Волгоградский музыкальный театр в рамках VII фестиваля «Видеть музыку»* привёз в Москву мюзикл Максима Дунаевского «Мата Хари».

Эту историю столица видела уже трижды: в 2009 году Евгений Гинзбург ставил одноименную музыкальную авантюру с Теоной Дольниковой, Валерией Ланской, Данко и Иммануилом Виторганом; в 2010 году Максим Дунаевский к постановке «Любовь и шпионаж» привлек Ларису Долину и Дмитрия Харатьяна (а также хореографа Егора Дружинина); и, наконец, Елена Захарова в 2010 представила тяготеющий к пластике спектакль «Глаза дня» в Театре Луны. Сколько копий тогда бы сломано критиками — не счесть!

Ностальгия, любопытство и желание разнообразить мюзикловый досуг привели москвичей и гостей города в «Геликон-опера»: в зале «Стравинский» по максимуму была увеличена посадочная емкость. Москва — город огромных расстояний и бешеных скоростей, и сдвиг времени начала показа почти на 20 минут однозначно работает не в пользу спектакля. В зале велась видеосъёмка Волгоградского телеканала, неумолимо ослепляющая зрителей. В силу этих и, возможно, каких-то ещё причин «прохладная московская публика», к сожалению, позволяла себе покидать зал прямо во время действия…

Иными словами, перед артистами, представляющими «Мата Хари», с учётом вышесказанного, стояла нетривиальная задача показать свой максимум (а если не пренебрегать неизбежным гастрольным волнением и потенциальным знакомством сидящих в зале с харизмой и голосами звёзд мюзиклов, театра и кино — так и вовсе задача «со звёздочкой»)…

Спектакль изобилует лицами, судьбами и биографиями, переходами от настоящего времени к прошлому, от реальности к возможному будущему — кто на ком стоял становится очевидным лишь в финале. Сюжет пересказывать неблагодарное дело: видавшая лучшие времена актриса немого кино получает предложение сыграть бывшую проститутку, ставшую звездой сцены Парижа (а ранее сбежавшую от ирландского абъюза из Азии) — звезда голландского происхождения становится двойным агентом времен Первой мировой, приговаривается к расстрелу, но по истечении 10 с лишним лет появляется любовь всей ее жизни, вытряхивая заодно всех скелетов из шкафа; на сцене театра, собственно, Париж конца 30-х годов прошлого века и читка сценария с репетицией фильмы о военных (и сопутствующих им) событиях.

Добротная постановка — помимо собственно сюжета — подняла тему о профессионализме и росте над собой любого человека сцены: ещё пару минут назад потрепанная жизнью и эпохой звукового синематографа (а также под воздействием запрещённых препаратов) Клод Франс пошатывалась и заплеталась языком, как внезапно она преображается, берет себя в руки и начинает работать — медленно (вывод веществ из организма не так стремителен), но работать — и залу являются Гертруда Зелле, Мата Хари, агент H21 и даже бедняжка Ханна. Вообще, феномен фильмы в театре априори дает фору и предполагает некий гротеск, фарс и изрядную манерность — с последним отлично во время гастрольного проката справилась подзвучка, усугублять неверными нотами и путаницей в словах было, пожалуй, излишним (но, возможно, то была задача от режиссёра, призванная показать возраст немолодого графа Де Шайни или волнение Вадима Орлова). Все трое солистов — в силу особенностей либретто — играют по несколько ролей и посредством двадцати с небольшим музыкальных номеров (разностилевых — вокальных и танцевальных) отображают характеры действующих лиц, показывая события вокруг 1916 и 1928 годов. К сожалению, все это происходит через призму восприятия медленной закатившейся звезды, той самой, все еще находящейся под действием веществ.

В помощь зрителю — проверенный временем мелодизм Максима Дунаевского (автор этих строк и по истечении десятилетия может напеть «То ли в мае, то ли в апреле», а «Русская тоска» до сих пор в ротации первых исполнителей главных ролей). Пытался раскачать зал и ура-патриотизм, выраженный тостом (в кино внутри театра), — за офицеров русской армии. Однако пляска отчего-то не оборвала ту самую тоску, как того требовал текст…

…Мата Хари, возможно, не была настолько авантюристкой и не желала быть причастной к крушению самолетов и затоплению кораблей — как и все, она мечтала о любви: каждый эпизод мюзикла и каждый поворот сюжета не только переплетают Восток и Запад, прошлое и настоящее, реальность и надежды, но даёт возможность исполнительнице главной роли раскрыть потенциал гремучего коктейля из ума, красоты, храбрости, порочности и жертвенности. Ведь, как утверждала та, что взяла имя Мата Хари, так угодно Шиве**.

*Ассоциация музыкальных театров при финансовой поддержке Министерства культуры Российской Федерации, проект реализуется с использованием гранта Президента Российской Федерации, предоставленного Президентским фондом культурных инициатив.

** Верховное божество разрушения.

Ольга Владимирская специально для MuseCube

Фотография Елены Лапиной из соцсетей дневника фестиваля

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.