. И танцоры выходят босиком. И в тюрьме кровавых и белых лучей они танцуют, босы и простоволосы, а Марк Розовский говорит о свободе и «свободке». Манифест, кредо, заповедь.

 

Из джазового шоу проступает жесткий бескомпромиссный финал, созвучный закону, о котором многие уже позабыли. The show must go on.

 

Неважно, стиляга ли ты или танцор, певица или заслуженный режиссер. Неважно время и мода, носишь ли ты кок или крутишь брейк.

 

Шоу должно продолжаться. Ты должен быть до конца только тем, кто ты есть. Ты должен быть молодым и взрослым, но ты должен быть честным до конца. Со временем и собой. Потому что это твое шоу.

 

Диана Галли специально для MUSECUBE
Фотографии Елены Лапиной и Елены Морозовой предоставлены пресс-службой театра

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.