Так получилось, что я не пропускаю выступление Rozhden в Москве, хожу на все. Он один из самых интересных молодых артистов и каждый его приезд – событие, что подтверждают полные залы. А в этот раз мы ещё договорились об интервью непосредственно перед выступлением. Поэтому я пришёл в «Москва Hall», где, как нам обещали, будет презентация нового альбома «R2» и клипа на уже известную песню «Роса». Всё оказалось не совсем так, что ничуть не испортило эмоций от концерта.

— У вас вышел новый альбом и новый клип?

— У меня ещё не вышел новый альбом и ещё не вышел новый клип! Всё это случится в ближайшие несколько недель. Но могу рассказать все новости.

— Начнём с клипа?

— Давайте. Клип снял Алан Бадоев. Алан очень крутой и я долгое время мечтал с ним посотрудничать. Но есть момент, что ты всегда – начинающий артист, вне зависимости от того, 5-7 или 10 лет ты начинаешь. Если ты недостаточно известен, то ты всегда начинаешь. Поэтому раньше у меня не было некого близкого доступа к нему. Хотя он сам предлагал мне сделать клип бесплатно, потому что ему нравится моё творчество, ему это было интересно. Но мы не совсем сошлись во взглядах на идею, которую он предложил на тот момент. Тогда он хотел снимать клип на песню «Пустяк» и это было очень правильно, песня очень известная.

— Уточню: это было сейчас?

— Нет, около года назад. Но получилось следующим образом: его идея была в том, чтобы совместить песню с танцами, причём не моими, а другого человека. Стиль, когда передают эмоции с помощью движений. Мне это было не совсем близко, тогда общая тенденция на эту тему пошла, после клипа Sia. И мы разбежались.

Потом появились песни с нового альбома. И нам стало чётко понятно, что хватит сотрудничать с «молодыми и перспективными». Пора поработать с кем-то, кто имеет большой опыт и знает, как правильно делать. Не всегда тонко творчески, но по качеству выигрышней, чем у молодых. Мы с Аланом стали слушать демки и он сходу начал предлагать идеи, от которых офигели все присутствующие. И мы сразу решили, что будем работать.

— Вы выбирали из нескольких песен?

— Мы с Аланом дружим и я часто показываю ему демо. У меня есть круг людей, кому я доверяю и чьи вкусы мне нравятся. Я им ставлю демки и смотрю на реакцию. Алану нравится то, что я делаю и нет отношения: «Это — хит, а это – нет». В моём понимании то, что я пишу, по саунду – хороший зарубежный поп. Я не считаю, что моя музыка – это альтернатива. Просто в рамках отечественного шоу-бизнеса людей очень волнует звук и они привыкли к коньюктуре. Если что-то стало популярным, то все начинают это делать. Некий коммерческий звук на определённый период времени. В общем, я считаю, что делаю популярную музыку и Алан смотрит на это следующим образом: неважно, на какую песню снимать видео. Важно, чтобы зритель мог почувствовать и понять меня. И эта самая правильная позиция среди всех клипмейкеров, с которыми я работал. Все отталкиваются от идей, мало кто пытается раскрыть артиста и смысл песни. В основном все работают над тем, чтобы удовлетворить свою творческую идею, которая кажется им оригинальной.

— Раз вы друзья, то было легко работать?

— Да. Алан – большой профессионал. Вне зависимости от нашей дружбы, он на всю отдаётся процессу. Такой работы я не видел никогда в жизни. 10-15 человек с разными функциями, будь то гримёр или осветитель – это сплочённая команда людей, которые друг друга уважают, а Алан такой начальник, который не ругает, а вдохновляет. И это убедило меня немного пересмотреть отношения с людьми, с которыми я работаю.

— Расскажите о новом альбоме. Я был на вашем предыдущем концерте в Москве и слышал несколько новинок.

— Да, в прошлый раз мы исполняли несколько новых песен, но не презентовали их как треки с нового альбома. Тогда мы ещё не понимали, каким альбом будет, Сейчас мы с ним определились. Я однозначно решил, что я готов рискнуть и сделать его более хип-хоповым. Когда я был совсем юным, мне казалось, что это очень настоящая музыка. Люди крутятся в своей лирике и в том, что их окружает – будь то двор-район или дорогая машина. Речь о том, что меня это очень сильно зацепило и я понял, что мне очень не хватало грува. Я очень люблю рок-н-ролл и я мечтал записать первый альбом в стиле «винтажный рок-н-ролл». Но я не учёл тот факт, что любая рок песня на русском языке – это русский рок. Какие бы ассоциации ты себе там не лелеял – «Muse», «Coldplay» или Боб Дилан – у тебя всё равно получатся варианты русского рока. Поэтому в новом альбоме я решил совместить глубокие гармонии в стиле фолка или гранджа (я большой фанат Боба Дилана и «Alice in Chains») и совместить их с хип-хоповыми качовыми битами.

— Я видел, как на одном из концертов вы достаточно чётко одёрнули зрительницу, крикнувшую что-то некорректное. Вы жёсткий человек?

— Я бы не сказал. Но в какой-то период времени, особенно когда начинал, я очень чётко понимал, что я хочу. Чем дальше ты развиваешься, тем больше понимаешь, что развитие – это компромисс. Не потому, что мы живём на постсоветском пространстве. В первую очередь потому, что совместить одно направление с другим – компромисс. Совместить что-то глубокое и нечто простое очень сложно. Раньше я старался держать позицию во всём и это имело разные проявления, например, в поведении на сцене. Но всё приходит с опытом. Чем больше концертов, тем больше понимания правильного поведения. Сейчас я стал проще смотреть на многие вещи. Иначе на всё сил не хватит.

— Я почему об этом спросил: есть поклонники, которые привыкли к определённой публике, а вы меняетесь. Вас волнует реакция в интернете, например? Вообще читаете комментарии?

— Я думал об этом. Но если мы посмотрим на западный шоу-бизнес, как на пример велосипеда, который не нужно придумывать, то если ты хочешь развиваться, тебе нужно принимать тенденции. Конечно, прекрасно быть как «Radiohead», держать свой стиль, марку, слегка менять сведение, не меняя свою музыку – это тоже позиция. Но именно эта позиция помешала «Radiohead» написать музыку к фильму «Спектр» из «бондиады». Им дали заказ, они написали свою песню, а в итоге взяли песню Сэма Смита. Нужна была песня, соответствующая времени. Суть в том, что если ты хочешь соответствовать, нужно не бояться меняться.

— Но вы не ответили про реакцию.

— Как любого человека, меня волнует реакция. Как бы я не пытался убедить себя в том, что не стоит по этому поводу переживать. Но есть естественные вещи, которые невозможно поменять. Ты не можешь нравиться всем. Соответственно, кто-то уйдёт, кто-то придёт. А кто-то потом опять придёт. Это нормальный процесс. Например, я. Я ведь тоже потребитель и слушаю музыку. И бывают ситуации, когда что-то новое и трендовое я отторгаю. Особенно когда на это есть большой спрос. И это происходит в первую очередь потому, что мне не хочется сразу же бежать за массой, я хочу подождать и подумать. Найти правильную эмоцию, точку соприкосновения. Яркий пример – певица Sia вдруг стала очень трендовой. И, несмотря на то, что мой хороший друг Рустам Киреев с MTV очень её любит и писал на Facebook о ней хорошие посты, я наблюдал, но душа не лежала. А потом, когда спала вся эта волна, я начал переслушивать песни и понял, что это действительно гениально, в этом есть что-то настоящее, несмотря на суперкоммерческий звук и что-то суперпонятное и простое для всех.

— Насколько вы готовы к компромиссам в творчестве? Что либо сделать под радиоформат, например? Спрашиваю, потому что на радио я вас не слышал.

— В том то и дело, что это определённый опыт и время. Когда людям ты нравишься, радиостанции лояльнее к твоему личному формату. Есть достаточное количество примеров того, когда продюсеры специально устраивали некий вымышленный спрос: люди звонили на станции и просили песни, для того, чтобы редакторы нашли ответ для этих людей и поставили артиста в эфир. Всё идёт от того, насколько ты уже востребован. Конечно, если ты хочешь встать на радио с ноля, то тебя будут ломать и вертеть не только в рамках формата, но и в рамках понимания программного директора. К этому я, конечно, не готов.

— Я так понял, что у вас нет продюсера и весь процесс вы рулите сами?

— Понятие о продюсерах у нас очень сильно исковеркано.

— Я имел в виду именно творческую составляющую.

— Думаю, именно я больше всего продюсер своей музыки. Но я прислушиваюсь к мнению своей команды и стараюсь не самоутверждаться за счёт чего-то сложного и непонятного. Мне хочется, чтобы по крайне мере те люди, которые рядом со мной, были уверены, что эта музыка классная и они хотели бы идти и искренне говорить людям, что это здорово. Потому что, когда ты что-то продаёшь, то прежде всего ты должен продать это самому себе. Когда ты говоришь людям: «Послушайте, это классно!» — ты не будешь никого обманывать.

— О выступлениях: будет что-то меняться? Или вам вполне комфортно на сцене с командой?

— Думаю, что всё вполне естественно. Как только захочется чего-то другого, как почувствуем, что что-то нужно – мы будем что-то менять. Просто если сразу начинать что- либо хаотично строить, то ты очень сильно расфокусируешься. Можно не понять с чего начинать и куда двигаться. Поэтому, в первую очередь мы делаем так, чтобы это вкусно звучало и уверено выглядело. А во вторую – чтобы это было необычно .

— Вы стали чаще появляться в Москве, что радует. Вы по прежнему постоянно живёте в Одессе?

— Я живу в разных городах. И чем больше городов я посещаю, тем чаще появляется мысль: «А хотелось ли мне здесь жить?». Я такой человек, что когда всё становится предсказуемым и понятным для меня, то мне становится некомфортно. Я чувствую, что не развиваюсь. Я стараюсь делать так: надоело в одном городе – уехал в другой. Понятно, что у меня есть семья, родители и я не могу долго без них. Но я постоянно мотаюсь: 3 недели там, месяц здесь. Сейчас я в Москве, потом в Киеве, затем в Одессе. По-разному.

— У вас будет тур по стране или всё это спонтанные концерты?

— «Тур» — понятие, применимое к тем артистам, которые уже утвердились на сцене. А я тот артист, который всё ещё формируется. Как бы это странно не звучало. Кому-то достаточно года – двух, чтобы сформироваться. А кому-то, возможно, и 20 лет недостаточно будет. Конечно, мне бы хотелось побыстрее «устаканиться». Но если ты хочешь развиваться, то ты постоянно меняешься. Тур – это когда люди чётко понимают, куда они идут и что они увидят. В моём случае так: на одном телеканале я могу быть одним и люди смотрят и не понимают: «А почему он такой весёлый, когда у него такие грустные песни?». Потом они приходят на мой концерт и видят меня очень эмоциональным. Потому что это – моя работа. Я должен, выйдя со сцены, чувствовать усталость. Знать, что я отдал всё, что мог. И люди снова не понимают: «Если песни такие томные, то чего он такой подвижный на сцене?». Я формируюсь, мы ищем «золотую середину» во всём — в саунде, в сцене. Так что сложно назвать наши концерты «туром». У тура есть концепция. Это когда долго к нему готовишься, а потом его выдаёшь. Сейчас в моём формате: люди захотели – я приехал.

— Давайте завершим каким нибудь жизнеутверждающим обращением?

— Я хочу сказать, что всё будет хорошо. Это очень важно услышать. Если много работать, то можно добиваться какого-то удовлетворения. Главное – не забывать о следующем: тот уровень, на котором ты находишься сейчас, это то, к чему ты стремился пару лет назад. Соответственно, мысль, что тебе недостаточно, нужно зачёркивать и помнить о том, о чём ты мечтал раньше. И уметь радоваться достигнутому.

Александр Ковалев, специально для Musecube.org

Ссылки
http://www.rozhden.com/
https://vk.com/rozhdenanusi
https://www.instagram.com/rozhdenanusi/
https://www.facebook.com/RozhdenAnusi?fref=ts
https://www.youtube.com/user/rojdenofficial/feed
https://itunes.apple.com/ru/artist/rozhden/id1044230524?l=en

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.