p_F (2)Холодный петербургский апрель – идеальное время для ледяной синевы морозного неба и утопающего в сугробах заколдованного стеклянного леса, в который попадает маленькая восьмилетняя девочка: московский театр «Практика» на сцене «Ленинград Центра» поведал петербуржцам историю-притчу писательницы Линор Горалик «Агата возвращается домой».

Весь текст сказки исполняет актриса Алена Котова, которая под музыку Алексея Айги, Владимира Мартынова и Антона Батагова увлекает зрителей вслед за девочкой Агатой в запретные снежные чащобы и ставит перед ними те же задачи, с которыми сталкивается Агата. Правда, в отличие от нее, они могут отложить их решение на неопределенное время, тогда как героине непременно нужно разобраться с ними сразу, не откладывая, чтобы сбросить тяжелое наваждение и вернуться домой.
Казалось бы, с маленькими серьезными девочками всегда так: то они падают в кроличью нору, то оказываются в зазеркалье, то их уносит ураган в волшебные страны, а шкафы оказываются тайным ходом в иные миры. Но это совсем другая история. Не про приключения, а про искушения. Не волшебная, а реальная. Даже слишком.

Режиссеры Эдуард Бояков и Филипп Григорян успешно пользуются минималистическими приемами. Одна единственная актриса почти все время находится на сцене и произносит текст в декорациях, состоящих из нескольких гладких белых труб с одной стороны сцены и с доской с перекидными страницами – с другой. На этих страницах возникают персонажи и картинки, о которых рассказывает актриса, создающая одновременно образ и автора, и Агаты. Художник по свету Сергей Васильев и команда специалистов по видеоинсталляциям Russian Visual Artists творит заколдованное пространство, превращая длинные трубы в замерзший лес из стекла, по стволам которого скользят то ли звезды, то ли искры льда, а на большом экране в глубине сцены то и дело меняется цвет зимнего неба – от ярко-синего до черного, безнадежно бездонного. Платье-трансформер героини – одна из восхитительных работ Гали Солодовниковой – становится то звездным небом, то лучами расходящегося в темноте снежного сияния, то принимает в себя змея, спиралью закручивающегося вокруг Агаты при столкновении с каждым новым искушением. Музыка композиторов-минималистов довершает создание завораживающей атмосферы, из которой зрителю уже не выбраться до самого конца спектакля.

AgataМаленькая Агата, соскучившись сидеть в одиночестве, отправляется в лес вопреки запрету родителей. Она уговаривает себя, что сделает всего пару десятков шагов и тут же вернется обратно по собственным следам. Дальнейшее развитие событий наглядно демонстрирует постулат о том, что жизнь сложнее всяких схем и планов. В лесу Агата как бы случайно ловит за хвост бесёнка, который в качестве выкупа за свою свободу предлагает девочке показать клад. Но бесы на то и бесы, чтобы водить за нос, и вместо клада Агата оказывается лицом к лицу с отцом-бесом. И тут начинается уже серьезная игра под видом детских «ладушек». Сказка становится по-настоящему страшной. Не для детей в зале, многие их которых еще не успели встретить свое мохнатое чудовище, а вот среди взрослой публики наверняка нашлось немало тех, кто сознательно или бессознательно вспомнил ощущение прищемленного хвоста под своей ногой и оглушительный свист ветра в ушах от жуткого полета верхом на мелком бесе к большому.

Нарушая закон (прежде всего, внутренний, моральный), рано или поздно непременно споткнешься и, скатившись по снежному склону, окажешься «победителем» маленького бесёнка. Но эта кажущаяся победа – на самом деле обычная ловушка. Агата поддается соблазну заполучить клад якобы даже не для своей личной нужды, а для родителей и маленького братика или сестрички, о котором они мечтают и которого ждут. Только в таких делах всегда две стороны медали и все далеко неоднозначно. Нарушенный закон требует загладить колючее и царапающее чувство вины. В данном случае – перед мамой и папой. И всегда – перед самим собой. Почему бы на сей раз не кладом?
В стеклянном лесу, прекрасном, но мертвом, Агата сталкивается с еще большим соблазном: во время игры в ладоши с тем, кто называет себя отцом бесёнка, она вдруг видит все свои проступки почти подвигами сильной, смелой, умной девочки. Ей показывают картинки из будущего, в котором она великолепна и невероятно хороша. Игра становится все быстрее и опаснее, и, когда, наконец, заканчивается, Агата будто просыпается и в ужасе цепенеет от осознания того, с кем она только что играла.

Но череда испытаний только началась. Агате приходится выстоять перед сильными искушениями, которые предлагаются ей в виде колец. Делая над собой громадное усилие, она отказывается от всех, но последнее берет, внутренне оправдывая себя тем, что это положит конец пытке и ей разрешат вернуться домой. В подтверждение своего непоколебимого намерения ничего не принимать от этого человека-нечеловека, едва добравшись до дома, она прогоняет бесёнка и бросает ему вслед страшное кольцо, сулящее ей помощь и исполнение всего, чего бы она ни пожелала. Но уж если принял кольцо, избавиться от него не так просто.
История маленькой Агаты – вечная история.

p_FКонечно, выброшенное кольцо в какой-то момент начнет казаться самой необходимой в жизни вещью и будет найдено.
Конечно, дело тут совсем не в кольцах, а в той самой роковой игре в ладоши, которая делает тебя недосягаемо прекрасным в собственных глазах, но в результате эта игра разрывает человеку сердце. Как не вспомнить здесь сакраментальную финальную фразу персонажа Аль Пачино из фильма «Адвокат дьявола»: «Мой любимый грех – тщеславие».
Конечно, в борьбе с искушениями и соблазнами приходится бороться не с какими-то мифическими бесами, а с самим собой. Клад, кольца, игра в «ладушки» не навязываются, только предлагаются. В дар, как будто даже без требования чего-либо взамен. Выбор остается за человеком. Всегда только за человеком.
Раз оступившись со снежного склона (а эта участь, видимо, уготована каждому), приходится вступать в битву с самим собой, чтобы вернуться домой, то есть к самому себе – не выдуманному, не призрачному, но живому, настоящему, без масок.

Но одержав победу в одном бою, расслабляться точно не стоит. Жизнь имеет свойство возвращать к тому, что не было доделано, или переводить на новый виток испытаний по завершению предыдущего. Для того, чтобы не тратить ее на вечный бой с собственными ветряными мельницами, хорошо бы когда-нибудь научиться тому, чему в конце сказки сумела научиться Агата, – прогонять всех последующих бесенят, которые бесконечно будут подставлять под ноги свои хвосты. С малыми справиться проще, чем с большими. Главное, их не приручать.
Может быть, тогда мы научимся любить себя такими, какие мы есть, а не эфемерные миражи о самих себе. А тогда и бороться ни с кем не придется:

«Свирепый Посейдон, циклопы, лестригоны
Тебе не встретятся, когда ты сам
В душе с собою их не понесешь,
И на пути собственноручно не поставишь».
Константинос Кавафис

После спектакля некоторые мамы объясняли детям, что делать плохое – это не очень-то хорошо, потому что все равно накажут.
Дети задумывались. И просили шарик.

Елена Немыкина, специально для Musecube
Фотографии взяты из открытого доступа

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.