Разговор о любви невозможно начать, его можно лишь бесконечно продолжать, ведь в большинстве своем эта магия имеет свойство незримо присутствовать в каждом движении. О главнейшем из чувств, соединяющем человека с Богом, постоянном и неизменном, – спектакль режиссера Руслана Кудашова «Песнь песней», премьерные показы которого прошли 7 и 8 сентября в Большом Театре Кукол.

За основу постановки был взят древнейший и, пожалуй, самый поэтичный библейский текст, но речь здесь скорее идет о неком трамплине, от которого оттолкнулись создатели и с головой нырнули в глубины любовной метафизики. «Любовь начинается с осознания чувства собственного одиночества. Время такое – люди растворяются друг в друге. Ты есть. Ты сам по себе. Любовь – это не возможность раствориться, но возможность диалога», – говорит Руслан Кудашов о том, что было осознано за время работы и достигнуто посредством визуальных образов, пластики и звука. Был проделан большой авторский труд, это не вызывает никакого сомненья, очень уж прочной и многоплановой выглядит нить спектакля, слишком силен ряд аллюзий и ассоциаций, надолго остающийся после него.

В «Песне песней» можно с радостью отметить развитие творческой команды, когда актеры уже настолько срастаются со своим Мастером (хотя, казалось бы, куда больше?), что их фамилии заслуженно стоят в перечне режиссерской группы: Анатолий Гущин, Виктория Короткова, Денис Казачук, Василиса Ручимская. «Песнь песней», отчасти, это закрытие всех незавершенных гештальтов. Видно, как долго, терпеливо и любовно подбирались создатели к воплощению своего замысла, как бережно ткали полотно постановки. Действительно, в истории мастерской Руслана Кудашова за период ее пребывания в стенах Большого Театра Кукол это уже не первое обращение к библейской теме: в 2012 году увидел зрителя пластически пронзительный, выразительный «Екклесиаст» с его безмолвными диалогами о поиске света, Бога и обретении смысла бытия. «Песнь песней» в цитатах звучала в спектакле «Кафе, или Безумный день одного влюбленного бармена», где девочка с рыжими волосами постигала самую важную жизненную философию – философию любви. Закадровый текст Мераба Мамардашвили очерчивал канву разума и системы в безудержной «Шекспир-лаборатории», а в «Песне песней» нашли свое место его рассуждения о жизненных нитях. В этой постановке, безусловно, пригодились все дорогие и тщательно подобранные «якоря», по ним можно судить об уже сформировавшемся стиле мастерской. Именно они закрепили единую картину, в основе которой, как и в основе всего, любовь, на этот раз истинно глубинная и первозданная, служащая началом и прообразом всего, лейтмотивом проходящая сквозь каждую минуту спектакля. Поэтому, наверное, невозможно избежать бесконечного повторения слова «любовь», ведь синонима ему просто не существует.

…Перед спектаклем стоит привычный гул и шум, немного волнительный, премьерный, но его постепенно перебивает звон колокольчика, которым босоногий парень собирает зрителей в зал, где уже находятся книгочеи. В «Песне песней» именно они отвечают за текстовые сопровождения, транслируя зрителям субтитры происходящего. Что же на сцене? История о царе Соломоне и его возлюбленной становится отправной точкой, ее поддерживают этюды о влюбленных, которые попеременно создают друг друга и произрастают друг в друге. Есть Он (Анатолий Гущин) и есть Она (Виктория Короткова), те двое, что созидают гармонию и красоту. Чуть разъединишь их, выведешь из строя ладно работающий механизм – и исчезает ощущение чуда, они перестают открывать миру сердца и продолжать себя в природе.

Важность зарождения чувства становится очевидной, когда безвольные тряпичные куклы оживают в умелых руках актеров. Зеркала отображают вторые половинки, создавая тем самым полную картину мира, где возлюбленные становятся то Адамом и Евой, то Ромео и Джульеттой, где гранатовые яблоки символизируют соитие душ и тел, а салфетки со словом «любовь» обнажают очевидность божественного предназначения влюбленных. Наверное, один из самых трогательных моментов, удивляющий своей простотой, точностью и счастьем, – это этюд, исполненный ступнями ног, когда Он и Она соединяются в райских кущах, где животные разговаривают с людьми и живут общей радостной судьбой. Гремит гром, меняются декорации, ткачи ткут жизненные нити, прочность которых проверяют метущиеся души влюбленных, но в хаосе сохраняется крепкая связующая сила: за всеми изменениями настроений, подчеркнутыми музыкальными (Владимир Бычковский, Анатолий Гонье) и световыми (Лариса Новикова) перестроениями, следит девочка Любка (Василиса Ручимская). Из нежной, девственно-белой Любаши она постепенно становится мудрой, всепрощающей, алой Любовью. Ее эволюция разнопланова, затейлива, зачастую неожиданна, она увлекает за собой в темные глубины переживаний, чтобы все равно потом вывести к светлой истине: «Большие воды не могут потушить любви, и реки не зальют ее».

Елена Бачманова, специально для MUSECUBE

Фотоотчет Евгения Мироненко смотрите здесь

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.