Лето, как бы ни было печально, закончилось, и это неоспоримый факт, о котором свидетельствует стремительно понижающаяся температура воздуха и скорбные статусы людей в социальных сетях. Однако, осень отнюдь не повод для тоски и печали!

Уже совсем скоро, 27 сентября, в широкий кинопрокат выходит добрая комедия под названием «Мужчина с гарантией». Главную роль в фильме исполнил народный любимец, актёр и крайне позитивный человек, Александр Олешко.

В новой картине он предстаёт в роли охранника супермаркета, своеобразного «домового» этого торгового мира, в котором проходит его жизнь. А жизнь, как известно, интересная штука, и знакомство с любым человеком вполне может стать началом лучшей её главы…

За чашечкой кофе в одном из уютных московских кафе Александр побеседовал с Musecube о фильме, любви, и жизни, открылся, как потрясающе глубокая личность и поведал секреты счастливого бытия.
Всё самое интересное – в большом и содержательном интервью.

 

Musecube (М.) торжественно: Александр, добрый вечер! Музыкальный портал Musecube поздравляет вас с выходом фильма. Это грандиозная премьера, которую мы все с нетерпением ждём.

Александр Олешко (А.О.), улыбаясь: Спасибо.

М.: Это же ваша первая главная роль в кино?

А.О.: Да. Если бы вы не напомнили, я бы об этом даже не знал.

М.: Правда? Ну мы знаем всё. На экранах вы появляетесь часто, но главной роли, так, чтобы на вас держался весь фильм, до сих пор не было.

А.О.: Вы знаете, существует такая проблема у комедийных артистов, особенно в сложное время перемен, когда нет сценариев, нет тем интересных, нет историй… И я выбрал для себя вот такой компромисс – телевидение. Выбрал «Большую разницу», выбрал пародийные проекты, выбрал то, что меня могло бы освободить от наблюдений, чтобы это всё ушло к людям. Чтобы я радовался не в одиночку. И когда мне предложили такой сценарий (фильма «Мужчина с гарантией», прим. ред.), я дрожал от радости и счастья, потому что в нём не было пошлости. В нём очень много тонкого юмора, очень много любви, энергии, души… В нём совершенно другая Нона Гришаева, совершенно другой я. И это очень приятно. Фильм, конечно, называется немного странно… Мне не очень нравится название, потому что оно не отражает суть происходящего, ну да ладно. Будем считать, что мужчина с гарантией – это я. И я, как человек ответственный, гарантирую всем, кто придёт на этот фильм, что он его запомнит, что он не будет плеваться, не будет обсуждать его плохо, и попросит своих друзей и знакомых сходить на киносеанс ещё раз. Потому что там есть самое главное – там есть надежда, есть рецепт счастья, если хотите. Там есть ответ на вопрос «Как быть счастливым?».

М.: То есть фильм об этом – как быть счастливым?

А.О.: Как быть счастливым, что такое совесть, как не пропасть в сложное время, что такое настоящая любовь, что такое деньги и их количество, что такое деньги и их отсутствие, что такое чувства и их отсутствие…

М.: Интересно. А как вы можете охарактеризовать своего героя. Какой он?

А.О.: Он – настоящий человек. Он очень похож на меня. Если я сам буду про себя говорить, что я сентиментальный, ранимый, чувственный… К сожалению, всё так извращено, что мало кто воспримет это, как какую-то положительную историю, часто говорят: «Нет. Мужик должен быть бронёй, танком!» Нет, это всё ерунда. Я видел, как настоящие крепкие мужчины плакали от восторга, радости и счастья, когда рожали их жёны, когда они в первый раз держали на руках собственного ребёнка… Эти слёзы тоже надо отменить? Мне кажется, это абсолютная глупость, поэтому в этом фильме представлен такой тип «человека для обсуждения», который говорит всем, что можно быть разным, и это значит быть настоящим. Тот век, в котором мы живём – искусственный, продукты искусственные, ткани искусственные, кирпичи искусственные, всё искусственное. Нано-технологии. Если скоро появятся нано-люди, я этому не удивлюсь. И чтобы противостоять всему этому, надо сказать, что вот есть морковка из подмосковной теплицы, из огорода, а не из Турции, и она слаще, и так далее… Так и с людьми. То, что настоящее, то и вызывает настоящие чувства.

М.: Расскажите, как проходили съёмки. Что смешного случилось на съемочной площадке. Сложно было, или наоборот?

А.О.: Съёмки круглосуточно проходили в супермаркете. Однажды в костюме охранника, я разговаривал с кем-то по мобильному телефону в перерывах, и вижу, кружит семейная пара вокруг меня… Потом мне гримёры рассказали: вот эта дама, сердобольная, своему мужу говорит: «Смотри, Олешко-то всё… Деньги закончились, работа закончилась, подрабатывает». Ну это же часто так бывает, когда артисты «сегодня на коне, завтра под конём»… И они подумали, что я уже под конём, пожалели, и делали круги вокруг меня, фотографируя эту страшную, трагичную историю (смеётся).
Ну а в первые два-три дня мы там наделали шороху, потому что служба охраны не понимала, что это за новичок ходит по супермаркету, они друг друга по рациям спрашивали: «А это кто? Из какого отдела?» Пока не выяснили, что кино снимают, с подозрением смотрели, а потом успокоились и начали фотографироваться.

 

М.: А в реальной жизни смогли бы вот так поработать в супермаркете, если бы пришлось?

А.О.: Вы знаете, я, если понимаю, ради чего и что я делаю, могу всё. Вот сейчас, например, я отправляюсь по стране колесить, представлять фильм, но оригинальными образом – в самых настоящих ЗАГСах буду расписывать людей. Мы снимали сцены фильма в ЗАГСе в Подольске. И вот, там был объявлен перерыв. Нам сказали: «Сейчас будет перерыв в съёмках, потому что должны расписать настоящую пару». И нам режиссёр говорит: «А вам слабо сейчас с Гришаевой выйти и расписать людей?» Я говорю: «Нет, не слабо». Я и Гришаева вышли в зал. Регистратор была немножко смущена всеми этими историями, но я сказал, что мы от имени артистов всех приветствуем, совет вам да любовь, плодитесь и размножайтесь, берегите друг друга… Вы знаете, у жениха было такое перекошенное лицо в этот момент! Он, наверное, судорожно думал, сколько ему придётся доплатить за то, что в этом ЗАГСе артисты из телевизора поздравляют. Потом он успокоился, невеста оттаяла, мы с ними сфотографировались, подарили фотокарточки с автографами, и ушли. Стали наблюдать за этой ситуацией из-за двери в щёлочку. Это было потрясающе! Регистратор говорит: «Всё, вы муж и жена, заберите свидетельство». А жених отлично отреагировал: «Ну, свидетельство ладно, а где фотографии, которые они мне подписали?» Получилось, что на какой-то момент это событие превзошло саму свадьбу. Я подумал, и сказал продюсеру, что если у нас в этом фильме свадьба с Гришаевой, есть любовь, и мы уже один раз расписали людей, то почему бы не поездить по городам России нашей прекрасной, каким возможно физически, и не порасписывать артистам людей? Поэтому я еду это делать с радостью в самые разные города страны. Буду расписывать и говорить, что есть очень хороший фильм, все могут прийти и увидеть, как на экране два человека обрели счастье. И обрели его навсегда. И я хочу, чтобы вы в этом городе, в этом ЗАГСе обрели друг друга навсегда. Вот такой посыл.

М. : Наверное, от режиссёров сейчас посыпались предложения какие-нибудь интересные?

А.О.: Никаких.

М.: Удивительно. Почему так?

А.О.: Я не думаю, что они посыпятся даже после того, как кино уже выйдет, потому что у нас такое странное киносообщество, где все друг друга не любят, фильмы друг друга не смотрят, но очень обсуждают всё то, что не смотрят. И вообще, перестали относиться к профессии, как к некоей мастерской. Знаете, ведь в мастерской бывает рамка, подрамник, эскиз… Не знаю точную терминологию всего этого, но бывает, что картина получилась, а бывает нет, какой-то набросок отложен в сторону, или какая-то картина уже висит, и думаешь, что надо что-то добавить. У нас же никто никому не даёт право на ошибку, на эту творческую мастерскую. Кто-то сделал дело – ты восхитись хотя бы тем, что люди не сидят сложа руки, они что-то делают. Ошибка. Хорошо, ладно, но не надо за это уничтожать друг друга, не надо поливать грязью, не надо унижать. У нас, к сожалению, тональность в киносообществе, да и не только,  – закатывать в асфальт, катком проехаться, уничтожить, и редко, когда кто-то способен чью-то деятельность, работу как-то разобрать, быть терпимей… Ну поэтому я не ожидаю резкого всплеска внимания режиссёров ко мне, зато я ожидаю тёплую реакцию от людей, простых зрителей, которые придут в кино. Если по большому счету говорить, то именно для этих людей, по крайней мере, я живу и работаю. Значит, они услышат то, что я хотел им сказать: даже в самое трудное время, которое переживала наша страна, например, в 30-е годы, когда людей уводили каждый день воронками и расстреливали, на экранах блистала Любовь Орлова, и  несла людям веру, надежду и любовь. Понимаете? Когда в послевоенное время опять было страшно, гадко, лживо, ужасно, были артисты, которые дарили людям надежду, выходили добрые фильмы, которые дарили людям радость, и говорили: «Мы всё перенесём! Всё будет хорошо». Вот я этим фильмом хочу сказать, что всё будет хорошо, мы переживём и это время.

М.: Это похоже на настоящую миссию.

А.О.: Да, я не отношусь к своей работе, как работе с девяти до шести. Есть, конечно, люди, которые себя чувствуют себя в этом ритме прекрасно, и счастливы. Я просто к своей профессии действительно отношусь, как к некоей миссии, потому что мне есть, что сказать.

М.: А когда в вас проявился актёрский талант?

А.О.: Я, конечно, не фиксировал, когда он там проявился или не проявился, я просто давно в детстве понял, что не смогу жить без того, что я делаю сейчас, и буду  делать, я думаю,  до конца своих дней. Без песен, яркости, радости, танцев, игры, света какого-то… В моём советском детстве были красные флаги и серые дома. И был цирк. А в цирке были блёстки, женщины с наклеенными ресницами, дирижёр в блестящем пиджаке и мир, который был противопоставлен этому, серо-красному. И я понял, что всё: это тот мир, в котором я хочу быть. Оркестр, цирк, кино… Это там, вот там! Хочу создавать несуществующую реальность, которая сможет стать существующей, скажем так. Все открытые канализации, из которых шёл зловонный запах, были моими, потому что я стоял на краю и представлял, что это тяжёлый дым, как на сцене, и я пел песни Пугачёвой «Айсберг». А ещё я представлял, что я разведчик, снимаюсь в военном фильме, что я дойду куда-то, и русские победят… А потом я приходил домой в облаке страшного запаха, а мама спрашивала: «Что у тебя там происходит в школе?» А я играл в артиста.

М.: Зрители вас видят в комедийном амплуа…

А.О.: И я себя тоже вижу в этом амплуа.

М.: А не было желания сыграть драматическую роль?

А.О.: Нет. Каждый человек должен делать то, что должен делать. Мне кажется, я был рождён, чтобы принести людям радость и праздник. Зачем я буду себя насиловать, и доказывать что-то? Я единственный актёр, который не хочет играть Гамлета. Пропади он пропадом, этот Гамлет. Пускай его играют те, кто хочет его играть, и может. Мне он никогда не был интересен как персонаж, которого я желал бы сыграть. Более того, не всякий драматический актёр способен играть комедийный материал. А я раз в три года бросаю кость для обсуждения: снимусь в каком-нибудь военном фильме, полежу в окопе, в грязюках, и говорю: «Нате, смотрите, я и это умею». Мне отвечают: «Ух, ты! Клёво-клёво!» Ну и ладно. Всё. Три года мораторий на все эти роли, и снимаюсь в том, в чём захочу.

Я не очень согласен, что комедия – лёгкий жанр, другое дело, что он дискредитирован. Мы живём в то время, когда юмор не юмор. Когда на авансцену вышел стёб. А ведь к чувству юмора стёб не имеет никакого отношения. Есть такие величины, как Аркадий Райкин. Уберите советскую составляющую из его монологов, и вы увидите, что это гениальный артист, он создал такую палитру образов, что никто не подступится к этой горе ещё много-много-много лет. Поэтому люди, которые являются героями стендап-камеди – да, они прекрасны, но не надо делать из них каких-то абсолютных уникумов. Просто общество наше уже настолько усреднилось, что оно перестало понимать, что есть что. Время подделок. Стёб-это подделка под юмор, а юмор – это пауза, это недоговорка, это взгляд… Это искусство. Я за искусство.

М. : Возвращаясь к фильму. В нём больше какого юмора?

А.О.: Доброго, тонкого, лиричного и понятного.

М.: Не могу не спросить о том, как играется с Ноной Гришаевой?

А.О.: Играется мне с ней с одной стороны легко, а с другой сложно, потому что, когда ты знаешь человека столько лет, видел в разных проектах, образах и так далее, ты уже можешь предугадать по движению глаза, что она сделает в следующий момент.

М.: Расскажите, какие в ближайшее время будут проекты? Отказываетесь ли вы от чего-нибудь?

А. О.: Ну я отказываюсь от того, что не могу осилить в виду занятости. А конкретных историй предпочитаю не называть, потому что актёры – люди суеверные. Не говори гоп, пока не перепрыгнешь, поэтому пока будем обсуждать время текущее, которое полностью посвящено премьере фильма, выхода которого я очень ждал, и очень рад, что время премьеры пришло. Я не рекламирую, но если вы хотите прийти в кино и уйти оттуда, не оплёвывая то, что только что посмотрели, милости прошу.

М.: Александр, с вами было очень приятно беседовать, спасибо большое за интервью. Можете в качестве финального аккорда сказать какие-нибудь хорошие слова читателям Musecube?

А.О.: Я пожелаю читателям смотреть на природу, в которой есть очень много подсказок для человека, как быть счастливым и состоявшимся. Новое дерево никогда не сможет прижиться, если у него нет корневой системы. Так же и человек. А что такое корневая система для человека? Это знание, это образование. Так вот: надо узнать, что было до тебя, изучить это, полюбить это, потому что эти знания помогут понять день сегодняшний, сделать закладки на будущее, и сделать счастливым день завтрашний. И всем я желаю развития этой корневой системы. Не пропускать жизнь, не тратить время на страдания, а самостоятельно делать своё счастье.

Интервью подготовила Екатерина Жгутова, специально для MUSECUBE

Фотографии предоставлены пресс-службой актера

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.