Одним солнечным апрельским днём вокалист группы «Фруктовый кефир» Алексей Бусурин побеседовал с MUSECUBEо новых композициях, недавно вышедшем клипе,  “сопоставлении несопоставимого”, современном кинематографе, общении среди музыкантов и путешествиях.

M: Как проходит весна для группы «Фруктовый кефир»?

А.Б.: Весна для группы «Фруктовый кефир» проходит весьма плодотворно. Мы готовим новый материал, пока, правда, не знаем, во что он выльется, какие примет формы, но он уже есть, и мы сейчас решаем, по какому пути его “протянуть”, что называется.fk

M: Алексей, предстоящий концерт в Москве выпадает как раз на твой день рождения. Чего ждёшь в этот день от публики и своих друзей по группе?

А.Б.: То, что концерт выпадает на мой день рождения, не играет для меня большой роли. Это отчасти приятно, но мне хочется пояснить, что для меня каждый день как день рождения, поэтому я не испытываю по этому поводу какой-то особой радости. Но всё равно это, конечно, радостное событие для меня. Что будет необычного в концерте? Наверное, то, что мы подготовим несколько новых песен, которых никто еще никогда не слышал и исполним их. Это то, о чём мы можем сказать заранее, а всё остальное, думаю, останется сюрпризом.

M: Расскажешь подробнее об этих песнях? О чём они будут?

А.Б.: Я думаю, отчасти о любви, отчасти… о любви, отчасти о еще какой-нибудь любви. (Смеётся.) Мы в принципе всё пишем о любви. Я недавно проанализировал наше творчество и понял, что даже те композиции, в которых на первый взгляд нет ничего о любви, подтягиваются именно к ней. Мне нравится даже, как поклонники трактуют песни группы, потому что, когда я пишу песни, я стараюсь, чтобы идеи доходили до слушателей в девственном виде, и порой сам иногда не понимаю, о чём пишу. Очень интересно потом в связи с этим читать мнения людей, которые сложили свои образы и свои ассоциации. Порой это даже гораздо интереснее, чем то, что я вложил в эту песню.

M: У вас недавно вышел клип на песню «Себя задуши». Кому пришла в голову идея перевернуть всё вверх дном и стать вновь детьми?

А.Б.: Идея принадлежит режиссеру, которого зовут Василий, наверное, именно он придумал эту идею с детьми, хотя, если честно, изначально я не сильно разделял это мнение и во время съемок я каждый раз у него спрашивал: «Ты уверен? Ведь песня содержит довольно-таки экстремальные слова в духе “себя задуши”, вполне ли актуальны там будут дети?» А он говорит: «Ты что, это самое оно!» Когда мы снимали сцену, где мы смотрим журнал с голыми тётками, я спросил: «Ты уверен, что дети это делают?» Он отвечает: «Конечно! Ты просто давно не общался с детьми!» Наверное, он прав, и я всё-таки решил ему довериться. И, в общем-то, оказалось не зря. Монтаж ребята пытались сделать сами, но в какой-то момент мы решили отдать материалы мне, чтобы я сделал свою версию, и в итоге она и получила свет и эфир. Этим я отчасти горжусь.

M: В вашей группе «Вконтакте» сейчас многие говорят о том, что слышали песню «Всего ничего» в каком-то сериале. Было ли какое-то официальное предложение со стороны телеканала или вы об этом узнали, как и я, из этой самой группы?

А.Б.: Впервые об этом узнал, когда мне написала девочка в какой-то из социальных сетей. Она писала: «А ты в курсе, что ваша песня звучит в сериале?» Я такой думаю: «Интересно… Что за песня? Что за сериал?» Я не стал долго смотреть, правда, потому что я не люблю всё то, что отдаёт каким-то образом телевизором, пока я не готов воспринимать такую информацию… странноватый во всём этом настрой. В целом я не против того, что песня звучит в каком-то сериале или что еще где-то люди могут её услышать. Сам факт того, что они её услышали, для меня уже важен, потому что хорошая песня не станет плохой от того, что она прозвучит где-нибудь, мне так кажется.

M: Ты вообще смотришь сериалы? Есть какие-то любимые?

А.Б.: Меня на сериалы не хватает порой. У меня подруга очень любит сериалы и, наверное, есть какие-то из них интересные, но я что-то не особо полюбил эту историю с сериалами. Мне это чем-то напоминает компьютерные игры и вообще любого рода игры, связанные с Playstationили еще какими-нибудь девайсами. Мне кажется, эта вещь зомбирует каким-то странным образом мозг и требует очень много времени, поэтому я боюсь таких вещей и живу в каком-то, видимо, другом мире, который требует своего сериала.

M: Хотели бы вы записать саундтрек для какого-нибудь фильма или сериала, если бы была такая возможность?

А.Б.: Ну вот, как показывает практика, к одному сериалу написал уже музычку. (Смеётся.)

M: Представляешь ли какой-нибудь фильм с вашей музыкой? Каким бы он был, о чём?

А.Б.: Мы просто в какой-то момент с нашим барабанщиком Олегом полюбили снимать своеобразное артовое кино. Поначалу оно было ни о чём, совсем абстрактное, а потом начало появляться что-то похожее на какой-то сценарий… В принципе любая песня  изначально напоминает фильм. Меня недавно спросил один парень: «Скажи мне, а как ты сочиняешь песни? Неужели ты сам их все переживаешь?» Конечно же нет! (Смеётся.) Если бы я сам переживал все эти песни, я бы, наверное, уже умер. Но существует некоторая другая практика. Нельзя думать, что, например, Бах писал невероятно какие душевные произведения, всего лишь руководствуясь какими-то определёнными техническими приёмами. Безусловно, это всё не так. Во всё вкладывается и душа, и эмоции… Просто я начал ловить себя на мысли, что, как только начинаешь писать напрямую о том, что переживаешь, это становится не слишком интересным. То есть, это становится несколько банальным, и кажется, что об этом писали все. Эта мысль меня всегда немного раздражала, я понял, что буду действовать по-другому. Когда я только начинал сочинять музыку, я пришёл к выводу о том, что интересно слушаются песни, когда ты пишешь весёлый текст и когда при этом звучит грустная музыка. Это  довольно-таки воодушевляюще. Группа «Фруктовый кефир» всегда заигрывалась какими-то вещами в духе “сопоставить несопоставимое” или «Всё, что легко – сложно, всё, что нельзя – можно» и прочие фразеологические скороговорки или… как правильно выразиться?

M: Оксюморон.

А.Б.: Да! Это не мы придумали, кстати, это слово. Мы даже не пытались каким-то образом увязать себя вместе с ним, но какой-то умный человек сумел-таки это сделать. (Смеётся.) Поэтому я решил пойти немного дальше и я подумал, что при сопоставлении своих же эмоций, которые испытываешь, например, при написании текста и потом при написании музыки, появляются довольно интересные штуки, которые открывают двери в другие какие-то… Как бы выразиться…

M: Просторы…

А.Б.: Да, в другие какие-то измерения, в которых ты хотел бы тоже побывать… В которых было бы довольно-таки интересно находиться. Переживать какие-то эмоции, которые, например, ты не смог пережить бы сам. Очень часто я представляю себя неким актером, которому положена определенная роль. Очень часто сам с собой играю в такую игру, например, когда я выступаю в качестве поэта, я думаю так: «Надо оставаться беспристрастным и просто в какой-то области передать определённый сюжет, который видел». И когда я становлюсь исполнителем, я понимаю, что в этот момент я должен стать актёром, который должен прожить то, о чём написал поэт. Или наоборот. Очень часто бывает так, что поэт очень сильно сопереживает тому, что написал, а исполнитель несколько отрешённо относится к материалу и исполняет так, как будто бы не проживал. В этом тоже есть некоторые своеобразные настроения, и очень часто голова начинает вскипать от этого всего. Но если во всём этом убрать какие-то вещи, которые вызывают интерес, мне кажется, это очень быстро превратилось бы в какую-то неприятную рутину, поэтому приходится себя постоянно стимулировать, находить какие-то интересные решения для самого себя, чтобы ритм продолжался.

M: Вот мы говорили о кинематографе. А следишь ли ты за новинками этого года, может быть, что-то понравилось тебе из последнего?

А.Б.: Я не так много смотрю нового кино, особенно такого кино, которое связано каким-то образом с широкой аудиторией… Какие-то блокбастеры в духе «47 ронинов» или что-то еще. Подобного рода фильмы не слишком люблю. Но из последнего кино мне понравился фильм… Да это уже не из последнего, собственно… А что выходило в 2014-ом году из такого…

M: Нашего?

А.Б.: Нет, лучше зарубежного.

M: «Волк с Уолл-стрит», «Нимфоманка», «Жизнь Адель», «Внутри Льюина Дэвиса» , «Красавица и чудовище» с Венсаном Касселем, например… Да чего только не выходило.

А.Б.: Да, я всё это смотрел, как оказалось. «Нимфоманка» мне не очень понравилась. Мне не очень понравился также «Волк с Уолл-стрит». Я просто понял, что всё это как-то повторяется и что есть куда более удачное кино в этом направлении…

Вчера смотрел фильм, снятый по реальным событиям, там речь шла о Фрейде и Юнге… Кроненберг снял фильм, там играет Кира Найтли, Майкл Фассбиндер и Венсан Кассель, кстати говоря. Тоже не могу сказать, что этот фильмец произвёл на меня особое впечатление, привёл в какой-то дикий восторг, но были какие-то интересные моменты. И в «Волке с Уолл-стрит» тоже были интересные моменты, диалоги…

А, ну из последнего кино мне больше всего понравился «Жасмин» — это один из последних фильмов Вуди Аллена. Там играет как раз… Как же эту девушку зовут, всё время забываю… Она играла с Брэдом Питтом в фильме про Бенджамина Баттона. (Кейт Бланшетт – прим. редакции.) Я очень проникся её игрой в этом фильме, если честно, я этого не ожидал. Я еще позже узнал, что она получила Оскар, и понял, что, в общем-то, это было заслуженно.

M: Ваш новый проект «Говорят галактики». Чем принципиально он отличается от «Фруктового кефира» и когда же мы его увидим на сцене и послушаем дебютный альбом?

А.Б.: Тут произошла своеобразная такая ловушка. Дело в том, что проект «Говорят галактики» от группы «Фруктовый кефир» отличается лишь тем, что в первом музыкальную составляющую взял на себя наш барабанщик Олег. То есть, музыку сочинил он, и мы поначалу думали, что нужно создать отдельный проект, но в итоге сошлись во мнении, что это отчасти должно стать новым материалом для группы «Фруктовый кефир», потому что музыканты одни и те же… Даже на концерте мы представляем этот материал как группа «Фруктовый кефир», исполняющая “кавер” на «Говорят галактики», но шуткой этой особо никто не проникся. (Громкий смех.) Мы поняли, что шутить так дальше, наверное, не стоит. Не то чтобы люди не поймут, просто необходимости в этом нет, тем более что союз один и тот же, а то, что происходит какая-то перестановка ролей… от этого, наверное, только лучше станет. Мы говорили как раз о том, что иной раз приходится чувствовать себя в роли актёра, иногда в роли кого-то другого, а иногда даже в роли монтажёра.

M: Кстати, меня интересует вопрос с барабанщиками. У вас в клипе один ударник, на концертах иногда – другой. С чем связана такая перестановка?

А.Б.: У нас за последнее время состав каким-то образом…

M: Трансформировался?

А.Б.: Нет, трансформировался он как раз таки до этого. И клип «Себя задуши» мы сняли тогда, когда состав трансформировался. И по сути съемки проходили таким образом, что пришлось делать обзвон музыкантов, кто был свободен в тот момент, тот и снялся в клипе. Я на этот счёт никогда не испытывал никаких комплексов, тем более что на месте этих ребят в принципе могли бы быть какие-то другие люди, и я не думаю, что музыканты бы обиделись. Я даже думаю, что я бы сильно не обиделся, если бы вместо меня стоял кто-то другой. Конечно, быть актёром каждый хочет, я очень часто использую своих друзей, которые не являются актёрами. В общем, сейчас мы играем в том составе, в котором мы сняли лайв-версию песни «Убиваю время» недавно: Дима на басу, Олег на барабанах, Тимур на саксофоне и я вот, собственно, на гитаре.

M: Тимур давно уже играет вместе с Вами, насколько я понял.

А.Б.: Бывает у него так. Очень странно: человек, казалось бы, гораздо более занятой, чем все остальные. Но он находит время.

M: Хотел бы освоить какой-нибудь новый музыкальный инструмент?

А.Б.: Да, очень хотел бы, но, к сожалению, так мало времени. Я в последнее время начал, видимо, как-то трансформировать себя не совсем актуальным способом. Точнее, не совсем рациональным. Я выбрал для себя ритм очень странный, я сегодня уже вот двое с половиной суток как не спал. Какое-то очень странное состояние. Но до этого я два дня спал, например.

M: Так что насчёт музыкального инструмента?

А.Б.: Для начала я бы освоил те инструменты, на которых я уже пытаюсь играть.

M: Гитару?

А.Б.: Нет, я думаю – вокал. Самому бы позаниматься.

M: В новом альбоме будут какие-то новые веяния?

А.Б.: Да. Надеюсь, что да. Мы стараемся вообще отходить от всего того, что мы делали раньше. Не все поклонники, в общем-то, это любят и очень часто выражаются по этому поводу очень негативно. Я не помню, чтобы сразу после выхода альбома были бы только восторженные отзывы. Скорее всего, всё совсем наоборот. Все сразу впадают в какую-то панику —  «А, что такое? Мы их любили за вот это, а сейчас вот это. Что это такое?» И я понял, что обращать внимание на мнение поклонников – это преступление, больше я этого не делаю никогда. Точно так же, как в какой-то период я понял, что обращать внимание на мнение критиков – это тоже, в общем-то, довольно неблагодарное дело, потому что оно порождает внутри тебя неправильные реакции.

M: Пусть они делают свою работу, а вы – свою…

А.Б.: Да-да… Причём то, что я делаю, я бы не стал называть работой, потому что работа рано или поздно превращается в какую-то рутину. Всему нужно находить новые понятия, и я предпочитаю даже какие-то на первый взгляд одинаковые вещи называть разными словами.

M: Вообще, я все ваши альбомы воспринимаю как что-то цельное… Для меня какой-то посыл, какая-то идея прослеживается во всех ваших песнях.

А.Б.: Безусловно, ведь человек, который это всё пишет, по сути один и тот же. Идея, которая дорабатывается, изначально возникает у одного и того же человека, поэтому всё, чем я могу оперировать – это как раз таки разными красками, разными средствами воплощения, но в то же время, если сильно отойти от этих отправных точек, то можно к ним и не вернуться. Я очень часто пытаюсь посмотреть на себя со стороны и очень часто говорю о себе в третьем лице по нескольким причинам, хотя бы просто потому, чтобы не произносить постоянно это “я”… Мне нравится больше говорить о себе, например: «Лёша вот недавно сходил на это мероприятие, а вот еще Лёша сделал вот то и вот это…» Мне кажется, это гораздо приличнее, чем говорить слово “я”.

M: Слушаешь какие-нибудь русские группы, играющие примерно в вашем стиле?

А.Б.: Мне очень тяжело говорить про российских исполнителей, потому что, во-первых, многие из них являются нашими друзьями, и на них я смотрю уже с внутренней стороны, мне уже трудно судить о них, как об исполнителях… Мы общаемся с разными ребятами. В последнее время, когда я пытаюсь что-то сочинить или что-то сделать, я зарываюсь в себя, впадаю в какую-то своеобразную раковину. Предположим, это определенный творческий уровень медитации, если можно так выразиться. Правда, если честно, плохо представляю, что из себя представляет медитация. Я привык себя утешать тем, что то, чем я занимаюсь в музыке, и есть медитация. Вот, и я узнаю зачастую о музыкантах и о знакомых через музыкантов, с которыми играю, они ведь очень часто играют в различных проектах, и я никогда не был против этого. Наоборот, я считаю, что они обладают такой энергией, которую они могут привнести и туда, и сюда. Вообще, очень люблю общение между музыкантами, оно очень многое даёт. Считаю также, что многие музыканты должны подсократить своё внутреннее эго, может быть, многим из них пор бы уже посоветовать говорить о себе в третьем лице. Мы очень много общались в своё время с Андрюхой SunSay’ем, бывало время, когда мы с Влади очень много общались. Он дал мне очень много ценных советов, которые впоследствии пригодились. Очень неожиданно было узнать, что он является поклонником группы.

M: На майские праздники собираетесь куда-то?

А.Б.: На майских праздниках отдыхать, я думаю, вряд ли получится, но мы решили совместить приятное с полезным и съездить на фестиваль, который будет 10-ого мая, где-то в Алтае он проходит, лететь нужно через Новосибирск. Вот, кстати, с Ваней Нойзом увидимся. Я с ним встречался всего несколько раз, но, как оказалось, он приятный молодой человек.

M: Любите путешествовать?

А.Б.: Да, конечно. Путешествие без музыканта или музыкант без путешествия… С музыкантами очень люблю путешествовать, со своей девушкой, мне очень нравится путешествовать с Лёшей – это тоже частенько бывает. (Смеётся.) Тоже бывает интересно. Жаль, с котом не получается больше…

M: У тебя котик есть?

А.Б.: Нет уже.

M: Ой, прости.

А.Б.: Да ничего. А о путешествиях… Иной раз все эти города в какой-то один город превращаются. Вот недавно, например, мы очень круто съездили в Уфу. Прилетели в аэропорт, приехали в гостиницу, выехали из неё, выступили и в аэропорт. Как выглядит город? Одно сплошное белое облако. А еще, в связи с тем, что у нас была очень долгая зима, отличить между собой города было в принципе невозможно. Я еще понял, что иногда с людьми, которые приходят на концерт, можно даже не пытаться пошутить, потому что зачастую никто не смеётся. Когда говоришь серьёзно – ржёт весь зал. Поэтому, когда я приехал в Казань и спросил со сцены: «Это что – правда Казань?», все смеялись. Я просто подумал, что вроде бы Казань, а на самом деле… Такой случай был еще во Владимире, когда я имел неосторожность сказать: «Привет, Володя!» Это было воспринято странным образом.

 

Беседовал Артем Сухомлинов, специально для MUSECUBE

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.