победа над солнцемНу да. Я признаю, что не так уж часто мы с Театром Стаса Намина находим общий язык. Обычно я принимаюсь жёстко критиковать — и ведь, ей-ей, есть на то причины.

 

Но в случае «Победы над Солнцем» я даже не раздумывала — ну, тут и самому неумному театралу понятно, что именно данный театр сможет представить сей материал в максимально выгодном свете. Потому что здоровое сумасшествие — это сюда. А уж если учесть историю спектакля…

 

Внимайте! (Пафос необходим — главные герои следующих абзацев подтвердят.). 1913-й год. Кубофутуристы. Пощёчина общественному вкусу. Создание нового впику старому (да-да, не оголтелая критика, как зачастую водится, а действительно сотворение нового — пусть даже антихудожественного, зато неведомого доселе, бьющего в цель, ломающего устои и, говоря современным языком, хайпового). Не просто некие потуги и робкие вскрики, а модное веяние! И вот оно вам — авангардная опера «Победа над Солнцем».

 

Кто: Михаил Матюшин (музыка), Алексей Кручёных (текст), Велимир Хлебников (пролог).

 

Почему вошло в историю, спросите вы? Имена выше вы читали. И их игру в «новый язык» (ту самую «заумь», которая максимально проявилась в прологе Хлебникова, — по сравнению с ним остальной текст так, семечки), и стремление разрушить былое знаете.

 

Музыка Матюшина — дисгармоничная, некомфортная, странная — увы, до нас она дошла лишь обрывками (вот зуб даю, что ничего, кроме нескольких нотных иллюстраций, которые мы можем увидеть в брошюре 1913 года, не сохранилось, ибо хулиганство становится историей сильно позже своего рождения, на момент существования никому оно и не нужно; зато полное либретто, которое и было издано в виде брошюры, — вот оно вам, читайте и радуйтесь), — резала по живому.

 

И то, на что нам наиболее выразительно показывают пальцем искусствоведы. Декорации и костюмы — кого бы вы думали? Казимира Малевича! И Тот Самый чёрный квадрат впервые в жизни появился именно здесь — он был частью декораций и закрывал Солнце. (Кстати, эскизы Малевича — и костюмов, и декораций — дошли до наших дней в превеликом количестве, и потому, как минимум, художественную составляющую оригинальной «Победы над Солнцем» мы можем представить вполне себе достоверно.)

 

Вдаряли по всем чувствам! Объединяли разные виды искусства. Музыка, поэзия и ИЗО шли на почтеннейшую публику единым фронтом посредством искусства сценического. Авторы жаждали создать театр под названием «Будетлянин» (то бишь, человек будущего; этот термин мы как раз и встречаем в либретто «Победы над Солнцем») и взорвать мозг современникам. Мол, вы думали, что знаете, что такое театр? А мы вам под дых своим спектаклем!

 

Вот не зря на премьерных поклонах (а дело было в декабре 1913-го, и свершилось всё на сцене московского театра «Луна-парк» — уж не знаю, насколько велик он был, но вряд ли отличался внушительными размерами), когда подготовленные зрители вызывали автора, директор театра завопил из ложи: «Его увезли в сумасшедший дом!» И любой бы так защищал своё реноме, ибо описать увиденное цензурными словами не было ну совершенно никакой возможности!.. И я напоминаю: начало 20-го века на дворе.

 

И ведь ставили как — в труппе было только два профессиональных певца (пишут: на главных ролях; вот знать бы, какие они в этой феерии, главные-то). Остальные — студенты и прочие добровольцы. Малевич, вспоминают, творил декорации прямо в помещениях театра (а буклет с либретто нам подсказывает, что сменялись задники и полы: всё это тщательно зафиксировано в тексте) — и делал это, мягко говоря, быстро. И самое феерическое: вроде как, состоялись всего-то две репетиции!

 

Так что перед спектаклем Театра Стаса Намина сам Намин, конечно, сообщил, что у нас, де, реконструкция, тексты взяли почти целиком (те полторы фразы, что убрали, погоды не делают), практически не сохранившуюся музыку Матюшина интерпретировал А. Слизунов (тут — на вкус и цвет, а как по мне — замечательно; а уж как он вписал дошедшие до нас фрагменты в общую канву, превратив их даже в лейтмотив — одно ж удовольствие). А какова была постановка — а кто знает? Так что тут мы сами.

 

Но вот какое дело: имеются две фотографии (да уж, не наше время всепобеждающей «цифры», когда можно фотографировать часами безостановочно), сделанные для издания «Театр и жизнь» во время премьерного показа 1913 года.

 

Взглянув на них, мы понимаем, что никто над режиссурой долгими часами не размышлял: герои просто выходили, вставали в ряд и… говорили. Иногда — пели (этот вывод тоже логичен после прочтения либретто — в нём отмечены все песенные моменты, и их куда меньше диалоговых). Впрочем, а что вы хотите после двух репетиций, жажду я понять?!

 

Не зря ж очевидцы писали, что хор студентов пел кто в лес, кто по дрова — когда по задумке авторов, а когда (и, подозреваю, в основном) — случайно. Вот и представьте себе теперь это шоу целиком.

 

Задача премьерной «Победы над Солнцем» была проста: шокировать «обывателей» и порадовать фанатов. Подозреваю, что был и далеко идущий план — войти в историю. И, как ни смешно, вот это как раз получилось!

 

Так что давайте уж будем честны: тогда, больше ста лет назад, никто не планировал создать эдакий крепенький спектакль. Жаждали скандала — и он был. А значит, «Победа над Солнцем» достигла своей цели.

 

Эта авангардная алогичная опера, я уверена, была необходима в своё время в том самом месте. Благодаря ей, наверняка, в какой-то мере крутится сегодняшний мир. Только давайте теперь зададим вопрос: а зачем к данной вещи обратился Театр Стаса Намина?

 

Мне не лень, я повторюсь: не представляю иной труппы на просторах столицы, которая смогла бы столь гармонично срастись с авангардной оперой вековой давности! И странные тексты обретают смысл и плоть, а музыка А. Слизунова кажется действительно оригинальной.

 

Да, спасибо современным материалам: костюмы по эскизам Малевича на самом деле выглядят так, как были нарисованы (мы ж с вами понимаем, что стилизованные фигуры, придуманные художником, смотрелись на сцене в реальности довольно простенько и бедненько — при условии, что материалами для их создания в 1913-м были толстая проволока и картон). И отличный ход: персонажи по ходу действия разоблачаются, снимая костюмные «латы».

 

Тогда, в прошлом веке, критики отмечали особенную пластику, которую придавали нестандартные костюмы Малевича (а попробуй подвигайся в таких «коробках»). Версия Театра Намина даёт нам возможность как оценить эту сторону спектакля, так и погружает в некое авангардное небытие, «снимая» с артистов костюмы и маски. Сегодня это — правильно. Мы побывали в прошлом, да, но мы видим и глубочайшую работу над каждым из образов.

 

…а вот тут я пасую. КАК?! Как можно настолько реалистично существовать в пространстве спектакля, неся алогичную ересь, созданную когда-то автором текстов — Крученых?! (Что характерно — актёры ж этот текст заучили! КАК?!)

 

Лайфхак: просто представляйте, что спектакль идёт на иностранном языке, некоторые слова из которого вам знакомы. Это нереально спасает! И это, как ни странно, правда. Ведь господа футуристы на самом деле творили новый язык — и в «Победе над Солнцем» мы его слышим.

 

И даже можно выделить несколько фамилий артистов, которые подарили наибольший праздник во всём увиденном бреде (тут «бред» — читай, похвала). Чтец ­– Валерий Задонский. За пролог Хлебникова — тройной респект! Выучить это можно только с дулом у виска, а прожить потом… Ох, шикарно! Нерон Калигула ­– Олег Лицкевич. Пятибалльное прочтение странного персонажа! Некий Злонамеренный ­– Юлия Григорьева. Вот просто рекомендую! Забияка ­– Ольга Терехун. А тут — лучшая пластическая и мимическая работа. Плюс — основная нагрузка во время исполнения мелодии-лейтмотива. Ольга — моя любимица здесь (хотя Злонамеренный-Григорьева периодически отнимал/а венок победителя). Ну, и остальные круты, что уж.

 

Самый странный спектакль из виденных мной. И давненько я не шла в театр с таким желанием. Потому что я действительно ЗНАЛА, что мне должны показать. И сгорала от нетерпения узнать, как же Театр Стаса Намина интерпретирует ту бунтарскую историю.

 

Ведь чем была тогда, в давнем 1913-м году, «Победа над Солнцем»? А не менее, чем победой над былым, одержанием верха над тем, что существовало прежде. Мы наш, мы новый мир построим, знаете ли. Сначала — в искусстве. А потом…

 

И очень интересно, что финалы-то в оригинальной и в «нашей» версиях отличаются. Тогда — Солнце оставалось побеждённым. Сейчас — увольте. Оно в финале воссияет над сценой и залом. (Простите за спойлер, но для понимания интерпретации Театра Намина это важно.)

 

Выводы… Каждому — свои. А, может, вам будет настолько тяжело смотреть эту реконструкцию былого, что никаких мыслей она в вашем сознании не оставит. Это тоже возможно. А чтобы такого не случилось, просто откройте хотя бы Википедию и почитайте о «Победе над Солнцем». Поможет.

 

В качестве резюме отвечу на вопрос, а зачем вообще смотреть данный спектакль. Тут дело такое. Футуристы создали определённый — и важнейший — этап в мировом искусстве. Вы — ну, многие из вас, я уверена, ходите любоваться их работами в картинные галереи. И это вам понятно, верно?

 

А вот «Победа над Солнцем» — это такой же музейный экспонат, но на театральной сцене. И, чтобы нам, современным, не было мучительно больно смотреть спектакль, создатели мастерски срастили былое и сегодняшнее.

 

Я — честное слово — под впечатлением. Я принимаю эту реконструкцию. Я оцениваю по достоинству любовь к материалу и осторожность её авторов.

 

Да, наверное, изобрети кто машину времени и покажи сей спектакль Матюшину, Кручёных и Малевичу, он бы долго потом откачивал творцов. Хотя отчасти потому, что они как-то так и видели своё детище. Вот не сомневаюсь, что одобрили бы.

 

Так что «Победа над Солнцем» — не просто спектакль. Это — веха. А хотите ли вы её оценить лично — решайте. Погружаться в заумь и авангард с футуризмом не слишком-то приятно без должной подготовки. Но ежели она имеется — нереальный кайф! Уж поверьте.

 

Ирина Мишина специально для MUSECUBE
Фотографии автора можно увидеть здесь

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.