«Лолита» Владимира Набокова, пожалуй, самое известное, самое скандальное и от этого не менее признанное произведение мировой литературы. Кажется, самый что ни на есть не любитель чтения знаком с этой книгой. А уж если не довелось прочитать, то без сомнения, все видели знаменитый фильм с Джереми Айронсом, Доминик Суэйн и Мелани Гриффит. Итак любителям нимфеток и клубнички посвящается…

Однако все вы помните, как не так давно культурная столица воспротивилась еще одному прочтению классики. Причем – прочтению – в буквальном смысле. Моноспектакль заслуженного артиста России Леонида Мозгового еще год назад был под запретом. Да каким! Напомним, несколько казаков, студентов и учителей начальных классов решили, что легендарный роман Набокова «Лолита» является «мерзким сочинением», которое основано на грехе. Тогда артист принял решение об отмене спектакля.

Но 7 апреля в арт-кафе «Книги и кофе» все было иначе. Немногочисленные слушатели не опасаясь за присутствие провокаторов и «полиции нравов», с должным вниманием и почтением слушали великое произведение.

На столе – портрет писателя и книга, открытая страница которого звала вновь и вновь окунутся в историю начала века. Леонид Мозговой – артист, таланту которого были подвластны и Ленин, и Гитлер, теперь страницу за страницей рассказывал о страсти, любви, преступлении и раскаянии. «Милостивые господа присяжные заседатели!» – записки осужденного не утаивали ни слова, а дневник Гумберта Гумберта был полон восхищения своей маленькой Ло. Но к чему пересказ сюжета – достаточно услышать и увидеть как передал его Мозговой. Взгляд и мимика говорили, описывали, намекали… Он – то вставал на защиту героя, то осуждал его. Малейшие интонации голоса говорили и о раскаянии, и о вожделении. В одном лице он сумел передать и нервозность «Гейзихи» – Шарлотты, матери Лолиты и порывистый, непоседливый и порочный характер маленькой Лолиты.

Образы, так четко прорисованные писателем, были четко очерчены строгим взглядом из-под очков и жестами, который порой договаривали сильнее слов, порой объясняя и подчеркивая главное. Но – парадокс – в его прочтении не было ни грамма пошлости или скандальности, которые могли бы быть приписаны оригиналу. Не первый план выходили спокойствие и мудрость немолодого сказителя.

Этот моноспектакль был впервые прочитан много лет назад перед Дмитрием Набоковым в музее-квартире писателя на Большой Морской, и хочется наедятся, что живое слово будет сильнее модных нынче протестов, гребущих под одну гребенку, как вечное, так и сиюминутное.

Валентина Казакова, специально для MUSECUBE

Фотоотчет Юлии Левченковой смотрите здесь

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.