«Женитьба Фигаро» в Московском Губернском театре при поддержке Фонда Безрукова дала возможность Сергею Безрукову выступить сразу во многих ипостасях: для спектакля он не не только худрук театра и со-руководитель постановки, но и исполнитель роли графа Альмавивы. Режиссером заявлена Алла Решетникова.

Собственно, фокус самого спектакля изрядно смещен в сторону власть имущего, даже манера игры Степана Куликова (Фигаро) изрядно тяготеет к привычным для зрителя интонациям и игре самого Безрукова. Вместо круговерти уловок хитроумного слуги зритель рискует заскучать в семейных дрязгах аристократии (или — при должном настрое и любви к the театру — не сильно рискует).

У Фигаро на глазах у зала крадут не только право первой ночи с молодой женой, но и выписанное Бомарше внимание к его собственной персоне. Он безуспешно проигрывает этот поединок с Альмавивой с перерывом на антракт (также как Кузьминки — по тексту пьесы премьеры — проигрывают его Лондону).

Граф показан мерзким, манерным и самовлюбленным: он попирает границы только потому, что они не заперты. Роскошь, вседозволенность и развращенность здесь выходят на первый план настолько, что вслед за уничижающим пассажем о Кузьминках следует новый, с явным политическим окрасом и противопоставлением двух судеб: ведь пока кто-то — ввиду общественного положения, конечно же — развлекается на охоте, кому-то — с другой ступеньки этой социальной лестницы — будет уготовано умирать на поле боя.

Гротеск и отсутствие какой-то бы то ни было скромности (как и чрезмерное поклонение графу и бесконечному шлейфу его парадного плаща) нарочито выписаны и в визуальной составляющей (сценография Андрея Климова): вот катится «ясно солнышко» с чьим-то высокосветским ликом, вот спускается огромный корсет с лентами, будто созданными для бегства тайных гостей из чужой спальни, вот устраивается свидание в беседке-подъюбнике… «Оставь надежду скрыть исподнее всяк сюда входящий», — прямо-таки искрит в воздухе воображаемыми всполохами безнадеги (поставили бы в МГТ оперу, в строке синхронных титров «прописалось» бы ровно это).

Графиня (Наталья Шклярук) с её несколько «отлетевшей» сюрностью да смешливая нелепость Керубино (Кирилл Новышев) здесь как глоточки свежего воздуха при перелистывании безумно красивого, но затхлого собрания сочинений средневековых гобеленов.

Эта «Женитьба Фигаро» будто бы исподтишка и насмешливо манифестирует: истеблишмент выходит из тени в самый неподходящий момент, оставляя челяди лишь право досадливо наблюдать со стороны. Постановщики сознательно отказываются от искромётной интриги плутовского жанра в пользу тягучей иронии над социальной лестницей. Это не весёлая комедия положений, а скорее горьковатая притча о том, что в мире, где сильный всегда прав, умному человеку остаётся только одно — вовремя заметить, с кем не стоит связываться, и тихо уйти со сцены, пока не пришла его очередь проигрывать.

Ольга Владимирская специально для MuseCube

Фоторепортаж Ирины Петровской-Мишиной можно увидеть здесь