Он действительно существует, этот костюм – черный, из безумно красивой парчи, которая ничуть не утратила своей роскоши. Костюм, который моя бабушка носила в молодости. Она была веселой, жизнерадостной и очень любила музыку. А было это… Да, пожалуй, году этак в 1935-м… Затем костюм оказался немногим из того, что было увезено из блокадного Ленинграда. Потому что это Счастливый Костюм. Кто же бросает зримое воплощение собственного Счастья?

Затем костюм носила мама. Моя юная мама, белокурая хохотушка, тоненькая как тростинка. И это был уже конец пятидесятых. Заметим: костюм из моды не вышел, поскольку был пошит не просто качественно, но с любовью. Для того чтобы придать костюму актуальность, мама укоротила юбку и пришила к пиджаку красивые пуговицы.

В семидесятые в этом же костюме, но с немыслимо короткой юбкой бегала на концерты моя старшая сестра.

Наконец, костюм перешел ко мне. Когда мне сказали, сколько ему лет, я не поверила. Да и никто бы не поверил. Классика? Классика! Ткань – обалдеть! Новая брошь, новые пуговицы, декоративная планка – да все дома моды в мире отдыхают!

Самое смешное, что Счастье действительно случалось. Костюм притягивал его самым волшебным образом.

Почему я вспомнила эту семейную историю? Как связаны конкретный концерт и бабушкин костюм из черной блестящей парчи?

Да вот… ассоциации. Потому как ансамбль «Саксофоны Петербурга» под руководством Геннадия Гольштейна периодически (примерно раз в месяц) отправляет всех желающих в Долину Блаженных. Там живут счастливые люди, которые не стесняются говорить и петь о любви, признаваться в том, что они сентиментальны и романтичны, делать глупости во имя своих чувств, быть верными…

Туда очень легко попасть, в Долину Блаженных. Тот, кто оказался там впервые, просто ушам своим не верит. Забытые шлягеры 30-х, 40-х… 1914 год. 1927 год. А звучат так, словно это было написано недавно!

Новая брошь, новые пуговицы, фантазийно завязанный платочек на шее… А ткань – та самая. Довоенная. Безотказно притягивающая Счастливые Совпадения.

В Долине Блаженных нет национальностей. Нет богатых и бедных. Нет неудачников. Если в Долине Блаженных начинается дождь и грохочет гром, то под ним идут, напевая. Даже если все плохо – нужно петь или играть.

Например, парень, которому надоело сходить с ума от ревности, может спеть своей девушке: «Мы пойдем в порт и купим билеты на маленький пароходик, который увезет нас в Китай. Тебя придут провожать все твои поклонники, но пусть они тут и останутся, а мы уедем в Китай!».

Одинокая и покинутая имеет право на свою мелодию: «Я ничего не изменила ни в нашем доме, ни в собственной жизни, потому что верю: настанет день, и ты вернешься».

Кто-то крикнет: «Ты грустишь один? Но однажды все переменится, любовь не за горами!».

Там, в Долине Блаженных постоянно звучит джаз. Там не считают, что джаз способны по-настоящему понимать, сочинять и исполнять только темнокожие люди. Совершенно справедливое отношение к делу! Пара Дороти Филдс и Джимми МакХью – какие же они темнокожие? А Рэй Хендерсон и Морт Диксон? А еще… да, и этот тоже. Вне Долины Блаженных он вообще считался бы итальянцем.

Америка – родина джаза? Хм… с какой стороны посмотреть… Гершвин, говорите? Стопроцентный американец? А уж не его ли семья в Петербурге жила до конца XIX века? Ирвинг Берлин – из Тюмени. Бенни Гудмен, правда, из Варшавы, но Польша – все равно не Америка, а до определенного времени и вовсе Великое Княжество Польское, часть огромной Российской империи… Леонард Бернстайн? Я вас умоляю! Ровно – знаете такой город? Нет, не в Америке…

Да какая, в сущности, разница?

В Долину Блаженных приезжают самые разные люди. Имена одних привычны русскому уху. Некоторые так и вовсе стыдно не знать любому, кто мало-мальски знает и любит джаз. Пример? Давид Голощекин, Владимир Лыткин, Олег Кувайцев. Разумеется, Геннадий Гольштейн, который не только руководил, но и играл, и проводил экскурсию по Долине Блаженных. О, это человек, который способен кого угодно сделать фанатом путешествий подобного рода! А какие трагические судьбы у трех из четырех вокалисток! Леди в розовом – Франческа ди Роза! Фантастическая история итальянской красавицы, которую поведал Гольштейн заставила зал содрогнуться, а особо сентиментальные дамы даже достали платочки. Леди в красном – Айрин Буше,  у которой не менее витиеватая и насыщенная треволнениями семейная история! Леди в фиолетовом – Лиза Бертолуччи, еще одна эмигрантка, нашедшая приют в Долине Блаженных. Разумеется, и она попала в Россию не просто так… И только у леди в голубом, у блистательной Яны Радион нет подобной истории. Может быть, Гольштейн что-то скрыл?

В Долине Блаженных нет старых и молодых. Ибо есть молодость сердца и стремление мечтать, а это стирает возрастные границы.

Нежный голос мягко поет: «Ты мечтаешь, и видишь свои воспоминания… все не так плохо. Мечтай – и мечты сбудутся». Ему вторит саксофон.

Поразительное это место – Долина Блаженных! Здесь тепло и уютно, здесь никто не бывает лишним. Здесь ждут всех.

Патриотизм? Конечно! Все жители и постоянные гости Долины Блаженных – патриоты страны под названием «Музыка». А это, знаете ли, совершенно бескрайнее государство с особыми законами.

Пожалуй, я вернусь сюда через месяц-другой. Когда в зимний холод вдруг захочется солнца и запаха мокрой травы.

Пусть звучат чудесные мелодии, пусть играет саксофон и искрятся фортепианные пассажи, вкрадчиво бормочет контрабас, колдует вибрафон…

И вот еще: я вернусь, принарядившись в тот самый бабушкин костюм.

Чтобы обновить аккумулятор Счастья.

Юлия Лаврушина, специально для MUSECUBE

Фотоотчет Ирины Челышкиной смотрите здесь

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.