21051675909_637aa7a00b_bКаких только интересных и увлекательных проектов не бывает на белом свете! Воистину, талантливые творческие люди всегда знают, чем удивить искушенную публику. Вот и бессменный лидер, идейный вдохновитель московской команды «Мегаполис» Олег Нестеров не так давно представил зрителям концептуальный музыкальный спектакль «Из жизни планет». Что же отличает именно этот проект от всех остальных, от миллиона аналогичных? Просто звучит в нем «музыка из неснятых фильмов 60-х», вот в чем его особенность. Странно на первый взгляд, не так ли? Непонятно, как такое может быть, что вообще происходит, как же можно создавать саундтрек к нереализованным режиссерским замыслам? Тем не менее, оказывается, возможно и такое. В любом случае, ответы на все неизбежно возникающие вопросы можно было получить 5 сентября в музее современного искусства «Эрарта».

Итак, таинственный полумрак зала, разделенного на два зрительских лагеря. В середине — небольшая сцена, на которой ждут своего часа инструменты. Стол, какие-то чемоданы, пишущая машинка, неясный творческий беспорядок из разбросанных тетрадей и напластованных бумаг. По периметру пространства сцены расположены мониторы. Интрига все сильней с каждой минутой, но вот перед зрителями появляются участники «Мегаполиса» и Олег Нестеров собственной персоной. И долгожданное действо начинается мягким негромким intro без слов, настраивая нас на волну грядущего перфоманса. Но вот музыка смолкает, и Нестеров обращается ко всем присутствующим, что сегодняшний вечер станет увлекательным путешествием в прошлое, в далекие и одновременно близкие нам (во всех смыслах этого слова, заметим!) 60-е годы. Лидер «Мегаполиса» делает небольшое сугубо историческое отступление, рассказывает о роли и значении хрущевской «оттепели» в судьбе нашей страны, рассуждает о небывалом всплеске свободы творчества в искусстве, коротком, но весьма и весьма продуктивном.

Мелодии из так и не законченных фильмов, звуковые дорожки к невоплощенным шедеврам. Прерванные по вине обстоятельств планы из 60-х и музыка «Мегаполиса», написанная в наши дни. «Здесь целое кладбище неснятных фильмов»,- печально, с болью в голосе говорит Олег Нестеров, освещенный лучами софитов, держа в руках папки с мертвыми, ненужными киносценариями. Он одет в черное, словно бы носит траур по минувшим временам «оттепели» и духу свободолюбия в нашей крови, скорбит по несостоявшимся работам, способным изменить ход истории. Густые седые волосы и борода делают его похожим на мудрого древнегреческого философа, все понимающего, знающего всю правду жизни. «Быть может, если бы эти фильмы вышли на экраны, мы жили бы совсем в другой стране. Мы сами были бы иными»,- так рассуждает Олег Нестеров. История не знает сослагательного наклонения, это всем нам прекрасно известно, но лидер «Мегаполиса» позволяет себе хоть на минуту попытаться представить, как могла бы при иных обстоятельствах сложиться судьба как советского кинематографа, так и самого СССР.

Первый в этом печальном ряду — нереализованный проект выдающегося кинодраматурга и режиссера Геннадия Шпаликова. Он написал сценарий фильма о любви и о Москве под названием «Причал». По замыслу автора, лента должна была быть крайне лиричной, нежной, наполненной яркими и живыми диалогами. В картине Шпаликову хотелось показать красивую и влюбленную героиню наряду с красивой и – такое ведь тоже возможно!- влюбленной Москвой. В качестве постановщика был выбран молодой, талантливый и многообещающий режиссер по фамилии Китайский, большой друг по ВГИКу таких выдающихся мастеров, как Василий Шукшин и Андрей Тарковский. Не знаете такого режиссера, никогда о нем не слышали, не помните его работ? В этом нет ничего удивительного, ибо судьба этого подающего большие надежды постановщика сложилась более чем трагично. Очередной дотошный худсовет унизил, растоптал, уничтожил и сценарий Шпаликова, и все режиссерские наработки Китайского. Не выдержав подобной публичной экзекуции, молодой режиссер покончил с собой, повесившись на дереве. А Геннадию Шпаликову, человеку, создавшему такие отечественные шедевры, как «Я шагаю по Москве», «Застава Ильича»/ «Мне двадцать лет», «Ты и Я», чиновники от кино заявили, что он «никакой сценарист, абсолютно никакой!». Настоящая драма, с трагической развязкой.

Совершенно иной сюжет, другой режиссер, признанный мастер- Владимир Мотыль, но аналогичная горькая история. Сценарий, так и не воплощенный на экране, под названием «Семь пар нечистых». Место действия — Мурманск, время действия- 1941 год, осень. В открытом море на корабле оказываются политзаключенные ГУЛАГа и их конвоиры. С началом войны у них есть два варианта: просить политического убежища в Норвегии или попытаться выжить на небольшом островке в Баренцевом море. Мощнейший сценарный материал, огромные планы на масштабные по меркам того времени съемки. Но, но, но… Худсовет категорически запрещает поднимать в кино тему сталинских репрессий, и проект закрывают. В темноте зале, в полнейшей тишине, Олег Нестеров читает полные боли и отчаяния отрывки из дневника режиссера. Он морально раздавлен, унижен, не видит смысла в дальнейшем существовании, фактически сходит с ума. И при этом упрямо пытается бороться с системой, идти наперекор всем чиновникам и комитетам. Как мы уже можем понять — безрезультатно.

Третья история связана с именем признанного классика отечественного кинематографа Андрея Смирнова. Этот мастер своего дела, настоящий профессионал, на долгие тридцать лет был вычеркнут из профессии, а имя его предали забвению. А он всего-навсего отказался посвятить один из своих фильмов то ли очередному съезду партии, то ли какому-то пленуму ЦК. И все, немедленные репрессивные меры, а в итоге Смирнов остается без работы, без семьи, без средств к существованию. И вот, оказавшись в столь критической во всех смыслах ситуации, он решает обратиться к воспоминаниям из своего детства, чтобы на этом благодатном материале написать киносценарий. Тоска по минувшим временам, острое ощущение тоски, неустроенности и страха стали лейтмотивом сценария под названием «Предчувствие». Нетрудно догадаться, что и этот проект остался лишь на бумаге, не обрел своего экранного воплощения.

Наконец, четвертая картина вновь отсылает нас к трагической фигуре Геннадия Шпаликова. Режиссер вынашивал идею снять в Советском Союзе «фильм об ужасах и прелестях пьянства». По понятным причинам, ничего у него, конечно, не получилось. «Оттепель» «оттепелью», никто не спорит, но подобную запредельную степень творческой свободы можно было в те годы себе только намечтать. Да еще и название режиссер выбрал абсолютно психоделическое, никак не вписывающееся в отечественную традицию — «Прыг-скок, обвалился потолок». А главное действующее лицо при всем этом — одиннадцатилетняя девочка… Нет, нет, представить такое на экранах советских кинотеатров невозможно, немыслимо. В итоге — еще один убитый в зародыше творческий порыв.

Все эти неснятые фильмы — как нерожденные дети. В горле ком, на глазах слезы, внутри — давящая пустота. Судьбы режиссеров и их творческих планов, озвученные тихим голосом Олега Нестерова, удивительным образом становятся ближе зрителям. Остаться равнодушным невозможно, сопереживание естественным ответным чувством рождается в наших душах. А поскольку спектакль музыкальный, дополняются истории и размышления инструментальными композициями и вокальными номерами в исполнении Нестерова и его команды. Общее настроение практически всех музыкальных тем в спектакле — тихая лирическая грусть, по-своему даже милая и какая-то привычная, неизбежная, неотменимая. Философские мотивы в текстах, рассуждения о быстротечности времени, о несправедливости жизни и попытке все же отыскать ее неуловимый смысл завершают общую идейную канву этого спектакля-перфоманса. А на экранах тем временем — видеохроника тех самых 60-х, визуально дополняющая все происходящее в зале.

«Что лучше расскажет нам об эпохе: воплощенные или невоплощенные творческие замыслы?»- задает риторический вопрос Нестеров. И сам же себе отвечает на него: такие вот несбывшиеся планы и есть отражение нашего общества, нашего прошлого. Мы сможем понять старшее поколение именно через то, чего не случилось, хоть и звучит это парадоксально. А четыре судьбы упомянутых режиссеров, по образному выражению самого Нестерова, — это компас. Четыре истории, четыре пути, четыре вектора. Можно сделать так, как поступил Китайский,- сдаться, упасть духом, уйти из жизни. Можно — как Мотыль — делать и бороться. Несмотря ни на что, упрямо, упорно. Третий путь, который выбрал Смирнов, призывает бороться и не делать. Отойти от дел, успокоиться, посмотреть на все со стороны, быть верным себе и своему внутреннему долгу. Наконец, направление, по которому пошел Шпаликов, — делать, но не бороться. Творить ради чистого искусства, особо не надеясь на удачу, не стремясь сломать систему, направленную против тебя.

Почему же спектакль получил название «Из жизни планет», спросите вы? Можно представить версию, что каждый из этих неснятых шедевров сравним с особым, уникальным небесным телом, имеющим свою орбиту и атмосферу. Или же все дело в том, что Олег Нестеров сам по себе человек-космос, который при участии режиссера Дениса Азарова пропустил сквозь себя весь этот уникальный материал, добившись столь потрясающего единства текста, музыки и визуального ряда. В любом случае, «Из жизни планет» нельзя ни в коем случае упустить из виду. Такая удивительная фантасмагория придется по душе киноманам, интеллигентам и интеллектуалам. Этот проект в первую очередь — для романтиков и ценителей винтажных 60-х. А если брать шире — для всех нас без исключения. Спешите видеть, слышать, думать, чувствовать, ощущать. На спектакле «Из жизни планет» все это вам гарантировано.

Марина Константинова, специально для MUSECUBE.
Фотоотчет Юлии Горяиновой можно посмотреть тут

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.