26 ноября в столичном клубе “Москва” своё семилетие отметит группа GRANDEES. За плечами у ребят туры по России и Европе, два альбома и совместные выступления с топовыми артистами мировой рок-сцены. В своём интервью порталу MUSECUBE участники группы Слава Нескубин (вокал) и Евгений Балюк (бас-гитара) рассказали об истории GRANDEES, сложностях, с которыми сталкиваются отечественные англоязычные коллективы, о роли реслинга в своей жизни и о многом другом.

(В начале интервью мы беседовали только со Славой, Евгений подошёл чуть позже)

Слава, можешь подвести некий итог этим семи годам – удалось ли сделать всё, что планировали вначале?

Слава: Семь лет – это ещё довольно маленький срок, но я считаю, что у нас пока всё неплохо. (Улыбается). Многое случилось за это время. Мы выпустили два полноформатных альбома, ездили в туры, даже дали несколько сольных концертов в Европе. Кроме того, неоднократно делили сцену с известными западными исполнителями. В первую очередь, это, конечно, Papa Roach, с которыми мы регулярно выступаем в России. Кроме них – Guano Apes, Dead By April, Sick Puppies, Thousand Foot Krutch, Vanilla Sky, а также такие отечественные команды, как Louna, Tracktor Bowling и НАИВ. Из общения со старшими коллегами по цеху мы очень многое подчерпнули: как вести себя на сцене, как разрешать различные технические вопросы. Поэтому я не могу выделить что-то одно, здесь всё идет в совокупности.

Ждут ли зрителей на концерте какие-то сюрпризы? Специальные гости или новые песни?

Слава: Этот концерт как раз и будет подведением итогов. Мы хотим показать всё, что мы сделали и чему научились за последние семь лет. Поэтому зрителей ждут лучшие песни со всех наших альбомов, интересные кавер-версии, и, конечно же, настоящее шоу со световыми и сценическими эффектами. По нашей концепции каждая композиция в сет-листе должна быть продолжением предыдущей. Будут и специальные гости, но над ними я завесу тайны пока приоткрывать не хочу. На концерте вы всё увидите сами. (Улыбается). Повторюсь, это будет шоу от первой до последней песни. Не случайно для реализации наших идей мы выбрали именно клуб “Москва”. У нас были сольные концерты в клубах “Бруклин” и “ТеатрЪ”, но семилетие группы – это отличный повод взять новую высоту, и “замахнуться” на площадку большей вместимости.

Расскажи немного об истории GRANDEES. Как ты пришел в музыку?

Слава: На самом деле, я всю жизнь занимался спортом и с музыкой никак не был связан. Даже не знаю, как меня сюда занесло. (Смеется). Это был 2005 или 2006 год, и одной бессонной ночью я, просматривая клипы на YouTube, наткнулся на нарезку концертных видео гитариста группы Rammstein Рихарда Круспе. Мне всегда нравилась эта группа, да и сейчас нравится, но тогда это был эффект разорвавшейся бомбы. Я смотрел на него и думал: “Вау, я хочу также”. Загоревшись идеей, я через неделю купил себе гитару и начал учиться на ней играть. Потом участвовал в разных музыкальных коллективах, создавал свои. Но тогда это, конечно, был ещё любительский уровень. Очень быстро я понял, что одной гитары мне мало, нужно больше движения и больше пространства. (Улыбается). Я хотел создавать динамику, хотел заряжаться от зрителей энергией и отдавать им свою. Тогда и начала рождаться концепция будущих GRANDEES. Моя самая главная идея – наши концерты должны быть драйвовыми. Мы вообще на сцене на месте не стоим, с первой песни в омут с головой – прыгаем, отрываемся. Примерно тогда же я понял, что хочу научиться петь. Это был 2008 год. И с этого момента я полноценно начал заниматься вокалом и собирать свою нынешнюю группу, GRANDEES. Впервые под этим названием мы вышли на сцену в декабре 2009 года. Весь последующий год был посвящён репетициям и наработке концертной практики. Мы использовали любую возможность, чтобы выступить. В основном это были так называемые “пионер-фесты” в клубах “XO”, “План Б”, “Релакс”. (Улыбается). Но нас это не смущало, нам важно было научиться подавать себя. Ведь играть на репетиционной базе и играть на сцене – это совершенно разные вещи. Главная ошибка многих молодых групп заключается в том, что они думают: “Вот отсидимся сейчас на базе, научимся играть на гитарах, потом выйдем на сцену и всех порвём”. Да невозможно это – ты выйдешь на сцену и просто облажаешься. (Улыбается). Еще одна проблема многих начинающих исполнителей – они не хотят расти, стремиться к чему-то. Они считают, что им все должны, но на самом деле должны они. Должны доказывать, что чего-то стоят. Должны показать зрителям, что они – та группа, на которую приятно смотреть и которых можно слушать.

В музыкальном плане творчество ранних GRANDEES было похоже на то, что вы делаете сейчас?

Слава: Нет, кардинально отличалось. Это был ню-метал, такая классическая альтернатива. Сейчас же мы используем много сэмплов, добавили в песни различные электронные вставки, брейдауны, intro, outro. Конечно, мы не выдвигаем электронику на первый план, но без неё звучание нам кажется суховатым. Возвращаясь к тому, с чего мы начинали, могу сказать, что тогда и с мастерством исполнения и с подачей материала, конечно, всё было грустно, ведь мы только учились. И кстати, изначально наши песни были на русском языке. Решение петь на английском мы приняли после первого совместного выступления с Papa Roach.

Почему вы решили петь на английском?

Слава: После концерта мы пообщались с итальянцем, который впоследствие стал нашим первым менеджером, с ребятами из Papa Roach. И они в один голос сказали: ”Парни, вы, конечно, молодые и над многим нужно работать, но потенциал у вас есть. Однако, если вы хотите поиграть в Европе или в Штатах, то вам в любом случае нужно петь на английском языке”. Я просто думаю, что не нужно разделять своё творчество и петь в России по-русски, а в Европе – на английском. Мы хотели гастролировать по всему миру, а английский как тогда, так и сейчас является мировым языком. Соответственно, поэтому мы и приняли такое решение. Благодаря этому у нас уже были сольные концерты в Италии. На русском наши песни, думаю, там бы никто слушать не стал.

А название GRANDEES как родилось?

Слава: Это название предложил наш первый барабанщик. Мы тогда как раз решали, как назвать группу, там были такие безумные идеи! (Смеётся). Слово “grandees” в переводе с испанского означает “знать, дворянство”. Как лодку назовешь, так она и поплывет. (Улыбается). Может для кого-то подобное высказывание звучит глупо, но я считаю, что где-то на психологическом уровне это работает. Да и название звучное, так что решили на нём остановиться.

Как в GRANDEES происходит работа над песнями?

Слава: Я занимаюсь написанием текстов, а музыку мы пишем все вместе. Мы собираемся, делимся идеями, обсуждаем каждый фрагмент песни – вступление, окончание, куплеты, припевы, бриджи. У нас нет такого, чтобы гитарист пришёл и сказал:”Я буду играть только это”, а басист ему в ответ:”Нет, я это играть не буду”. Мы всё детально разбираем, пока не придём к общему решению.

А музыкальные вкусы у участников группы схожие?

Слава: Да, очень. Хорошо это или плохо – на этот счёт существуют разные мнения. Мы вот считаем, что люди, играющие в одном коллективе, должны быть объединены одной идеей и иметь общее музыкальное видение. Если один хочет быть как “Rammstein”, а второй мечтает играть “Мурку”, как из этого может получиться что-то дельное?(Улыбается).

А для участников GRANDEES музыка является основным источником дохода?

Слава: Ну вот, например, у Иры Хацкевич, нашей барабанщицы, своя школа, поэтому она живёт только музыкой. К сожалению, в России рок-сцена не так сильно развита, как, допустим, на Западе. Естественно, группа приносит определённый доход, но мы его на себя не тратим. Несмотря на то, что нам идёт восьмой год, GRANDEES по сути еще молодой коллектив. И все заработанные музыкой деньги мы берём и вкладываем в дальнейшее продвижение группы, в рекламу. Мы не из тех, кто сидит на заднице и ждёт дядю, который придёт, положит мешок денег на стол и скажет: ”Вперёд, ребята”. Сейчас такое время, что никто подобных вещей делать не будет. Мы, как и в начале пути, вкладываем в развитие собственные средства.

Я поднял эту тему, потому что MUSECUBE, помимо всего прочего, это портал для молодых музыкантов, где они могут подчерпнуть какую-то полезную информацию для себя. Многие высказывают мнение, что музыканты должны заниматься делами, максимально приближенными к музыке – преподавать, работать в студиях звукозаписи или на репетиционных базах. Одним словом, не работать в офисе.

Слава: Тут вопрос в том, насколько человек целеустремлён. Можно работать в том же офисе, но всё свободное время полностью посвящать занятиям музыкой. Главное – это желание, а все остальное – просто отговорки. Например, некоторые говорят, что у них нет времени ходить в тренажёрный зал. Да у тебя не времени нет, у тебя желания нет! Если есть желание и цель, время всегда найдётся. Тоже самое с образованием. Если человек не хочет учиться, то ему не поможет даже самый элитный университет. А если есть желание, то он и самостоятельно добьётся нужного результата, найдёт, откуда взять информацию. Я так изучал английский – занимался по самоучителям, слушал аудиокурсы, учился строить фразы. И лишь затем, когда начало получаться, пошёл к преподавателю подтянуть грамматику.

А что насчёт пения на английском языке? Ты работал над тем, чтобы убрать акцент?

Слава: Насчёт акцента, это кстати, очень интересный момент. Все представители американской и европейской музыкальной индустрии, с которыми мы общались и общаемся, всегда говорят нам: “Не доводите свой английский до такого уровня, чтобы звучать тот-в-точь как американские группы”. За океаном и своих таких хватает. Фишка как раз в том, что в акценте есть своя изюминка. Если он звучит интересно, красиво, то не нужно стараться его убирать. Яркий пример – южноафриканцы “Die Antwoord”. У них же английский не идеальный. Или итальянская группа “Lacuna Coil”. Поют с сильным акцентом, но это звучит круто.

Подскажи, что скрывается за понятием “официальный саппорт Papa Roach в России”? Это официальность как-то закреплена?

Слава: Нет. (Улыбается) По сути, это идёт как обычный пресс-релиз. Просто начиная с 2011 года Papa Roach каждый свой приезд в Россию зовут нас выступить у них на саппорте. Между нами сложились хорошие дружеские отношения, но ведь в пресс-релизе не напишешь “А потому что мы друзья, поэтому и играем”. (Смеется). Поэтому используем термин “официальный саппорт”.

(На этом месте к беседе присоединился Евгений Балюк, бас-гитарист группы GRANDEES)

А каким образом вы смогли пробиться на саппорт к американцам в первый раз?

Слава: Сначала мы решили, что должны выступить на этом концерте. Потом были попытки выйти на организатора, что оказалось не самым простым делом. Мы отправили ему наш пресс-релиз, который позже переслали самим Papa Roach, и уже они нас утвердили. Ответа мы ждали три месяца.

А что было в вашем пресс-релизе на тот момент?

Слава: Тогда там был один клип, несколько русскоязычных песен и пара фотосессий. Я, если честно, думал, что нам откажут. (Улыбается). Дело в том, что ни один саппорт не может быть одобрен без согласия хэдлайнера. Многие считают, что если группа заплатит какую-то сумму, то это гарантирует ей участие в концерте. Нет, такого не бывает, пускай они дадут хоть десять миллионов евро… Хотя нет, за десять может и можно договориться. (Улыбается). За десять миллионов, я думаю, даже сами хэдлайнеры играть не будут. Скажут: “Ребята, давайте на сцену вместо нас”. (Смеется). А если серьезно, группа на саппорте – такое же “лицо” концерта, и если она облажается, это будет удар как по репутации организаторов, так и по имиджу хэдлайнеров.

Приходилось ли вам, как группе, часто выступавшей на саппорте у топовых команд, сталкиваться с негативной реакцией публики?

Слава: Приходилось в первый год, сказывалось отсутствие опыта игры на больших площадках. Я всегда смотрю на процентное соотношение плохих и хороших отзывов. Раньше первых было больше, сейчас же после выступлений на саппорте мнения о нас в основном положительные. На нашем канале на YouTube очень много видео с больших концертов, и реакция публики там отчетливо видна, народ реально отрывается под наши песни. В Екатеринбурге так просто клуб стоял на голове! (Улыбается).

Евгений: Есть те, кто скептически относятся к наличию “разогрева”. Но когда мы выходим на сцену, это мнение обычно меняется. (Улыбается).

Слава: Фраза, сказанная однажды ребятами из Papa Roach перед концертом, до сих пор сидит у меня в голове: “Если ты хочешь, чтобы твое выступление запомнили, ты должен выступить лучше, чем мы”. И это действительно так. Не важно, кто хэдлайнер, ты должен выложиться на 100, на 200, на 1000 процентов, чтобы публика тебя запомнила. И как раз это мы и пытаемся делать, выкладываемся так, что на сцене с нас семь потов сходит.

Евгений: Сорокоминутное выступление, а по ощущениям – будто отыграли два полных сета!

А что насчет зарубежных туров? Ты их упоминал, да и я читал в Интернете, что они у вас были. Как это всё организовалось?

Слава: Тур у нас был только по Италии, в 2013 году. Сейчас мы планируем более масштабные европейские гастроли на весну следующего года, но пока всё на стадии договоренностей, и вдаваться в подробности на этот счёт не буду. Ближе к делу всё анонсируем. А что касается итальянского тура, то он был организован тогдашним менеджером GRANDEES и нашими друзьями из группы Mellowtoy, с которыми мы познакомились всё в том же судьбоносном 2011 году.

Во время этой поездки в Италию случились ли какие-то необычные или забавные истории?

Слава: Ох, не знаю, то, что было, лучше не писать. (Смеется). Да нет, если честно, ничего из ряда вон выходящего не случилось, всё было на позитиве. Наш первый итальянский концерт прошёл в городе Эрба, в окрестностях Милана. У них ведь в центральных городах вообще никто не тусует. В Милане только достопримечательности, пафосные клубы и всё. А вся рок-публика существует в основном рядом с городом. И на наш концерт в Эрба пришло человек 150. Приняли радушно, отпаивали нас грапой (грапа – крепкий виноградный алкогольный напиток – прим. ред.) под предлогом ”ну вы же русские!”. (Смеется). После концерта общались долго, всем было интересно посмотреть, что представляют из себя русские рок-музыканты. (Улыбается).

Вы сейчас подписаны на какой-нибудь западный лейбл?

Слава: Нет, пока нет. (Улыбается).

То есть своим продвижением занимаетесь исключительно сами?

Слава: Да. Всё сами.

Просто ты говорил про менеджера…

Слава: Менеджер был, но на определённом этапе мы решили расторгнуть соглашение. Безусловно, это была очень хорошая начальная ступень, но сейчас с нами работают другие люди.

Слава, ты упомянул, что у тебя много знакомых среди западных музыкальных менеджеров. Можешь ли сравнить специфики западного и отечественного музыкальных рынков?

Слава: Мы еще не забирались так далеко, чтобы делать подобные сравнения, и багаж впечатлений у нас пока небольшой. (Улыбается). В принципе, какого-то кардинального отличия я не видел. Разве что только в пунктуальности и степени ответственности. Я никогда не забуду концерт в Ростове-на-Дону в 2013 году, где мы были на саппорте у Papa Roach. Обычно площадку готовят техники самой группы, но тогда, по ряду причин, им не удалось приехать, и всем занимались местные техники. В итоге во время нашего выступления вся аппаратура начала фонить. Для меня подобные ситуации всегда были как страшной сон – облажаться на большой сцене перед битком набитым залом. Я поменял радиомикрофон на обычный – всё равно фонит. Фонили и мониторы впереди. Ну мы в итоге выкрутились из этой ситуации за счёт работы с публикой – люди спустя некоторое время сами поняли, что это чисто технические косяки, и начали нас активно поддерживать. Но в плане звука концерт был просто провальный. И когда на сцену вышли Papa Roach, произошло тоже самое. В итоге они отыграли несколько песен и ушли дико злые. Такой вот случай.

Какие советы вы можете дать молодым исполнителям, которые имеют планы по покорению западного рынка?

Евгений: Единственное, что я могу посоветовать молодым исполнителям, это работать. Работать над собой, работать на успех группы. Но, к сожалению, не все готовы идти до конца.

Слава: Покорение западного рынка – задача безусловно непростая, но, как я уже говорил, всё зависит от желания. Есть, например, отечественная группа Wildways, которая на западном рынке чувствует себя весьма неплохо. Ребята катаются в европейские туры, их клипы собирают по миллиону просмотров на YouTube. Женя прав, главное – работать. А если после первых неудач у человека опускаются руки, то с музыкой вообще тогда лучше завязать.

Как вы считаете, насколько востребованы у нас отечественные исполнители, поющие на английском языке?

Евгений: Не особо востребованы, и тут всё идет от особенностей русского менталитета.

Слава: Конечно, подводных камней для групп, поющих на английском языке, гораздо больше, чем для поющих по-русски. Сложнее себя пропиарить, пробиться на радиостанции. Но самый главный парадокс заключается в том, что у нас в стране очень любят англоязычную музыку. Но только не в том случае, если её исполняют отечественные группы.

Не было ли искушения вернуться к русскоязычной лирике?

Евгений: На самом деле периодически возникают мысли записать русскоязычный сингл. Но я, если честно, не хочу этого.

Слава: Я считаю, что один-два русскоязычных трека надо иметь, на всякий случай, вдруг кто захочет узнать, как мы звучим на родном языке. (Улыбается). Но мы не будем заниматься переводом. Вообще, пытаться уложить смысл русской песни в английский текст – бессмысленно, и для европейской публики это будет звучать очень сложно. У нас разные подходы к написанию песен. На Западе меньше заморачиваются на лирике, в их песнях акцент делается на подаче, эмоциях.

Слава, вопрос к тебе. Правда ли то, что помимо музыки ты занимаешься реслингом на довольно серьезном уровне?

Слава: Можно сказать, занимался. (Улыбается). Выступаю, конечно, периодически, но на первый план для меня вышла музыка, да и здоровье надо беречь. Ведь чтобы не думали люди, реслинг – это очень тяжелый и травмоопасный вид спорта. Я могу сравнивать, так как очень долго играл в американский футбол, и повреждений там получал гораздо меньше, хотя это тоже контактный спорт. Все шрамы, которые есть у меня на теле, получены на реслинге. Удары там наносятся в полную силу, только не костяшками, чтобы ничего не сломать. Конечно, это театрализованная постановка, у которой есть сюжет, и естественно мы знаем, что чем закончится благодаря сценаристам. У меня в прошлом году был очень длинный сюжет, который длился семь или восемь месяцев. Там зрители жаждали развязки, и мы сделали очень яркое шоу, в котором по сценарию я проиграл. Это был матч типа “столы-лестницы-стулья”, очень жесткий, я там даже сознание терял. (Улыбается). Случился провал в памяти, и я помню только, как уже после шоу мне в гримерке вытирали кровь.

А как ты вообще попал туда?

Слава: В 2001 году я, как и все, смотрел реслинг по каналам СТС и ТНТ и думал, что хочу быть как Рок – выходить и кидать всех на ринге. (Смеется). Меня всё это очень заинтересовало, я узнал, что в России существует школа реслинга, начал там заниматься и в 2006 году дебютировал. На данный момент я считаю, что в реслинге добился всего, и сейчас выступаю именно в свое удовольствие.

Насколько вообще популярен реслинг в России?

Слава: Крупные шоу собирают до тысячи человек. Но пока все на среднем уровне. Многие у нас относятся к реслингу предвзято, так же, в принципе, как и к отечественным группам, поющим на английском языке. (Улыбается).

И последний вопрос. Планы группы?

Евгений: Ближе к лету следующего года мы планируем засесть за запись нового альбома. Сейчас, помимо подготовки к сольному концерту, потихоньку работаем над новыми песнями. Весной наверное выпустим сингл и клип. Причем клип хотим снять на другую песню, не на сингл.

С. Да, клип мы хотим снять на песню с последнего альбома, Ну и плюс, как я уже сказал, планируем тур. Надеюсь, всё получится.

Е. Я считаю, и Слава, думаю, со мной согласится, что мы еще не всё выжали из крайнего альбома. Может быть процентов 40 или чуть больше. (Улыбается).

Что касается альбома The Wave, Вы считаете, что он удался? Или подмечаете недостатки?

Евгений: Я считаю, что он удался, и не последнюю роль в этом сыграл саундпродюсер альбома Леонид “Леос” Хацкевич из группы Fiend. Хороший человек, великолепный музыкант, настоящий профессионал, работать с ним было одно удовольствие.

Слава: В своё время мне посоветовали Леоса как хорошего вокального педагога, так мы с ним и познакомились. И меня радует, что мы с ним находимся на одной волне, понимаем друг друга с полуслова. Многие считают, что в его школе учат только скриму и гроулу, но это не так. В чистом вокале он тоже знает толк, и я могу сказать, что после записи альбома под его руководством мои вокальные данные заметно улучшились. (Смеется).

Евгений. По факту он человек-идея. Ты не уйдёшь из студии, пока он не выжмет из тебя то, что ему нужно. Это саундпродюссер в западном понимании.

Слава: Одним словом, мы остались очень довольны проделанной работой, и следующие синглы снова планируем делать с Леосом.

Большое спасибо! И удачи с подготовкой к концерту!

Евгений: Спасибо!

Слава: Спасибо!

Михаил Степанов, специально для MUSECUBE

Фотографировал Дмитрий Петров, фоторепортаж смотрите здесь.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.