Московский международный дом музыки уже давно стал одним из мест, где просто необходимо побывать, если ты в столице, и уже был в макдоналдсе и видел Собчак, если ты веришь в конец света и пытаешься до декабря 2012 успеть сделать всё, что планировал растянуть на 68 лет, или если ты просто в ладу со своим верхним этажом и любишь хорошую музыку вне зависимости от жанров.

От прочих серьёзно ориентированных площадок его отличает здоровая доля авантюризма и широта взглядов. Вот и проходящий фестиваль “Африка-Америка” украшен присутствием непревзойдённой джаз-дивы Кассандры Уилсон одновременно с MoZuluArt – проектом, где госпел-трио Insingizi из Зимбабве отлично себя чувствует, объединившись с солистами Венского симфонического оркестра.

А чтобы совсем не затеряться в этом эклектичном потоке, 14 июня организаторы устроили милый сюрприз любителям классического джаза – возможность услышать самую знаменитую джаз-оперу “Порги и Бесс” в исполнении Анджелы Браун (сопрано) и Кевина Диаса (бас-баритон) . Музыкальное сопровождение обеспечивал не менее заслуженный симфонический оркестр Москвы «Русская филармония» под управлением Сергея Кондрашова.

Впрочем, ещё один “сюрприз” не слишком обрадовал пришедших: в первом отделении ни солистов, ни даже самой оперы никто не услышал. В качестве “разогрева” прозвучали другие произведения Гершвина и, почему-то, Бернстайна. Наверное, это связано с тем, что автор музыки к “Вестсайдской Истории” считал автора “Порги и Бесс” одним из величайших людей Америки, и именно его дирижёрская палочка обеспечила лучшее исполнение музыки Гершвина, до сих пор считающееся каноническим. Из Бернстайна прозвучала увертюра к недооценённой в своё время оперетте-мюзиклу “Кандид” по Вальтеру Скотту и симфонические танцы из той самой “Вестсайдской Истории”. Бонусом от мистера Гершвина стала сюита “Американец в Париже” – очень легкая, мелодичная, создающая настроение и рождающая ощущения.

Переждав полчаса в гигантской очереди в буфет или в другие не менее интересные места, добрались до долгожданного второго отделения, начало которого тоже слегка напрягло: сцену стали заполнять девушки в нарядах “а-ля надежда кадышева ” и парни с серьёзными лицами, группирующиеся в Академический Большой Хор “Мастера Хорового Пения”. Но затем всё встало на свои места и воля Гершвина была исполнена: великолепная чёрная дива в красном платье, заманчиво облегающем корпулентные формы, и импозантный чёрный мужчина в смокинге вышли, чтобы спеть легендарные арии, за 70 с лишним лет ставшие “американскими народными”.

Это в далёком 35-м опера по произведению Дюбоза Хейуорда о несчастном чёрном калеке, борющемся за свою любовь не была в должной мере оценена современниками. Уже через какие-то пару десятков лет популярные и не очень исполнители в очередь становились, дабы продемонстрировать свое виденье “My Man’s Gone Now”, “Buzzard Song”, “Bess, You Is My Woman Now”, “It Ain’t Necessarily So” и, конечно, “Summertime”.

Стандартные уши человека, проживающего на постсоветском пространстве привыкли к классическому варианту “Порги и Бесс”, подаренному миру Армстронгом и Фицджеральд. Тем интересней было услышать оперную версию, исполненную сопрано и баритоном, без джазовой хрипотцы и модуляций. Анджела Браун, известная в том числе как знатная исполнительница спиричуэлс, справилась с ролью Бесс, Сирины и Клары не в последнюю очередь благодаря этому навыку – Гершвин никогда не отрицал влияния духовных гимнов афроамериканцев на создание оперы. Ну, а Кевин Диас прославился именно благодаря многочисленным исполнениям арий Порги. Поэтому “сладкая парочка” вполне уютно чувствовала себя в Светлановском зале Московского международного дома музыки, и долгие ожидания и чаяния оказались оправданными: впервые за долгое время москвичи и гости столицы услышали неклассическую оперу в классическом исполнении.

Текст: Стелла Татевосян
Фото: Александра Дурницына

Полный фотоотчёт здесь.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.