Женя Винд, незаурядная представительница жанра фолк, выпустила новый альбом.

Будь это виниловая пластинка, стоило бы остановить внимание уже на дизайне конверта. Мы бы поняли: нас зовут в дорогу. И не простую, а сказочную. Сама певица облеклась в образ Василисы Премудрой (и он будет оправдан в музыке). Из ее рукава вылетают жар-птицы; на заднем плане мы слева видим избушку на курьих ножках, справа – храм с куполами. Все, как положено: правое и левое, свет и тьма, сознательное и бессознательное. За рамкой – дикий лес, где по земле вьются тревожно-лиловые цветики, а грибы сплошь ядовиты. Сказку – в рамке и за ней – сторожат филины, эти сумеречные проводники между явью и сном.

Что же за путешествие обещает нам музыка? Заглянем на оборот: там – одиннадцать песен, урезанная дюжина. Остановки ли это на пути, горные ли перевалы, которые должно одолеть герою-слушателю? Или одиннадцать сказочных комнат, каждая из которых – отдельное звуковое пространство? И, как в истории о Синей Бороде, нам вручены ключи от них; а тайная, двенадцатая – скрыта от любопытных глаз? В таком случае путешествие разворачивается в пределах одного дома (хоть и довольно просторного). Дом, в юнгианской системе, символ души, а в двенадцатой – тайной – комнате, прячется, должно быть, зерно самой души: дух, придающий личности свет и цвет, узнаваемость и неповторимость. Отправимся же на поиски этого золотого зерна – возможно, оно заключено в одной из одиннадцати комнат-песен, возможно, во всех сразу…

С первой же песни (Чей-то конь) мы слышим, что певица и впрямь премудра, как Василиса. Сложная инструментовка; музыкальные краски подобраны вдумчиво и со вкусом. Узнаваемые вивальдиевские интонации: энергия движения и беспрестанного роста как нельзя более кстати подходит к белгородскому карагоду. (Жанру, летнему по самому своему существу – отсюда и цитата из «Лета»). Голос виолончели длит бесконечно томительную шумановскую линию поверх бойкого, «сухого» бита, отрывистого, как бег коня. Вся эта полифония затягивает в стихию песни, неумолимую, как торнадо.

Впрочем, полифоническое многоцветье характерно для каждой из песен альбома. Языки, мотивы, ритмы, инструменты – «аватары» для духа музыки, который, воплощаясь, всякий раз приносит привет от иных культур и жанров. Внимательное ухо уловит здесь аромат медитативных гармоний Майкла Наймана, русалочьих напевов Кейт Буш, дерзких экспериментов Квинси Джонса и поттерианской магии Джона Уильямса. У Василисы Премудрой – обширный музыкальный словарь, и она искусно вплетает чужеземные слова в речь родных мелодий.

Возможно, у кого-то возникнет вопрос: а зачем столь сложные аранжировки с пасхалками, понять которые в состоянии лишь продвинутый слушатель? Предложим свой ответ. Аутентичная народная песня подобна той самой дверце, в которую кэрроловская Алиса не могла войти, пока не отведала волшебного зелья. Мы считаем себя «великанами», знающими все об устройстве мира: народная песня нам тесна, мала; «примитивна». Чтобы узреть многомерный мир, скрывающийся за маленькой дверцей, нужно воистину быть обладателем волшебного зелья. Этим зельем для многих (но не всех) музыкантов может стать особая наука – фольклористика; и Женя Винд, получившая отменное образование у учителей пропповской школы, безусловно, этого «зелья» вкусила. Но как увиденное за волшебной дверью показать другим? Для этого и нужны все эти красочные аранжировки, полифоничные и многоликие. Через их сложную, но в то же время понятную красоту даже непосвященный подпадет под чары народных песен.

Но вернемся к нашему путешествию: ведь мы заглянули только в одну комнату. Что же в остальных десяти? Вторая и третья песни продолжают сезонный цикл: «Дубровушка» (с той самой наймановской медитативностью) может быть уподоблена осени. «Коляды-моляды», без всяких сомнений – зима. Но весны не будет: четвертая песня нарушает композиционную логику начала, и окунает нас совсем в иное измерение.

«Дрема», занявшая место логической «весны», парадоксальным образом более всех остальных песен ощущается как ядро альбома. За счет ли силы тяжести, которой наполнены густые, нисходящие, «усталые» интонации; или же из-за крупных мазков-заклинаний: «да волчок, да лесок, дай ракитовый кусток»… Песня с неодолимой силой вдавливает в землю, вглубь, к хтоническому пространству иного мира. Это песня-переход, вот почему она ощущается главной. Дальнейшая логика альбома – это логика сновидения.

И первый сон, который нам предстоит увидеть – детская греза всего человечества о небесах, полете, выходе за пределы гравитации. «Космонавты» – песня уникальная, и даже не самим своим сюжетом. Это миф, обретший историческую плоть, и снова – через песню – ставший мифом. Легкая, радостная, как палехская шкатулка с Гагариным, песня словно говорит: «мечтай! Не бойся, сказка сбывается наяву, если наполнишь ее силой желания!».

Покорив ближний космос, возвращаемся из мифа в сказочную реальность (мы ведь все понимаем, что это два разных пространства души?). «Обрякуся» – уже не стон девичьей тоски, но заклинание умудренной женской сущности, вершащей свою обыденную магию управления миром мужчин.

В сновидческих странствиях все мы порой приходим на край земли, за которым царит безответная бездна. Именно такова титульная песня альбома, «Земля движется». Авторское творение Жени Винд полно оптимистичной безнадежности. «Ему не до вас!» – не слишком-то вежливый ответ на мольбы человечества. Впрочем, горькая правда хорошее лекарство; выздоровев, мы справимся с этой жизнью и сами. Общее слуховое впечатление от музыки – мажорное, светлое. А еще здесь дается подсказка к нашим поискам; но о ней упомянем ближе к концу.

Истинно мифологическая тональность, по Кэмпбеллу, немыслима без юмора. «Алешка» в нашем песенном путешествии – тот самый юморной проводник-балагур, с которым не страшно лезть ни в пекло сквозь дыру в земле, ни в рай по бобовому стеблю. И в дальние страны можно собраться, послушать заморских певуний. «Што ми е мило» и «Кавал свири» – обязательное для любого русского фолкера «алаверды» Балканам. (Которые, благодаря Кустурице, навсегда в нашем сердце, вне зависимости от геополитических реалий).

Перед тем как открыть последнюю комнату, отдадим должное певческому таланту премудрой волшебницы. Женя Винд блистательно владеет любой манерой, и с удовольствием демонстрирует это слушателю. Ее голос звучит по-разному в каждой песне. Он то живой, горячий, плотный, достойный божественной Фицджеральд, то простой и непорочный, как напев тростниковой дудочки. И ухо теряется: в каком из звуковых воплощений певица – сама, настоящая, характерная, узнаваемая? Здесь и пригодится нам подсказка титульной песни: «Все возможные правила – не для меня». Облик Василисы не закреплен рамками одного жанра или манеры. Попробуйте так, если сможете!

Но вот путешествие наше заканчивается. Найдем ли мы в последней песне то, что ищем? Ответ на это дайте сами. Он может быть «да», если внять совету песни и дать себе время «рассмотреть все это повнимательней». Он может быть «нет», ибо название песни – «Они заколочены». Двери ли, окна, порталы в сказочный мир? Те, что находятся в наших собственных «очень потрепанных душах»?..